Мир и дар Владимира Набокова. Первая русская биография

Как хорошо, что я успела прочесть почти всё у Набокова до обращения к его биографии (и получить исключительно литературно-эстетическое удовольствие) ! Даже то, что он – до костного мозга потомственный аристократ и образованнейший человек, я выяснила из его текстов. А потребность в обращении к биографическим данным возникла уже при обнаружении повторяемости событий, обстоятельств, похожих лиц и собственных подозрений. И вот я в растерянности после прочтения его биографии и параллельным поискам по интернету её деталей. Всё, всё нужно читать заново (кое-что было перечитано в процессе, и подтвердило эту необходимость). Да, книги Набокова, при их традиционном внешнем построении, можно читать на разных уровнях, и я прошла только первый, подозревая или догадываясь о скрытых. Набоков, как и любимый им Джойс, требует множественных комментариев даже в небольших рассказах; книги Набокова, как и Джойса, оставляя в стороне литературные аллюзии, автобиографичны, населены многочисленными знакомыми, родственниками и окружением автора. И знание всего этого придаёт новое понимание набоковских книг . Пока я думаю о том, каким он был: о поступках, которые совершил и какие нет, о его предательствах и достоинствах, обоснованном снобизме и трудолюбии, о его обыкновенностях и уникальности - обо всём, оставившем "загадку Сирина" для меня неразгаданной. И я рада, что за ограниченностью творческого наследия Набокова-Сирина, я буду иметь удовольствие читать его книги заново: совсем с другим пониманием. И это будет гораздо дольше, чем в первом чтении. Потому что загадок он рассыпал множество, а я теперь знаю как их увидеть. И ещё я рада, что он, будучи отрезанным от языковой аудитории, перейдя на другой язык, был вознаграждён при жизни.

Пятьсот с лишним страниц чистого упоения. Пожалуй, еще ни одну биографию я не читала с таким удовольствием. Конечно, тут сыграло роль и то, что я вообще люблю Набокова, и то, что один из его романов навсегда останется откровением и вехой моего подросткового чтения (да и сейчас, когда совсем уж невмоготу, я открываю именно его). Все это так, но без достоинств самой биографии вся моя симпатия к Набокову не помогла бы. Скорее наоборот: перекошенное жизнеописание вызывало бы только раздражение.

Биография, которую написал Борис Носик, является идеальной (ну, или максимально приближенной к таковой) в моем понимании. Я уже писала где-то, что не хочу читать о скандальных фактах, домыслах и грязноватых подробностях очень частной жизни. И тем более не хочу, чтобы подобные сенсации измышляли и притягивали за уши. Биография автора – прежде всего в его произведениях (где-то в середине книге Носик высказал эту же мысль, за что я окончательно прониклась к нему доверием). Биограф очень талантливо соединил творческую и личную биографию Владимира Набокова: читая произведения писателя, начинаешь понимать, чем они были навеяны; читая о жизни самого Набокова, постепенно постигаешь, почему писал он именно об этом и именно так.

Что еще важнее, Борис Носик дает такую путеводную нить, вооружась которой можно (как по мне, так и нужно) пуститься в перечитывание Набокова, имея уже кучу подсказок, указателей и знаков. И это, в общем-то, бесценный дар.

Отдельно хотелось бы упомянуть язык биографии. Он очень хорош, он достоин героя этой книги. Замечательное чувство такта, вкуса, юмора. Плюс уважение к объекту исследования, а в описаниях жизни я всегда это ценю.

У меня, конечно, было представление о личности Набокова. И так уж удачно сложилось, что «Мир и Дар» его подтвердили. В моем восприятии нет зазора между Набоковым-писателем и Набоковым-человеком. Да, как человек он не всегда однозначен (точнее, не всегда однозначно хорош), но я этого и не желаю, потому что некая цельность, единство творчества и личности дают мне, как читателю, гораздо больше.

Прекрасная книга, которая вызывает желание немедленно броситься читать и перечитывать Набокова. По-моему, это многое значит.

Книга увлекательна и информативна. Я ничего не знала:

• о предках, родословной, семье Набокова;
• о невероятно интересном человеке – отце писателя;
• о том, что маленького Володю звали Лоди;
• о том, что в семье существовал не просто культ английского языка, а всего английского в принципе;
• о первых творческих шагах;
• о взаимоотношениях Набокова с его матерью;
• о безграничной отцовской любви Набокова к своему сыну;
• о Набокове – энтомологе;
• о последнем швейцарском периоде его жизни.

  Я много чего не знала, но многому нашла доказательства, опираясь на уже прочитанные его произведения. Все подтвердилось, - Набоков как писатель во многом автобиографичен.

А что касается человеческих качеств Набокова, - осуждать, как можно? Ведь стоит только задуматься, как часто мы порицаем других за те поступки, которые сами совершаем в своей жизни. Кто из нас без греха?

Нет, эта книга ничего не изменила в моем личном отношении к Владимиру Владимировичу Набокову – он по-прежнему для меня фигура таланта вселенского масштаба. Немного поздно творчество Набокова дошло до читателей его исторической родины. Как часто Россия разбрасывается своими соотечественниками, теми, кем надо гордиться...