Трудно дышать
Когда-то Марина Цветаева была моим кумиром, и я перечитывала все, что издавалось в постсоветские времена. Но восхищение – штука довольно неприятная, от него рано или поздно наступает осадок.
В чем откровение конкретно этого издания? Здесь приведены практически все дневники Марины. Из этих дневников мы узнаем, что автор не всегда была красива, как ее стихи. К слову, дневники написаны ярко, изящным и точным языком, как и все у Марины Цветаевой. Но в своих дневниках Марина часто слишком любит себя, и слишком часто жестока к другим.
Как вам такое высказывание: «А старуха, влюбленная в юношу, в лучшем случае – трогательна. Исключение: актрисы. Старая актриса – мумия розы». А в худшем случае она какова? Смешна?
Тут же следует оправдание великовозрастных ловеласов мужеского пола: «Бритый стройный старик всегда немного старинен, всегда немножко маркиз». «… здесь чувство, что меня любят целое столетие. Тут и тоска по двадцати годам, и радость за свои, и возможность быть щедрой – и вся невозможность».
Хотелось бы поспорить с вами, Марина, но вы умерли. Эдакие виртуальные заигрывания с нафталиновыми любовниками.
В ранней прозе Цветаевой много юмора – ненавязчивого, негрубого. «Раз вечером мы видели одного юриста, – он был в желтом костюме, говорил очень громко, рассказывал папе свою жизнь, потом писал ее, потом попросил денег, а когда уходил, свалился с лестницы и сказал, что это часто с ним бывает».
Или вот: – Так, что-то есть не хочется! – безнадежно отвечаю я. Пусть он думает, что от любви к нему (я ничего еще не сказала, но он же должен понять!). Во многом я жалею, что прочитала эти дневники. Это как заглянуть покойнику под юбку. Веселому такому покойнику, в котором жизнь бьет через край. Зная финал этой жизни, становится трудно… дышать.
3 понравилось
