Мережковские: с любовью к России прошлого своей мечты, с искренней ненавистью к её народу
Эмигрантская русская литература и её представители – одна из интересующих меня тем. Люблю иногда посматривать Амазон на предмет того, насколько сегодня за границей популярны вот эти вот все противники советской власти, эмигрировавшие во Францию. Ну такое: у Берберовой не так уж и много читателей, Гиппиус как-то ещё более забыта, Мережковский – то же самое.
Сейчас принято думать, что эмиграция интеллигенции – это трагедия. Мол, тем самым русский народ как бы обезглавил себя. Как же смешно это начинает выглядеть, когда узнаёшь, что всё это мифотворчество – плод того самомнения, которым обладали такие как Гиппиус и Мережковский. Трагедия в том, что эти двое просто ненавидели русский народ, искренне ненавидели. Автор этой книги последовательно это доказывает. Более того, он показывает, что вся вот эта интеллигенция грызлась меж собой, её представители тратили свой талант на язвительные памфлеты и сплетни друг против друга. Тут можно почитать и цитаты мемуаров Берберовой и Одоевцевой, где нередко встречаются язвительные фразы в адрес Мережковских. Сама же Гиппиус Одоевцеву называла «пигалицей», а Цветаеву просто ненавидела, в том числе и за политические взгляды. А уж чего стоит делёжка Нобелевской премии, на которую помимо Бунина претендовал и Мережковский. Вот что говорил сам Бунин:
Мережковский и Зина всю жизнь меня ненавидели. А ведь они люди страшные: еще могут на меня какую-нибудь хворь наслать со всей их чертовщиной... Полчаса вокруг дома ходил на ветру. Наконец, позвонил. Встретила меня Гиппиус. Лорнетка, прищуренные глаза, голос капризной кокотки
В.И. Хрисанфов также, сопоставляя нарративные источники, показывает, что «Зелёная лампа» Мережсковских совсем не могла претендовать на центр русской литературной жизни. Среди той среды было принято считать, что «центр» - это у них там, в Париже, но уж точно не в Москве. А Гиппиус с мужем хотели сделать из себя как бы лидеров русской мысли и философии. Часто в рассказах современников о «Зелёной лампе» можно прочитать, что та «коптела» (а не сияла). Посетителей там было не так уж и много (сотни – это сильное преувеличение), у многих гостей складывалось ощущение, что всё будто бы происходит по сценарию. А к концу существования салона и вовсе его завсегдатаи, коих осталось 2-3 человека, признавались, что всё до боли однообразно им давно стало скучно.
В этой книге также много цитат из воспоминаний, как всё происходило в салоне Мережковских, как вела себя Зинаида Николаевна и с каким ощущением брезгливости можно было оттуда выйти. Хозяюшка, знаете ли, любила унижать людей. Не удивительно, что Гиппиус с мужем быстро теряли единомышленников и друзей. Конец в одиночестве – вполне логичный финал их истории.
Не последнее место в образе этой четы занимает восхищение и надежда сначала на таких персонажей как террорист Савинков, или любимчик Гитлера Пилсудский, ну а позже - самих Гитлера и Муссолини. Многим известно выступление М. на французском радио в поддержку нацистской Германии, а также фраза Гиппиус «теперь нам конец». Я почти уверена в достоверности этого эпизода. Это вполне характерно и предсказуемо для таких людей. Можно, конечно, сказать, что тогда никто про лагеря смерти не знал – всё это открыл Нюрнберг. Но ей богу, все читающие интеллигенты, наверняка были в курсе, о чём небезызвестная книга «Моя борьба». Ни Муссолини, ни Гитлер особо не скрывали свои цели.
Ещё автор подчёркивает один интересный аспект мемуаристов-эмигрантов. Все они как-то деликатно умалчивают о том, чем они были заняты в оккупированной немцами Франции. Так, именно в этот момент у Мережковских нашёлся тайный спонсор, спасший их от «общежития» и «кофе с чёрствыми сухарями».
Вначале, когда я писала о том, что Мережковские ненавидели русский народ, то имела в виду не просто фразу из книги или ощущение. Это факт, которому есть документальное подтверждение – а именно письмо папе Пию XI от Мережковского с призывом не помогать России, страдающей от голода 1921 года. «Смерть этих миллионов нас не пугает» - писал Дмитрий Сергеевич, имея в виду умирающих русских людей. Я прочитала оригинал этого письма. Там М. самоуверенно заявляет, что не советская власть выражает голос русского народа, а он! Кому, как не ему, Мережковскому, знать лучше, что народ заблуждается, что ему именно сейчас нужна вера в бога. А они гляньте, церкви там громят.
Стоит ещё добавить, что с самого начала Гиппиус с Мережковским стояли за военную интервенцию в Россию и неоднократно упрекали западные страны за невмешательство в её внутренние дела.
Это всё выглядит мерзко и античеловечно. Вот правда, если на одну чашу весов поставить творчество всей этой эмигрантской интеллигенции, а на другую - все те социальные блага, которые получило население России в годы советской власти, то действительно ли надо плакать крокодиловыми слезами по прошлому?
Напоследок, несколько цитат от современников:
В Гиппиус сочетается вроде бы сильная любовь к России с искренним презрением к её народу(В. Лавров)
События мелькали, не задевая сознание этих двух выдающихся интеллигентов (Тыркова А.)
«У меня не было большего отвращения, чем чтение «Дневника» Гиппиус»(П. Н. Савицкий)
Заметьте, все верно, каждая ужимка, каждая повадка, не только не нaлгано, — даже не прилгано! ... Это не пасквиль, это ланцет и стилет. И эта женщина-чертовка. (О З. Н.Гиппиус, Из письма Марины Цветаевой к М.С. Цетлиной )
«Бормотание лунатика, потерявшего связь с действительностью»(Берберова о воспоминаниях Гиппиус «Мережковский»)
Вот полная картина, характеризующая этих людей, подлых и ненавидящих всё вокруг, быстро забывающих помощь (от Чуковского и Горького) и готовых оболгать, организовать травлю и унизить любого, кто им не симпатичен.
Книжка небольшая, но очень ёмкая. В одном месте всё то, о чём умалчивают биографы и мемуаристы, со ссылками на воспоминания и цитатами. Прощай прелестный миф об "эмигрантской трагедии" и "цвете нации, покинувшей Россию".
67 понравилось
