Дела давно минувших дней...(с)
Известный французский историк медиевист Жак Эрс в своей книге о повседневной жизни папского двора во времена итальянского Ренессанса, столетия, носившего название Кватроченто, задался целью осветить не известные широкой публике скандалы и потрясения, сотрясавшие Ватикан в течение этого бурного века, а раскрыть механизм его функционирования в городе, где брало начало христианское учение.
"В воскресенье 29 сентября 1420 года Мартин V торжественно вступил в Рим." Этот Папа был тем, кто принял решение окончательно перенести папский двор из Авиньона, где двор вынужден был осесть на долгие годы из-за непрекращающихся войн на Апеннинском полуострове в Рим, на веками принадлежащее ему место. Рассматривая Рим и папский двор в течение этого века, он словно закольцовывает свое повествование, с каждым новым своим тезисом возвращаясь к началу этого периода и заново рассматривая вереницу сменяющих друг друга в этом веке наместников Святого Петра.
В Риме папский двор является не только центром духовной жизни всех христиан, но и управляет немалыми территориями в самом сердце Италии, заключает союзы, выступает арбитром вовремя междоусобных войн, а порой и сам выступает в роли захватчика.
Начиная с разбора работы административной машины управления этим сверхсложным механизмом, автор оперирует такими терминами, как курия и конклав, обозначая ими центр управления папским двором. Затем он переходит к обсуждению необходимости не только содержать огромное число всяческих чиновников для обеспечения его бесперебойной работы, но и содержать всё это хозяйство в роскоши. Эта роскошь демонстрирует приезжим послам других государств, многочисленным «туристам», как их сейчас назвали бы, приезжающим в Рим, а также паломникам, пришедшим поклониться святыням Вечного города, могущество и величие центра власти всего христианского мира. Для этого необходимы реформы, как городского хозяйства, где имеется прискорбный недостаток в гостиницах для приезжих, прямых и ухоженных дорог к святым местам для паломников и для проезда папских процессий в дни религиозных праздников, а также избыток разбойников всех мастей, стремящихся максимально облегчить кошельки всех приезжих и не брезгующих грабежом плохо охраняемых церквей.
Чтобы эти перемены стали возможны, исполнителям папской воли пришлось выдержать целую войну с некоронованными правителями города, римскими семействами Орсини и Колонна, враждовавшими между собой и построившими в занятых ими частях города целые военные укрепления для защиты, включая высокие обзорные башни и другие оборонительные сооружения.
Но рано или поздно эти войны заканчиваются и Рим становится привлекательным не только для паломников, но и для творческих людей со всей Европы – художников, поэтов, литераторов и ремесленников. В городе расцветают искусства, папские дворцы расписывают великие мастера, понтифики заказывают себе величественные надгробия своих будущих мест упокоения, статуи святых и росписи для многочисленных церквей. Перестраивают собор Святого Петра, где не хватает места для всех верующих в дни церковных праздников, увеличивая неф и возводя новый великолепный купол. Имена Микеланджело, Рафаэля, Боттичелли, Беллини, Донателло, Челлини и многих других мастеров известны всему миру. Открывается Папский Университет, библиотека Ватикана становится одной из крупнейших библиотек Европы, под покровительством Ватикана развиваются книгопечатание и книжное дело. Покупаются и копируются рукописи латинских и греческих авторов. Римские карнавалы перед началом Великого поста и скачки своей роскошью привлекают в город множество гостей.
Город старается воскресить и как можно точнее имитировать античные триумфальные шествия, осознанно отождествляя себя с прошлой славой и пытаясь вернуть хотя бы частицу ее.
Наконец, колонны античных храмов, статуи и фризы перестают служить местным жителям строительным материалом и источником известкового шлака. Возникает мода на античность, богатые люди, кардиналы, да и сами римские Папы становятся коллекционерами античных памятников, организуя раскопки и перекупая у торговцев и друг у друга римские древности.
Имена Борджиа и Медичи, на мой взгляд, вставлены в заголовок для привлечения внимания читателя, потому что автор нисколько не выделяет их среди прочих понтификов Кватроченто. И если о Борджиа, который даже в те времена выделялся своими безудержными тратами, продажей должностей и стремлением сделать папскую должность семейственной, еще упоминается, то о Папах Льве X и Клименте VII из семейства Медичи сказано совсем немного. Гораздо чаще упоминаются имена Папы Пия II из Сиены и Павла II из Венеции, как выдающихся гуманистов, много сделавших для папской власти и культурного развития города.
И хотя некоторое восторженное придыхание, с которым, как мне показалось, автор рассказывает о институте папской власти в период Кватроченто в Италии, человеку другой страны и конфессии может показаться несколько утрированным, оно простительно увлеченному своим делом специалисту и католику по вере отцов. Фактологический материал же, несмотря на некоторую сумбурность, будет интересен тем, кто неровно дышит к эпохе Ренессанса для лучшего понимания сеттинга художественных книг на эту тему.
Сикст IV и гуманист Платина. Фреска Мелоццо да Форли «Сикст IV и его двор». Пинакотека Ватикана.
55 понравилось
