Книга рассказывает о русских летчиках во Франции во время Первой мировой войны - прямо скажем, тема редкая, не затасканная и довольно оригинальная, так что спасибо Юрию Гальперину за просвещение и напоминание. Также там есть экскурсы в деятельность летчиков во время и после обеих революций и в становление советского воздушного флота во время Гражданской войны.
Стиль автора отлично укладывается в рамки стандартной советской журналистики; по неизвестной мне причине большинство журналистов позднесоветского периода писали примерно одинаково. Этот стиль накладывает на весь текст вполне четкий отпечаток, и от него иногда начинает дергаться глаз. Гальперина-журналиста оценить не могу, но вроде работу проделал огромную и похвальную, а вот Гальперин-писатель не впечатлил. Временами автор довольно активно перетягивает одеяло на себя, в подробностях и цвете повествуя, как же трудно он собирал материал, как тяжело ему писалось, как он ездил аж в Париж. Ну, это понятно - сам себя не похвалишь, никто не похвалит.
Я не уверен в точности деталей и обстоятельств, которые выкладывает перековавшийся в публицисты военный летчик в своей книге - это не серьезная монография, так что ссылок здесь нет, а точечная проверка показывала, что информация не всегда верная (в частности, то, что он пишет про Яна Нагурского, не совпадает с данными польских историков), а иногда неверифицируемая (историю участия летчика Акашева во взятии Зимнего мы знаем исключительно со слов самого Акашева) - то ли со времени написания появилось много новой информации, то ли из-за определенных ограничений советской цензуры.
Заметна склонность Гальперина к излишней беллетризации (по-видимому, из опасения, что более серьезный подход к тексту может отпугнуть читателя), когда более-менее вдумчивое исследование вдруг сменяется какими-то художественными эпизодами а-ля Пикуль. К этому добавляется регулярное, как хронометр, попинывание царского режима с поклонами в адрес революции - я это не в смысле критики (понятно, с чем это связано), а чтоб было ясно, с чем имеем дело.
Есть и другая склонность у автора - идеализация своих героев. Упоминаемые в книге летчики все как на подбор представляют собой лучшие образцы нации и человечества, ничто низменное им не свойственно, чуть ли не нимб над головой у каждого, появляющийся в момент получения им летного удостоверения. Даже переход летчика Казакова на службу англичанам (на севере России) обставляется как временное моральное падение, завершившееся искупительным физическим падением с высоты. А так - подвиг/преодоление/подвиг/превозмогание/подвиг/героизм/подвиг/суперподвиг и все в том же несколько монотонном духе: концентрация подвигов и героизма зашкаливает настолько, что книга становится несколько пресноватой и местами утомительной.
Впечатляет, насколько плотно и быстро мы забыли всех этих героев - первых авиаторов, двигавшихся в новом пространстве практически наощупь, асов времен Первой мировой. И можно было бы списать на советский режим - мол, дореволюционные герои ему были не нужны, и уж тем более герои империалистической войны. Но насколько я понял из данной книги, всех этих пионеров быстро забывали уже тогда: выпал из обоймы и из газет из-за травмы (или смерти) - и уже через неделю тебя никто не помнит. Автор довольно ярко и вдохновенно расписывает рвение, подвиги и общую крутость первых летчиков - всех этих циркачей, спортсменов, сенаторов и даже крестьян. Энтузиазм весьма заразительный и увлекающий, прямо скажем.
Книга могла бы получиться очень эффектной, если б за нее взялся бы кто-то с большим писательским талантом, нежели у Гальперина, да и опытный редактор был бы не лишним, но и так она производит внушительное и приятное впечатление, надо отдать должное.
32 понравилось
