Бумажная
339 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Этот рассказ мне посоветовала мама, большая ценительница творчества автора. Звонком в семь утра с восторженным рефреном: "Прочитай - это такое, ТАКОЕ!". Прочитала...
Рассказ развивается и раскручивается очень постепенно. Словно исповедь (возможно, даже застольная): немолодой эмигрант-художник Михаэль (да просто Миша, думаю) рассказывает, чем жил и каких людей по жизни встречал. Не очень получается с ходу въехать - но какой-то удивительный взор на встреченных им людей уже притягивает внимание к герою. Действительно запоминающиеся это были люди: старики, за которыми герой доглядывал, какой-то деревенский пьяница или высокооплачиваемый адвокат. Но судьбоносной оказалась - встреча с Дани...
Большеглазый император - это просто рыбка. Лупоглазая, немного нелепая, безмолвная и беззащитная. Порой герой чувствовал себя подобной рыбкой - особенно когда ему "посчастливилось" попасть в светское общество. У меня просто наложился рассказ на роман о светских нравах - когда за фарфоровыми улыбочками кипят вулканы страстей, повсюду расставлены флажки, и все знают, как жить и как себя вести. На этом фоне работа Дины Ильиничны прозвучала еще ярче. А порой герой видит подобных рыбок в людях - беззащитных и растерянных. И их стремится защищать.
Больше всего встреча с Дани напомнила - "Неприкасаемых" (которые "1+1"). Очень пронзительно и наглядно - я даже всплакнула. Потому что единственное, что важно, что останется - душа. За нее и стоит бороться.
Есть рассказы - достойные романов. Целая жизнь упакована словно в кружево, когда каждая встреча, как петелька, приводит к центру. Можно даже отдельно не отмечать - как это написано, что некоторые выражения просто скальпелем в тебя вонзаются. Как то
Или
Не все романы и рассказы у Рубиной однозначны и одинаково полезны. Но порой, как старатель, намываешь - просто самородок. Взглянуть на мир и людей такими глазами: мудрыми, чуть ироничными - очень приятно.
Не знаю, кому и посоветовать. Так и не могу гарантировать, что рассказ зайдет и откликнется. Просто он пришел - в нужное время, и оказался таким пронзительным и трогательным. При этом начало - не самое понятное, но очень прошу продержаться - к концу все прояснится и сойдется. И хочу закончить словами бессмертной песни

Легкая книга о жизни репатрианта на благословенной земле Израиля. Заброшенные в чужую историю новички отчаянно нуждаются в работе в этой мизерной стране, им нужно выбить и себе место под этим солнцем в Земле Обетованной. Поэтому сомнительное предложение знакомого поэта поработать редактором в фирме «Тим’ак» наша автор принимает с восторгом. Далее мы погружаемся в забавное описание будней сего издательства, а также лицезрим удивительные портреты коллег. Всё это перемежается военными буднями страны, бомбёжками, противогазами и воем ночных сирен. Звучит игрушечно и весело. Наверное, это специфика еврейского народа - про жуткие вещи рассказывать, смеясь и юродствуя. А может, это защитная реакция Рубиной, оглушенной чужой и незнакомой культурой. Но зов крови никуда не денешь. Приехала, терпи. Она и терпит, смеясь и матерясь, таская с собой противогаз, редактируя бездарность и поддакивая самодуру начальнику. Впрочем, как анекдот даже очень неплохо.

Очень милая маленькая повесть о поиске себя, о выборе дела, которому можно отдаться без оглядки, о компромиссах и зарабатывании, денег, будь они неладны. О нас с вами, таких разных, симпатичных и не очень. Сюжет незатейлив. Молодая писательница создаёт сценарий для фильма, чтобы заработать себе на жильё. Начинаются киносъемки и она попадает в круговорот киношных перипетий. Ей, далёкой от богемы, неуютно, непонятно, скучно, иногда даже противно, но в результате - получен бесценный жизненный опыт, найден самый близкий человек.
Читается легко и непринуждённо. Много юмора, но и много вещей, заставляющих пристальнее посмотреть на своё житьё-бытьё.

В один из этих дней, вечером, на узкой улочке за рынком Маханэ Иегуда меня накрыла сирена воздушной тревоги. Впечатление было, что город взвыл от неожиданной боли. Люди побежали, натыкаясь друг на друга, на ходу раскрывая коробки с противогазами.

Вообще, по словам Риты, бабы Фиму любили. За что его любить, энергично отозвалась на это Катька, за бороденку фасона «жопа в кустах»? Бороденку и впрямь Фима отрастил бедную, мясистые щеки просвечивали сквозь чахлую шкиперскую поросль, а если еще добавить, что выражение лица у Фимы во всех случаях оставалось лирическим, то придется согласиться, что с точки зрения литературного образа Катькино определение хоть и грубоватое было, но меткое.










Другие издания

