Человек есть царь и раб
Свобода порождает страдание. Можно уменьшить страдание, отказавшись от свободы.
Эта книга читалась достаточно долго не только из-за внушительного размера, но и из-за множества утверждений, над которыми хотелось поразмышлять. Конечно, многие вещи давно известны, но то, как преподносит это Н.А. Бердяев, весьма любопытно изучить и почти с каждого листа хочется выписывать цитаты. При этом моментами можно отметить некую затянутость повествования, кажется, что все уже ясно и хочется идти дальше, особенно, если встречаются вопросы, которые автор уже поднимал в других своих произведениях.Также стоит отметить, что книга наполнена множеством философских терминов, например, "экзистенциальное", "трансцендирование", "детерминации", "диалектический", "экстериоризация", которые усложняют процесс чтения для неподготовленного читателя.
В данном произведении, помимо исторических и социальных вопросов, много внимания уделяется именно личности, анализируются причины притягательности рабства и сложности освобождения человека от порабощения.
Борьба за личность, утверждение личности болезненны. Самоосуществление личности предполагает сопротивление, требует борьбы против порабощающей власти мира, несогласия на конформизм с миром. Отказ от личности, согласие на растворение в окружающем мире может уменьшить боль, и человек легко идет на это. Согласие на рабство уменьшает боль, несогласие увеличивает боль. Боль в человеческом мире есть порождение личности, её борьбы за свой образ.
Моментами можно увидеть в этой книге общее с рассуждениями Фромма о свободе в Эрих Фромм - Бегство от свободы , но стиль у Берядева совсем другой и сходство незначительно. Например, из общего я отметила, что Николай Александрович также проводит связь между "господин" -"раб", но у Фромма подобная связь называлась "садист"-"махозист".
Господин и раб коррелятивны, они не могут существовать друг без друга. Свободный же существует сам по себе, он имеет в себе своё качество без коррелятивности с противоположным ему. Господин есть для себя существующее сознание, но которое через другого, через раба существует для себя. Если сознание господина есть сознание существования другого для себя, то сознание раба есть существование себя для другого. Сознание же свободного есть сознание существования каждого для себя, но при свободном выходе из себя к другому и ко всем
Достаточно много рассуждений о социальных группах, сословиях и о рабстве каждого из них, интересно пишет автор о царях и тиранах, об аристократах, буржуазии, о социалистах и революционерах. Есть главы, посвященные цивилизации в целом, государству, национализму, войне и деньгам. А есть более персонифицированные рассуждения об оковах любви и «пола», о власти красоты и искусства.
Человек имеет непреодолимую склонность играть роль и в этой роли придавать себе особое значение, тиранить окружающих. Человек – тиран не только в ненависти, но и в любви. Влюблённый бывает страшным тираном. Ревность есть проявление тиранства в страдательной форме. Ревнующий есть поработитель, который живет в мире фикций и галлюцинаций. Человек есть тиран и самого себя и, может быть, более всего самого себя. Он тиранит себя, как существо раздвоенное, утратившее цельность. Он тиранит себя ложным сознанием вины. Истинное сознание вины освободило бы человека. Он тиранит себя ложными верованиями, суевериями, мифами. Тиранит себя всевозможными страхами, болезненными комплексами. Тиранит себя завистью, самолюбием. Больное самолюбие есть самая страшная тирания. Человек тиранит себя сознанием своей слабости и своего ничтожества и жаждой могущества и величия. Своей порабощающей волей человек порабощает не только другого, но и себя. Существует вечная тенденция к деспотизму, жажда власти и господства.
И, конечно, не обошлось данное произведение без глав о Боге, о рабстве верующих, об оковах Церкви и о свободе, которую может дать истинная вера и христианство. Причем иногда автор приводит весьма неожиданные выводы:
Аскеза совсем не есть покорность и послушание, она есть непокорность и непослушание личности, исполнение своего призвания, ответ на призыв Бога. Личность по существу своему непокорна и непослушна, она есть сопротивление, непрерывный творческий акт. Истинная аскеза, связанная с личностью, есть героическое начало в человеке. Рабья аскеза есть мерзость. Характер предполагает аскезу, способную к выбору и сопротивлению.
С одной стороны, христианство как будто унижало человека, признавало его существом греховным и падшим, призванным к смирению и послушанию. И это и есть то, чего не могут простить христианству. Но, с другой стороны, христианство необычайно возвышает человека, признает его образом и подобием Божиим, признает в нем духовное начало, возвышающее его над природным и социальным миром, признает в нем духовную свободу, независимо от царства кесаря, верит, что сам Бог стал человеком и этим возвысил человека до небес.
Подводя итог, замечу, что эта вещь идеальна для неспешного, вдумчивого чтения, она охватывает различные аспекты человеческой жизни и разнообразные исторические периоды. Даже если вы и не согласны с позицией автора, книга подкидывает интересные вопросы для размышления. 
93 понравилось
