
Вторая мировая война в книгах зарубежных писателей
Seterwind
- 682 книги

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
То ли это история о поездке разочарованного мужчины средних лет в Италию, то ли это путешествие назад по его жизни, которая так его разочаровала. Началось то все очень давно, когда он маленький рассматривал большой фотоальбом, а его младший брат тихо спал в своей кроватке. А пришедший в подпитии отец, чтобы отвязаться от взволнованной жены, буркнул, что он очень беспокоится, что выйдет из его сынишки. Для отца это была ничего не значащая сентенция. Он ее потом и в отношении второго сына говорил. Однако отпечаталась она в памяти старшего – Генрика. Младшего, Янека, природа одарила нечувствительностью счастливой для него и болезненной для его близких. Так и получилось, что эти два брата, будучи родными по крови, оказались совершенно далеки друг от друга. При этом старший почему-то еще в детстве решил, что младший, который от природы был решительнее и увереннее, украл от него его первенство, его старшинство. Потом еще и фактические события вроде как подтвердили это его предположение. Ведь Генрик стал всего лишь министерским чиновником в Варшаве, в то время, как Янек всемирно известным итальянским режиссером. Интервью с Янеком печатались в шикарных журналах, а Генрику даже на работе не верили, что этот известный режиссер его брат. И Генрик все думал и думал об этом… А в итоге получилось, что вся его жизнь прошла в этих рефлексиях. Освободился ли он от них, когда простился в Вене со случайным попутчиком из Варшавы, которым оказался известный польский писатель Станислав Дыгат, написавший эту историю?

Дружба, как и любовь, часто возникает из недоразумения. Это похоже на то, как мы иногда останавливаем на улице незнакомого человека, приняв его за приятеля. Но в таком случае достаточно сказать: «Извините, это ошибка» и можно спокойно идти дальше.
Если же два человека, будь то друзья или влюбленные, приходят к выводу, что прожитое вместе время было чем-то вроде уличной ошибки, сказать: «Извините, это ошибка» недостаточно и пойти спокойно дальше, пожалуй, не удастся. Они должны взять реванш за свои загубленные чувства, должны дать какой-то выход накопившемуся раздражению. То, чего уже нельзя совершить в любви, пусть совершится хотя бы в ненависти.
И, таким образом, потерянное время будет расти и расти в изнурительных интригах возмездия, которыми руководит уязвленная гордость —это странная поза, которую человек принимает почти всегда не тогда, когда нужно, и себе же во вред.

У женщин имеются такие особенные вздохи, защитно-наступательные, которые формально должны выражать, что они существа слабые, бессильные и забитые, а на самом деле содержат скрытый заряд необыкновенно острого и агрессивного пренебрежения.

Когда жизнь вдруг сдавит тупым оцепенением и тебе покажется, что ты барахтаешься в бессмысленности и беспорядке, хорошо вызвать в себе, хотя бы искусственно, какое-нибудь желаньице, возыметь какое-нибудь намерение. Это может быть что-то самое обычное, так, любой пустяк: выкурить сигарету, съесть конфету, нарисовать господина с бородой и усами, сойти вниз и посмотреть, нет ли в ящике письма, условиться с кем-нибудь по телефону о встрече на будущей неделе, пойти на чашку кофе, купить газету.
Не важно что. Важно выиграть время — время ожидания. А ожидание восстанавливает порядок, усыпляет беспокойство, заглушает голос внутреннего протеста.














Другие издания
