
Не популярные, но прекрасные
Chagrin
- 334 книги
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
ФМ-2015 (4/12)
Охота на снаркомонов 2015 (4/20)
4-ая книга прочитана в новом 2015 году, и 4-ая книга - на семейную тему, на тему взаимоотношения родителей и детей, братьев и сестер...
Моя любимая тема. В последнее время, после того как я осталась без родителей и без родственников старшего поколения, эта тема для меня стала более острой, щемящей, вызывающей одновременно трепет и сердечную боль....
Тема семьи в исполнении Дины Калиновской - это просто нечто шедевральное.
Мир стариков.
Встреча после 50-летнего расставания.
Боже, как по-настоящему описан мир людей, чьи дни идут на убыль, у кого не за горами переход в иные ипостаси!...
Откуда я знаю, что по-настоящему?! А вы прочитайте - и сами в это поверите!
Драматизм вперемешку с юмором и иронией, философия жизни и смерти вкупе с одесскими шутками и прибаутками - какая чудесная смесь! Вызывающая смех и слезы, да...
"Тихая повесть ожидания и встречи" - так автор определила жанр произведения, и я полностью с ней согласна!
Тихо, тонко, искренне, душевно...

Я не в восторге, но прочитала с интересом.
Прежде всего пленяет Одесса. Своеобразный говорок, яркий Привоз, национальная еда, семейные традиции.
И даже мир стариков, печальное угасание не приводит к унынию. Книга получилась всё-таки тёплой и душевной.
Не слишком понравился язык. Как-то сухо и коряво.
Хотя вот про тот же Привоз написано цветисто, с любовью и вдохновением!
И ещё всё можно простить за слова о любви, прощении, понимании.
Книга специфическая, не каждому предложишь, но есть в ней своя прелесть.

Маленькая, ясная и сладостная книга о дряхлости и смерти.
Он получился не слишком просторным, мой дом, но, кажется мне, в нем тепло и достаточно света. И не вползла вражда в тихую повесть ожидания и встречи, чтобы сказать: я тут! Пока дикие камни бесхитростно задуманной постройки плотно складывались один к одному, мне было спокойно. Но стоило образоваться щели, самой небольшой щелочке, и ночи мои становились тревожными – вдруг войдет, назовется конфликтом, остродраматической ситуацией, и что я буду делать тогда с этим исчадием!.. Но – миновало. Окна моего дома мирно смотрят на закат. Заходи, читатель. Прошу. Это будет мне радостью.
Если же ты захлопнул раз и навсегда и недоволен, ничего, иди с миром, я не обижусь. И не спрошу: а куда же ты идешь?
Я скажу: пусть приятной будет и твоя дорога.
У Калиновской редкий дар: увлекательно писать о порядочных людях. Вот жили-были три брата, младший убежал в Америку, его уж оплакали давно, и вот! - возвращается. Богатый, счастливый, многосемейный, добродетельный блудный сын. Впрочем, и те, кто остался, - вполне устроенные в жизни, крепкие, удачливые. 1980-й год. Противопоставление "кошмарная заграница" - "великолепный Советский Союз" слегка устарело. До полярной перемены знаков ещё несколько лет.
Вот, особенно воодушевляет в Дине Калиновской - она не склонна педалировать бурные эмоции, пересаливать. Иной кто расписался бы - раззудись, плечо, размахнись, рука, благодать-то. И гражданская, и репрессии, и Отечественная, и каких только не гремело гроз. Между героем-эмигрантом и героиней-дождавшейся происходит следующий диалог:
- Как можно было не уехать, если были банды, тиф и холера?
И не более. В две строки рассказана эпоха. Всё понятно.
Или, например: действие происходит в Одессе. Одесский язык любят передавать как вычурное ломание, свалку жаргонизмов. Но речь героев Калиновской вкусно читать вслух.
Монолог Саула Исааковича о гусенице:
Зачем? Зачем она тащится по каменной пустыне, когда нужные ей листья совсем в другом направлении? Роскошная! Пушистая! Прямо-таки драгоценность из музея! Несчастная, не знает, что делает. Ей кажется, что она ползёт по дереву и скоро достигнет изобилия!
Саул Исаакович подставил палец под её движение, похожее на дыхание. Гусеница наползла, цепко облепилась. Но только Саул Исаакович перенёс её на траву, упруго развернулась и бесповоротной волной упрямо полилась к стене.
...движение, похожее на дыхание... Так часто бывает, что в произведении можно найти слова,характеризующие его общий тон. Где говорит автор? Где откликается Саул Исаакович, на сердце которого молодые солдаты действуют строго определенным образом: ему нестерпимо хочется накормить их булочками с изюмом?
Всех, кто населяет "Субботу", хочется зазвать на чай и накормить булочками с изюмом. Себе и своим близким мечтаю такую же старость: чтоб душа не прокисла, чтобы личность не превратилась в организм.
Мы придём!! - доносятся голоса с книжного разворота. - Мы очень рады!! Что нам остаётся?


...чего, спрашивается, кидаться в панику, если жизнь, известно, сама делает, как лучше.

Понимать и любить — не фокус, не понимать и любить, все-таки любить — вот где правда.










Другие издания

