!!! Книги, которые я добавил на LiveLib.ru
AlexWolkow
- 3 402 книги

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
«…он спорит яростно, красиво…», - Евтушенко как будто написал это об авторе – Александре Сергеевиче Панарине. К глубокому сожалению уже ушедшему.
По самому большому счету, главная, фундаментальная идея книги – выбор всемирной элиты, разной, но близкой своими в первую очередь экономическими интересами, выбор ценностной системы, которую они затем транслируют массе.
«Искушение» - конечно же, категория сферы духовных практик. Ты – сильный, ты – успешный, ты – респектабельный и «референтный». Тебе есть, что сказать, есть, что предложить массе. Что ты хочешь и можешь ей предложить? Куда поведешь свою паству, - так формулируется главная мысль и содержание «искушения».
Судя по происходящему, именно социал-дарвинизм Спенсера шагает по планете. И не работает даже инстинкт самосохранения: куда девать социальную, да и просто жизненную энергию миллиардам, не вошедшим в «золотую» её часть? Тогда мы идем к вам! Вот они уже и пришли. И это – не временный всплеск: с той, афро-азиатской и прочей «не золотой» стороны – там всё становится только хуже; с этой стороны – при всей интеллектуальной мощи – абсолютная беспомощность, оформленная политической близорукостью и тем, что называется «дружба – дружбой, а табачок – врозь». Разные интересы, ну просто разные, в первую очередь – экономические: объективная экономическая конкуренция.
И в заключении о никуда не девавшейся социальной энергии протеста. Что глобальному миру, раздираемому противоречиями и разными интересами, - что ему делать? Что делать? – это уже не вопрос политической практики российского разночинца. Это – вызов миру. Эта вот самая энергия протеста – возможно, самый серьезный вызов. Африканские, азиатские режимы ничего не могут предложить своему населению – посмотрите на беженцев и вектор их глобальных перемещений. Но что «белый» мир с его «бременем белого человека», - что он может предложить? Точечно поддерживать «врага моего врага»? Покупая, например, нефть у известных персонажей? Это – как?
Организуя подобные «хаосы» и «турбулентности», где военные машины перемалывают субпассионариев всего мира, - выход? Наивно, да и преступно. Преступно – потому что виновник появления этих самых субпассионариев, первопричина – это сама элита. Обществу – западному, восточному, южному, северному, - нечего предложить молодежи кроме ещё одного гамбургера и очередной серии «Сумерек». За это не умирают. А за что готова умирать молодежь? За то, за что умирала во все времена – Большая Идея. Только она способна, если потребуется, сподвигнуть человека на самопожертвование. А пока – пока эту молодежь разводят взрослые, солидные, богатые дяди. Не важно, в чем одетые: арабском традиционном платье или европейском костюме от Boss.
Если бы А.С. Панарин дожил до сегодняшних дней, не думаю, что обрадовался точному прогнозу. Не по-человечески это – радоваться собственной правоте в предсказании несчастья. Но глобальная элита пока не намерена ничего менять: своя рубашка – она всегда ближе. И куда эти пастыри могут привести паству?

У автора темперамент пророка. Нет сомнения, что негодяев-глобалистов он люто ненавидил. Но анализ и альтернативы… Очень часто наивно.

"Единство, - возвестил оракул наших дней,
Быть может спаяно железом лишь и кровью....
Но мы попробуем спаять его любовью, -
А там увидим, что сильней."
Ф.И. Тютчев

Мы долго думали, что фашистский социал-дарвинизм и расизм — это случайная девиация западной цивилизации, связанная с заранее обреченным бунтом архаичного континентального начала, олицетворяемого Германией, против атлантической доминанты, воплощаемой англо-американским миром. Сегодня социал-дарвинистский принцип мировой расы "избранных", противостоящей криминальной массе "недочеловеков", кажется, утверждается в самом центре победоносного атлантизма, охваченного эйфорией однополярности.
Так, в рамках СССР государство- образующим этносом были русские — от них и требовалась максимальная жертвенность. Это касалось не только экстремальных случаев — войны, осады, недородов и голода, — но и повседневности. Известно, что в СССР в качестве экономических доноров выступали преимущественно российские регионы, уровень жизни в которых был ниже, чем во многих "национальных окраинах". Эта же логика распространялась на отношения СССР с державами-сателлитами. В странах Восточной Европы доктринальная строгость учения заметно ослабевала, что сказывалось на таких компромиссах, как смешанный характер экономики, отсутствие сплошной коллективизации в аграрном секторе, рудименты многопартийности в политике и т. п.
Пока на местах существуют неотчуждаемые ценности, глобальная власть невозможна. Только вовлечение этих ценностей во всемирный оборот купли-продажи обеспечивает тем, кто сосредоточил в своих руках мировые финансы, действительно полную власть над миром.

Процедуры и критерии отличения неотчуждаемого национального достояния от того, что может подлежать приватизации и коммерциализации, объявляются недействующими! Нам важно при этом не упускать из виду то, что многим приватизаторам на местах до сих пор остается неясным. Тотальная американизация мира, сопутствующая становлению глобального открытого общества, означает, что национальные проекты тотальной приватизации — всего лишь временный, переходный этап. Властные элиты не-западного мира только для того делают частными собственниками материальных и нематериальных богатств нации, чтобы они, в качестве ни перед кем не отчитывающихся собственников, могли продать свою собственность действительному хозяину мира, у которого есть чем заплатить. Само собой разумеется, что купить по действительной цене все богатство планеты, помноженное на труд великого множества народов, США не могут. Следовательно, глобализация предполагает игру на понижение, включая два этапа.
На первом этапе алчные местные элиты за бесценок скупают все национальное достояние — не по действительной стоимости, а по "конвенциальной", связанной с круговой порукой компрадорской верхушки. Так, в России под флагом приватизации общенародная собственность стоимостью триллион долларов и неоцененные природные ресурсы были "проданы" частным лицам всего за 5 миллиардов долларов.
На втором этапе главный доллародержатель мира скупает у этих самых "верхов" раздробленное и обесцененное национальное богатство, назначая не столько рыночную, сколько политическую цену, связанную с гарантиями безопасности и другими тайными подстраховками.
Самое важное здесь состоит в том, чтобы понять неразрывную связь между туземными "реформами", отдающими все национальное достояние в руки властных приватизаторов, и глобальной "реформой", обеспечивающей последующую передачу этого достояния в руки действительных хозяев мира.
















Другие издания


