Энциклопедический словарь культуры XX века

Издание представляет собой уникальный словарь-гипертекст, поясняющий наиболее актуальные понятия из основных областей культуры XX века : философии, психоанализа, лингвистики, семиотики, поэтики, стихосложения и литературы. Это словарь гуманитарных идей XX столетия. В словаре отражены три типа статей. Первый и наиболее очевидный тип - статьи, посвященные специфическим явлениям культуры, таким, как модернизм, семиотика, концептуализм. Статьи второго типа посвящены понятиям, которые существовали ...

Жанры

Купить эту книгу

Бумажная

1149 ₽

Купить

Рейтинг LiveLib

4,5

44 оценки

5
64%
4
27%
3
9%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 53Хотят прочитать 197

Рецензии

Lena_Ka30 августа 2011 г.
XX век сложен: он впитал в себя столько информации, что усвоить всю её практически невозможно. Психоанализ, литература, философия, семиотика порой так причудливо переплетаются в одном произведении , что чувствуешь себя не в своей тарелке. Вот тут и приходит на помощь словарь: в нём разные типы статей, в которых анализируются как явления культуры XX века (модернизм, трансперсональная психология, семиотика, концептуализм ), так и возникшие раньше, но повлиявшие на культуру XX века прямо или опосредованно (сновидение, текст, событие, существование, реальность, тело); отдельные статьи посвящены ключевым произведениям литературы ("Портрет Дориана Грея" , "Пигмалион", "Бесконечный тупик", "Бледный огонь", "Волшебная гора", "Доктор Фаустус", "Замок", "Мастер и Маргарита"...) За этот последний раздел люблю Руднева особенно, он умеет коротко говорить о сложных и длинных вещах, а главное, говорить понятно.

Важнейшей особенностью словаря является то, что он представляет собой гипертекст, то есть построен так, чтобы его можно было читать двумя способами: по алфавиту, и от статьи к статье, обращая внимание на подчеркнутые слова и словосочетания.

Я с этим словарём общаюсь на "Вы", но довольно часто, у меня даже появились любимые статьи. Я часто читаю об ОБИРЭУтах, люблю статьи про "Школу для дураков" Саши Соколова и "Портрет Дориана Грея" Уайльда и очень-очень привязана к статье о языковой игре, ведь, по мнению Руднева, вся жизнь - языковая игра!

Вся человеческая жизнь - совокупность Я. и., как прекрасно описал это С. Соколов в "Школе для дураков": "девочка станет взрослой и станет жить взрослой жизнью; выйдет замуж, будет читать серьезные книги, спешить и опаздывать на работу, покупать мебель, часами говорить по телефону, стирать чулки, готовить есть себе и другим, ходить в гости и пьянеть от вина, завидовать соседям и птицам, следить за метеосводками, вытирать пыль, считать копейки, ждать ребенка, ходить к зубному, отдавать туфли в ремонт, нравиться мужчинам, смотреть в окно на проезжающие автомобили, посещать концерты и музеи, смеяться, когда не смешно, краснеть, когда стыдно [...] платить пени, расписываться в получении переводов, листать журналы, встречать на улице старых знакомых, выступать на собрании, хоронить родственников, греметь на кухне посудой [...] любить Шопена, мечтать о поездке за границу, думать о самоубийстве, ругать неисправные лифты, копить на черный день, петь романсы, хранить давние фотографии, визжать от ужаса, осуждающе качать головой, сетовать на бесконечные дожди, сожалеть об утраченном...".

А ещё после каждой статьи список литературы.
Вот сейчас села писать, а сама зачиталась, чего и вам желаю https://lib.ru/CULTURE/RUDNEW/slowar.txt
Читать далее
15
1,1K
avalmes15 июля 2010 г.
Прочитать рудневский "Словарь культуры" я собирался несколько лет. И вот наконец сподобился. И прочитать, и написать об этом.
Философ и лингвист Вадим Руднев, представитель Тартуской школы, включил в свой словарь 140 статей (именно столько было в первом издании) о ключевых понятиях и событиях культуры минувшего столетия. В основном они посвящены различным аспектам философии, психоанализа, лингвистики, семиотики, литературы. В словарь вошли статьи не только о понятиях, специфичных для культуры XX века, но и о терминах, которые приобрели в это время новое значение, а также о некоторых художественных произведениях.
Таким образом, книга, во-первых, помогает освежить в памяти все то, чему тебя учили в университете или вне его, во-вторых, организует все эти знания в систему, в-третьих, сообщает много нового и интересного о вещах, о которых ты что-то где-то слышал, но ничего определенного сказать не мог. Ну и, в конце концов, словарь просто годится для увлекательного чтения.
Особенностью словаря является то, что он больше похож не на словарь в общепринятом смысле, а на постмодернисткий роман. Вместо линейного сюжета в нем клубок мотивов, общих тем, которые под разными углами зрения развиваются в словарных статьях. Главные среди них – размытость границы между вымыслом и реальностью в пространстве культуры XX века, актуализация роли языка в философии и искусстве, критическое переосмысление таких понятий, как "время", "пространство", "истина". При сквозном, линейном прочтении в каждой из "сюжетных линий" словаря до самой "развязки" сохраняется недосказанность, интрига: так, статьи о языковой игре или Эдиповом комплексе находятся в самом конце, но тени этих "персонажей" проскальзывают то тут, то там, заявляя о своем таинственном присутствии практически с самого начала "романа".
Однако самым важным в этом смысле является безусловное присутствие авторского Я в каждой строчке текста. Как в настоящем романе, мы смотрим на изображаемое глазами автора, видим только то, что он нам показывает. В ряде случаев отстраненное повествование вообще меняется на рассказ о личном опыте. Не знаю, хорошо это или плохо, но, по крайней мере, это очень в духе эпохи.
Автору удалось выдержать нужный тон для рассказа о разнородном калейдоскопе культурных событий XX века: без пафоса и иронии. При всем при этом Руднев – человек XX века с несколько наивными взглядами, в частности, на массовую культуру. Упомянув одну из мыльных опер, автор с сарказмом отмечает, что "видимо, этот фильм кончится только тогда, когда он надоест зрителю или когда у продюсеров кончатся деньги". Для человека XXI века не является открытием, что массовое искусство живет именно по таким законам.
Есть в словаре черты, которые мне не понравились. Во-первых, в него не включены некоторые важные и действительно актуальные для истории культуры прошлого века статьи. Например, наверняка стоило написать про герменевтику, дискурс, информационное общество, рок-музыку. Впрочем, ладно, дело хозяйское.
Во-вторых, содержание некоторых статей откровенно не впечатляет. Автор то пускается в рассуждения на тему, практически не раскрывая сути предмета статьи ("Логаэдизация"), то отказывается от своего четкого и ясного стиля и пересказывает содержание понятия тягучим наукообразным языком, от которого клонит в сон ("Феноменология"). А в статье "Карнавализация", например, вообще не упомянуто очень важное постмодернистское понимание этого термина (стирание границ между автором и реципиентом, когда в творческом действии принимают участие и те и другие: зрители не только смотрят на танцующих, но и танцуют сами).
Но это все частности. В целом словарь, безусловно, очень крутой и однозначно не только must read, но и must have – чтобы иметь возможность периодически обращаться к отдельным его статьям. Потому как они того стоят.
Читать далее
10
767
non-Euclidean19 июля 2010 г.
Книга-оглавление. Иногда читать оглавление даже приятнее, чем конкретную статью.
Миф, интертекст и верлибризация - наше всё.
2
476