1962. Послание Тимофею

Книга "1962. Послание Тимофею" - это послание к сыну, написанное о времени, о котором сам автор помнить не мог и которое стало началом отсчета его жизни. Автор применил уникальный, никем до него не использованный прием: рассказал о жизни вполне обычного человека через реалии его времени и судьбы мира - и через историю его семьи.

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,0

25 оценок

5
36%
4
32%
3
32%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 28Хотят прочитать 45

Рецензии

Clickosoftsky9 июля 2014 г.
«Перевожу с советского на русский…»
Сознаюсь виновато: на название повелась, ничего об этой книге не зная, и кто такой Александр Архангельский, представляя слабо. Друг у меня есть — во-первых, Тимофей :) во-вторых, интересующийся полудокументальной прозой, ностальжи, детальками ушедшего бытия. Решила, что недурно было бы ему эту книгу подарить, а покамест сама прочитала (тем более, что, как и автор, в «титульном» году родилась).
Прочитала — и впечатлена. Автор делает ровно то, что я ценю: сплетает в одну сеть события глобальные, исторические — и жизненные подробности «маленького человека», совершенно конкретных людей нескольких поколений одной семьи. Такое я уже встречала. Только вот Архангельский ещё два уровня накинул: во-первых, действительно ограничив повествование практически одним годом (конечно, в обе стороны от него протянулись веточки причин и следствий…), во-вторых, речь идёт о его собственной, невыдуманной семье. Замечательно.
Для меня, до отвращения аполитичного ребёнка забитых «глушилками» семидесятых, стало яснее многое из того, о чём раньше знала смутно, по каким-то обмолвкам либо пафосным и невразумительным речам. И связи между этими ранее отдельными событиями возникли, протянулись остро блеснувшими под внезапным светом, не поддающимися на разрыв шёлковыми нитями.
Александр Архангельский не впадает в экстаз разоблачений, не стремится вдалбливать истины. Интонация его в этой книге равно сплетена из ностальгии, чувства вины, сарказма, нежности и горечи. А ещё одно достоинство «Послания Тимофею» — великолепный русский язык, поставленный, как ставят дыхание профессиональным певцам и пловцам, основанный на классической литературе и расцветающий уникальными авторскими словами.
Очень довольна, что прочитала, очень. Надеюсь, и Тимофею книжка понравится.
Читать далее
25
383
Pan9ora15 июня 2013 г.
«Мне повезло на год рождения. Какое событие ни возьмешь, любое – как зрелый яркий плод на соблазнительных полотнах Боттичелли; срывай и впивайся зубами.»
Скажу честно, я не знаю Александра Архангельского, как телеведущего. Познакомиться с книгой воспоминаний меня побудил его блог и видеоколонка «Я читатель» - занимательный проект о новинках немассовой литературы. К сожалению, на момент написания этой рецензии его вдруг неожиданно закрыли по самой печальной причине – «по причине малой востребованности». Но сейчас не об этом.
Будучи увлеченной интересными книжными обзорами и рекомендациями Архангельского, нельзя было пройти мимо его книг. Выбор пал на «1962. Послание к Тимофею» не случайно. Автор-то оказался ровесником моим родителям! Вот и захотелось сравнить воспоминания, восприятие, отношение к той эпохе. Судьбу, если хотите. И Архангельский удивительно точно смог почувствовать это моё намерение, как читателя. Он рассказал о себе и своей семье, но показал те отправные точки событий, по которым его жизнь сложилась так, а не иначе и в каких именно координатах могла свернуть на вариативные рельсы. Владея такой картой, можно прочертить жизненный путь любого. В этом и небанальность воспоминаний Архангельского. Это вам не просто семейный альбом, листая который, мы знакомимся с историей страны.

И кстати, как выяснилось к концу книги, сын Тимофей оказался моим ровесником. А вот её финал:

«Между тем времена предстоят интересные, как сказал Горбачев, судьбоносные; на дворе 14 сентября 1987 года; знаешь, что это был за год? Узнай.»
P.S. Книга Архангельского «1962. Послание к Тимофею» отмечена премией «Глобус» в номинации «За лучшую книгу, написанную журналистом».
Читать далее
14
247
TatianaCher8 июля 2018 г.
Удивительно, но я совершенно не знала Архангельского до прочтения в рамках изучения кандидатов на "Большую премию" в этом году. Его книга "Бюро проверки" настолько мне понравилась, что я решила продолжить с ним знакомство.
Хотя его религиозные взгляды (да и взгляд на нашу историю тоже зачастую) мне мне не близки, но как же приятно читать по настоящему образованного и способного обосновать свои мысли человека! Просто глоток свежего воздуха, тут уж не до различий, общего все же больше - искренняя любовь к своей стране и ее непростой истории, серьезные размышления о прошлом и настоящем, и при этом книга читается на одном дыхании.
1962 год. Алжир крошит колониальную систему, а в Новочеркасске расстреливают бастующих рабочих, недовольных повышением цен на молоко и мясо и снижением расценок. В журнале "Новый мир" выходит повесть "Один день Ивана Денисовича". И был казнен, пойманный в Южной Америке, Эйхман, что навсегда перечеркнуло разговоры о вине вождей и невинности рядовых исполнителей. Карибский кризис. Разгром выставки в Манеже. И второй Ватиканский Собор. И на фоне всего этого рядовая жизнь родившегося маленького человека и его близких. И, главное, показана эта жизнь так, что становится понятно, что и маленький человек творит историю, хотя зачастую мы все чувствуем себя лишь винтиками в огромной машине времени.
Читать далее
12
413

Все рецензии

Цитаты

Clickosoftsky9 июля 2014 г.
Пишущая машинка:
Вот она, мамина кормилица, предмет её ненависти и тревоги, источник скромного дохода и вечной боли в спине. Стоит у меня на подоконнике. Настоящая труженица. Время от времени её нужно было слегка починять, смазывать машинным маслом из вонючей железной маслёнки и удалять чёрные жирные клоки свалявшейся пыли. А так она служила бесперебойно с 1913 по 1982 год. От трёхсотлетия дома Романовых до смерти Брежнева, от высшего подъёма царской экономики до резкого падения социалистического хозяйства, от преддверия Первой мировой до разгара Афганской.
Мама ещё не родилась, а на машинке кто-то работал.
Де Голль входил в Париж во главе Сопротивления, а машинка оттискивала фиолетовые буквы на белой бумаге.
Хемингуэй отправлялся воевать в Испанию и писать роман «Прощай, оружие!», а она стрекотала по ночам.
Солженицын задумывал в шарашке роман о русской революции, а маминой машинке было уже тридцать пять лет, вдвое больше, чем тебе сейчас…
Читать далее
8
163
Clickosoftsky9 июля 2014 г.
Через несколько лет с телевидением будут считаться военные и террористы, спортсмены и бизнес. В семидесятые годы покушения на лидеров и запуски спутников, вторжения и бомбардировки, размещение акций и поглощение компаний начнут планировать с оглядкой на выпуски новостей. Одномоментный удар по мозгам умножает событие на восприятие, эффект превосходит ожидания; желательно, чтоб в Америке было уже утро, в Европе ещё вечер, Австралия пока не в счёт… Солженицын откроет свою нобелевскую лекцию рассужденьем о всемирном телеглазе и единой маленькой планете, которая просматривается насквозь… Мы с тобой живём в преддверии эпохи, когда телевизор утратит свою власть: единый мощный сигнал будет рассечён на миллионы световых потоков, каждый сможет программировать на компьютере свой канал из разнообразных программ мирового ТВ. Больше не будет ничего всеобщего, а что будет — узнаем.
Читать далее
5
110
Clickosoftsky9 июля 2014 г.
Все мы уходим туда, где нас любят; Господь Бог не исключение.
4
81