Византийское христианство

Книга "Византийское христианство", по замыслу автора, должна была составить первый том намеченных трудов об отцах церкви. Ее герои - Иоанн Лествичник, Симеон Столпник и Дионисий Ареопагит. Задача и пафос автора - показать непреходящее значение духовных свершений и творений этих служителей Абсолюта, то есть, по сути, неисчерпаемость Традиции. Новейшие для своего времени данные аналитической философии, этнологии, психоанализа Балл привлекает для того, чтобы отчетливее выявить символические констан...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,3

9 оценок

5
44%
4
44%
3
11%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 12Хотят прочитать 43

Рецензии

knizhnik13 мая 2009 г.
Публикация этой книги на русском языке будет для кого-то, уверен, полной неожиданностью. Про Хуго Балла знают только те, кто интересуется историей дадаизма (кстати, именно он придумал слово «дада»), но, в свою очередь, не все из них знают о его увлечении историей религии и, более того, далеко не все ждали выхода этой книги. А для стороннего и поверхностного взгляда издания такого рода и вовсе смехотворны. Мы что же, живем в эпоху, когда все равно всему? Уличный хулиган святоше, а заумь литургии? В эпоху приготовления человечества к лучшей жизни? Увы, мы давно уже не живем в такие времена. Но книга, тем не менее, важная и интересная.

Конечно, в первую очередь это книга поэта. Она полна того поэтического напряжения и чистоты, которые ее автор искал и находил во всех формах искусства, а вернее в том, что находится за этими формами и делает истинными жесты художника. В связи с этим более чем понятно увлечение Балла идеями Кандинского, провозглашавшего «внутреннее содержание», «внутреннюю необходимость», «гармонию», выражением которых может стать любая форма, основанная «только на принципе целесообразности прикосновения к человеческой душе».

Общий, философский, монументальный метод жизнетворчества Балла стал превосходной иллюстрацией истинности идей Кандинского и, одновременно, универсальным опытом, демонстрирующим проявления цельного духа художника таким парадоксальным образом, что они могут показаться даже противоречивыми, нисколько таковыми не являясь. Дада-деятельность и духовные поиски, работа в журнале Hochland, конечно же, нисколько не противоречат друг другу. Достаточно прочитать заметки Балла времен его выступлений в кабаре «Вольтер».

«…я заметил, что моему голосу не оставалось ничего другого, как принять форму древних духовных песнопений в стиле литургических речетативов… меня уносили со сцены как магического епископа…»

Очевидно, что и самому Баллу не оставалось ничего другого. Дадаизм и христианство он никак не соединяет, не «притягивает» друг к другу, его книга, просто и хорошо, аскетично написанная, действительно книга о «трех святых» (Иоанн Лествичник, Дионисий Ареопагит и Симеон Столпник). Никаких отсылок к легендарному «Каравану» или уравнивания истин мы здесь не найдем. Балл, например, пишет о гностицизме очень много, но «заигрываний» с гностицизмом ожидать не приходится. По Баллу Дионисий Ареопагит превращает магические тайны в тайны христианские и точка Это место не для спекуляций - Балл был слишком последователен в своем движении к чистоте и жизни. Тем не менее, хотя пресловутых «уравниваний» нет, ничто ничему не противоречит. Сам Балл лаконично выразил это фразой: «Без религии невозможна и буффонада». Тут бы провести параллель с юродством, но увольте. Балл слишком умен и хорош для прокрустов всех пород.

С тех пор как победили поверхностные, приукрашенные представления о душе, с тех пор как лицемерная простота изгнала подлинную, принято считать, что аскеза представляет собой нечто враждебное жизни. В ней усматривают насилие над природой, стремление нанести увечье человеческому естеству… Ее даже считают извращением свободы. Однако на самом деле аскеза далека от всего этого, более того, она являет всему сказанному полную противоположность…

Он и вправду похож на епископа в своем дада-костюме. Его короткую жизнь и «карьеру» навряд ли можно назвать успешными в «поверхностном» и «лицемерном», обывательском значении. Тем хуже для обывателей, как и было сказано.
Читать далее
6
448

Все рецензии

Цитаты

ventdest4 марта 2018 г.
Потеря Шмитта было особенно болезненно воспринята Баллом, потому что именно его «Политическую теологию» он пытался сделать фундаментом в хаосе противоречивых ментальных устремлений двадцатых годов. Балл надеялся, что Шмитту удастся воплотить в жизнь замысел католика-ортодокса, вдохновителя христианских чаяний эпохи романтизма Франца фон Баадера, некогда пытавшегося уговорить русского императора Николая I учинить в Санкт-Петербурге общую для всех конфессий христианскую академию, чтобы совместными усилиями, хотя и с разных сторон, пробиться к первоисточникам веры, к ее корням.
Читать далее
0
447
ex-human9 сентября 2016 г.
"А он тоже крут, этот парень Хуго Балл — знает своё дело, не так ли?"
Генри Миллер
0
293