
Фрукты и ягоды на обложке
Seterwind
- 440 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Да Боже ж мой, какая милота!!! Да еще смешная!!! И нет ни одного отзыва...
Сюжет затейлив: земную жизнь пройдя до середины (а может и больше), шахтер Кузьменко узнает от соседки , что его одноклассница влюбилась в него еще в седьмом классе и любит до сих пор уже больше тридцати лет!! И жаждет встречи. Вот и обожгла и опалила его своими крыльями эта любовь и зажгла огонь в сердце. Ведь они с женой и слово такое не говорили друг другу никогда - поженились и все. А тут настоящая любовь!!!
И все бы ничего , только в новости этой правда только то, что касалось седьмого класса. Все остальное приплел ядовитый бабский язык. Да еще при этом адресок в Москве и телефон вручила. А тут так звезды сошлись, что посылают его в Москву в командировку...
Вот такая завязка. Я слушал аудиоверсию рассказа и смеялся в голос. Смеялся и думал, как бы плакать в конце не пришлось.. Потом просто не мог представить, как писательница сможет распутать и развязать этот узел? Ну что, заинтриговал вас? Тогда вперед. Будет очень интересно прочитать этот симбиоз "Три тополя на Плющихе" и "Любовь и голуби"
И таки да, воспоминания главного героя всколыхнули и мои воспоминания о далекой уже моей восьмилетке, где я тоже сидел возле такой теплой и уютной печки, любуясь косичками своих первых любовей) Рекомендую!
И еще подумал, что по этому рассказу можно снять шикарный фильм. Ау, режиссеры, где вы?

Известие, что твоя сложившаяся семья давно уже из пары превращена мужем в треугольник, обычно воспринимается как удар под дых. Как же так? А я? А дочка? А отдельная квартира, наконец?! Мерзко и противно, а на голову сваливаются ещё и неизбежные потери.
Развал семьи из-за любовницы не сенсация ни для жизни, ни для литературных произведений. И всё же повесть Галины Щербаковой внимания заслуживает. Не только потому что написана душевно и понятно, но и потому, что все участники любовного треугольника стараются действовать порядочно (насколько, конечно, это возможно в сложившейся ситуации). Всё мирно, без крика, наглости и хамства, которые волей неволей заставляют кого-то осуждать, а кому-то сочувствовать. Здесь же барахтаются интеллегентные люди среднего возраста. Каждый по-своему хорош и по-своему прав.
Автор предоставляет слово всем троим, ведя рассказ то от лица Анны Антоновны (жена), то от лица Вики (любовница), то от лица Алексея Николаевича, заварившего накануне пятидесятилетия всю эту кашу.
Как ни странно, камнем преткновения у женщин становится не столько мужчина, сколько квартира семьи. Действие разворачивается в Москве 1970-х, когда квартирный вопрос стоял очень остро. Хотя и сейчас вряд ли кто безропотно согласится оставить неверному мужу выстраданную "трёшку" в хорошем доме и перебраться с дочкой-подростком в принадлежащую любовнице "двушку".
И вот солидный, но мягкотелый Алексей Николаевич, науськиваемый то Викой, то Анной, то дочкой Ленкой старается провернуть "идеальный вариант", при котором все остались бы довольны.
И, знаете, у него получилось!
Может не идеально, но очень-очень близко к этому. Хотя, приятель это совершенно не оценил:

Очень тёплый и добрый рассказ, несмотря на сложные жизненные ситуации героев, будто советский фильм посмотрела.
Главная героиня, Зоя, не поступает в университет, берёт себе отсрочку на два года, а на это время находит себе работу в машинописном бюро. Прошли годы, а с ними и всё выученное - из памяти - тоже ушло. Экзамен сдан на двойку. Находит себя Зоя в семейном быту, выходит замуж, смотрит за ребёнком, повторяет конспекты, читает книги, готовясь к третьему штурму экзаменов. Но судьбой было уготовано иначе.
Рассказ вышел жизненным, простым, философским - о том, как важно отпускать: и прошлое, и боль, и жалость к себе, и даже обиду за низкие чужие некрасивые поступки. Пусть идёт всё с миром, тогда и в собственном сердце установится мир.

Была Дуся черна, худа, с припудренным синяком, но глаза ее сверкали необыкновенным чувством: Дуся пришла, как она заявила, бороться за любовь, так как муж ее, крепильщик шахты, вот уже целую неделю жил у своих родителей и грозился не вернуться к ней никогда. И тут, слушая Дусю, вспомнил Кузьменко, что за история приключилась с ним самим, вспомнил и обмер, что самое прекрасное вот уже, считай, два часа не вспоминал, а значит, два часа из его жизни, извините-простите, вон! Никогда и не поймет Дуся Петриченко, почему это целый час не своим голосом говорил с ней Леонид Федорович, говорил о любви, которая все может, ведь сильнее ее ничего нет, и что она, любовь,– магнит, а значит, вытянет из родительского дома крепильщика, и он явится, как голубь на зов голубки... От этого голубя у подбитой Дуськи так замерло сердце, что она решила: нечего ждать, когда прилетит, надо самой идти и забирать мужика силой.

Что-то горячее заколобродило в его душе, захотелось встать и хрустнуть всеми косточками, и Кузьменко встал, широко развернул плечи, свел лопатки, втянул живот и тут же отпустил, потому что резинка в трусах, перестав чувствовать привычную опору, перепуганно прыгнула вниз, увлекаемая широкими сатиновыми штанинами. «Стоп!» – сказал Кузьменко и поймал ее на полдороге.

Кузьменко низко склонился над тарелкой. От жареной картошки поднимался жар, в жару тоненько попискивали желтые, медовые кусочки сала.











