
Фантастическая ночь
Стефан Цвейг
4,2
(435)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Я никогда не устану признаваться в любви к творчеству Цвейга. Он бесконечно музыкален, каждой своей фразой. новеллой, повестью он каждый раз пишет новую музыку, смело меняя направления и темпы в течении одного романа, делая открытия, залезая и освещая словом самые темные и дальние уголки души, помогая понять самого себя.
Вот живет себе человек спокойно и ровно, благополучно и праздно и живет. Может себе позволить. Скупает антиквариат, встречается с женщинами, ездит на прогулки, ходит на танцы, обеды, общается с людьми, и никто не знает, что он уже почти мертв внутри. Не от какой то боли или разочарования, а от пресыщения, от вседоступности и избытка благ вокруг: любви, женщин, денег на любые его капризы, яств на столах, людей, называющих себя его друзьями. Все ему надоело, все не мило, не радует, не трогает души. И настало у него такое равнодушие к жизни, ее проявлениям, которое появляется у богатых и благополучных людей.
Тут ему бы сказал любой христианин, что это все лечится только одним-воздержанием и постом, самоограничением во всех сферах жизни, но в благополучной Вене того времени ему никто не мог посоветовать этого, наш герой просто не мог даже оказаться там, где ему бы помогли, или просто не воспринял бы в тот момент. Нужен был толчок изнутри, чтобы душа сама потянулась к свету, к исцелению.
До того самого момента, пока его утомленный однообразием внутренний мир не был пленен любопытством, искоркой интереса, возможно впервые за долгое время. Смех женщины-наглый и дерзкий, ее голос и образ в голове, так несоответствующий реальности, заставили обратить внимание, раскачав тем самым его лодку до края. И началась самая длинная, самая темная, самая странная в своей фантасмагоричности ночь в его жизни.
Ночь, когда срываются маски с каждого, когда слой за слоем обнажается, перерождаясь и упиваясь болью, замерзшая душа, а сердце покрывается кровью любви и жалости. Ночь, когда приходит истина и понятие "отдавать себя" становится гораздо важнее того, что он привык делать в пресыщенном потреблении. Именно тогда, на границе добра и зла, стыда и чести, лжи и истины- происходит прозрение. И речь в этой новелле совсем не о плотской любви любви мужчины и женщины, как я сначала полагала.
Маэстро, как я могла забыть, насколько вы восхитительны?

Стефан Цвейг
4,2
(435)

Все мы разные. Кто-то, как натянутая струна, улавливающая малейшее дуновение ветерка и дающая много разных отзвуков. Кто-то мелодия, уверенно звучащая в унисон с жизнью. А кто-то в силу разных причин, идя по жизни, медленно и верно превращается в безмолвный столб, покрытый надёжной заскорузлой бронёй, сквозь которую не пробиться. Только внутри всё равно душа, желающая жить и чувствовать - радоваться, огорчаться, волноваться, сопереживать и любить.
Застыла душа у главного героя этой новеллы. Нет, не от тяжёлой жизни, а наоборот - денег много и заняться нечем, всё приелось и ничего больше не вызывает волнения и желания. Живи и радуйся, как говориться. Но не такими нас создала природа. Должны быть и преодоление и стресс, иначе всё - медленное духовное очерствение, тихая мука от тоски, ведущая к нравственному упадку.
И чтобы возродиться к жизни, нужно пройти обратный путь. И, быть может, он начнётся с не очень красивых греховных проявлений. Но пути господни неисповедимы, и лишь бы они вели в нужном направлении. И этот путь вам, дорогой читатель, придётся пройти вместе с героем. И будет сначала мерзко и неприятно, а даже и не понятно, почему же эту ночь своего возрождения молодой человек счёл фантастической. "Неужели ты на столько порочен?" - думала я почти до последних страниц, пока не поняла всей сути происходящего.
Цвейг, как всегда, чрезмерно чувственен и глубоко психологичен. Погружаясь в его текст, контролируйте себя, иначе можно заразиться разными ощущениями и не всегда целомудренными. Но дочитайте до конца, потому что в конце туннеля обязательно появится чистый, одухотворённый свет, который озарит и ваши души.

Стефан Цвейг
4,2
(435)

Каждому, думаю, знакомо это тяжёлое и удручающее состояние, называемое апатией. В такие жизненные периоды ничего не радует и ничем не хочется заниматься, дни становятся однообразными и серыми, единственное, что чувствуешь, – это безразличие ко всему происходящему. Кого-то подобное состояние захватывает лишь время от времени, а кто-то живёт с ним на постоянной основе. И даже если ты прекрасно понимаешь, что с тобой происходит что-то не то, заставить себя выбраться из этой стеклянной клетки чрезвычайно трудно, а временами и вовсе невозможно.
Герой сей новеллы с самого детства ни в чём не знал нужды, ему не нужно было учиться, искать своё призвание и работать, всё, что он делал на протяжении тридцати шести лет, – это наслаждался жизнью. Так ему казалось. Со временем он стал замечать, что все происходящие с ним события не печалят и не радуют его, они как бы проходят мимо него, не вызывая никакого интереса. Общался ли он с друзьями, выстраивал отношения с очередной дамой или приобретал новую вещь в свою коллекцию древнего фарфора, он ничего при этом не чувствовал. Это состояние явно отличается от знакомого многим кратковременного апатичного настроя, но общие черты всё равно прослеживаются: герой ничего не хотел, его существование приобрело мертвенный оттенок. Его „пробуждение“ было довольно странным, но для каждого человека существует свой способ так называемого перерождения, и у героя, несмотря на долгие годы полнейшего забвения, получилось очнуться и ощутить жизнь во всём её простом, но таком потрясающем великолепии.
Я не испытывала тёплых чувств к герою и его действиям, но слово Стефана Цвейга до того мощное, а психологическое раскрытие характеров персонажей такое тонкое, что, читая, я испытывала настоящий восторг. К сожалению, мне слишком хорошо знакома тема апатии, потому эта история не могла не задеть меня, зато она напомнила о важном. Дело ведь даже не в глобальных поисках смысла или целей, вся суть в мелочах, которыми необходимо наслаждаться, будь то хорошая книга, прекрасная погода или приятная беседа, и кто знает, может именно эта маленькая радость сможет помочь вернуть вкус к жизни.
«Я не смею сказать, что стал лучше, знаю только, что стал счастливее, ибо нашёл какой-то смысл в моей совершенно остывшей жизни, смысл, для которого не нахожу другого слова, кроме слова: самая жизнь».
Стефан Цвейг
4,2
(435)

Кто однажды обрел самого себя, тот уже ничего на этом свете утратить не может. И кто однажды понял человека в себе, тот понимает всех людей.











