Цитаты из книги The Hours

Книга, которая снится автору, всегда лучше той, которую он способен перенести на бумагу.

Существуют лишь две возможности, понимает Лора: либо быть талантливой, либо, что называется, не брать в голову. Либо ты делаешь сногсшибательный торт, либо закуриваешь, объявляешь, что подобные подвиги не для тебя, наливаешь себе еще одну чашечку кофе и заказываешь торт в булочной.

Стоит зайти в любви слишком далеко и потеряешь гражданство в той стране, которую ты сама для себя создала. Так и будешь плавать из порта в порт.

Сегодня, думает Кларисса, в людях главным образом ценишь доброту и верность. Остроумие и интеллектуальная глубина, все эти разнообразные проявления гениальности рано или поздно утомляют.

За что мы любим детей? В частности, за то, что они живут за пределами иронии и цинизма.

"Я люблю тебя" - чересчур легковесно. "Я люблю тебя" превратилось в слишком будничную фразу, произносимую не только в день рождения, но и по случаю какой-нибудь круглой даты, а почти спонтанно в постели, или у кухонной раковины, или даже в такси...

Красота - шлюха. Я предпочитаю деньги.

Только не цветы, они и для покойников-то не очень хороши, а дарить их больным - просто кошмар!

Существуют лишь две возможности: либо быть талантливой, либо, что называется, не брать в голову.

Ветер шевелит листву, обнажая ее яркую серебристо-седую изнанку, и Клариссе вдруг безумно - ей даже самой странно, насколько - хочется, чтобы прямо сейчас рядом с ней стоял Ричард, не сегодняшний Ричард, а тот, каким он был десять лет назад: Ричард - бесстрашный и неутомимый собеседник, Ричард-зануда.

Лоре нравится думать (это один из ее самых больших секретов), что и в ней самой тоже есть искра незаурядности, толика величия, хотя она сознает, что подобные сладкие подозрения как некие маленькие бутоны живут чуть ли не в каждом человеке, живут и так и умирают не раскрывшись.

Насколько больше места занимают живые по сравнению с мертвыми, думает Вирджиния. Жестикуляция, движение, дыхание создают иллюзию объема. Смерть выявляет наши подлинные размеры, и они удивительно скромны.

Любовь - это всегда тайна; нужно ли пытаться понять каждую частность?

Нет, сегодняшний день не будет легким. Ей опять придется преодолевать неверие в свои силы и в реальность этого дома, и не случайно поэтому, взглянув на новую книгу, лежащую поверх той, что она дочитала вчера, она потянулась к ней почти инстинктивно, как если бы чтение было первоочередным делом дня, единственным адекватным способом перехода от сна к исполнению долга.

Может быть, вот так и начинается наш уход из этого мира - мы вверяем себя заботам повзрослевшей дочери, растворяемся в комфорте квартиры. Может быть, это и есть старение. Простые радости, лампа, книга. Мир, в котором - хорошо ли, плохо - управляют люди, никак с ним не связанные. Они проходят мимо нас по улице так, будто нас уже нет.

Нежелание есть - это порок, своего рода наркотик: когда у нее пусто в желудке, она чувствует себя легкой и стремительной, готовой к бою.

Мужчины слишком часто меняются к худшему (мало кто любит это обсуждать). И женщины безропотно сносят колкости и хмурое молчание, приступы депрессии, пьянство.

Мир вещей не может подарить утешение.