Миниатюры. Исторические новеллы

В этой исторической миниатюре автор рассказывает нам о жизни и военной карьере генерала Петра Котляревского. Раскрывает для потомков секреты его прозвищ - "генерал-метеор" или "покоритель Закавказья".

– В чем секрет ваших побед? – спрашивали Котляревского.

– Обдумываю холодно, а действую горячо...

1812 год застал его в ранге генерал‑майорском, и уже тогда его все знали как "генерала‑метеора"!

Начинается история зимой 1792 года где-то за Конотопом. Будучи ребёнком Котляревский случайно спасает подполковника Ивана Лазарева. Лазарев не забывает доброго дела и призывает своего спасителя служить на Кавказ. Покровителя убивают, но это не мешает нашему главному герою строить головокружительную военную карьеру. Карьера не далась ему легко, не надо думать, что он просто раз - и построил её. Нет, через множество боёв прошёл Котляревский.

– Отныне и во веки веков отсылайте послов своих в Петербург, ибо царство Грузинское кончилось, земля наша стала подвластна великой Руси, а грузины с русскими – отныне братья!

Кровь, пролитая Баба‑ханом, была кровью последней: Тифлис вступил в эру благополучия и спокойствия. Но зато не было теперь передыха для солдат русских, реками проливали они кровь за народ грузинский, война с персами тянулась много‑много лет, и в этих‑то войнах и прославил себя Котляревский...

К сожалению, Александр I не был благосклонен к герою. Покалеченный боями и непонятый властью вышел Котляревский на пенсию, где его ждала только боль. Будучи успешным в военной жизни не получил он должной благодарности своим заслугам после неё.

Спасибо автору за возможность узнавать побольше о нашей истории и о выдающихся, но возможно недостаточно знаменитых, исторических личностях.

Отличная дипломатично-военно-политическая историческая миниатюра. Отлично подходит чтобы освежить в памяти события Отечественной войны 1812 года. Интересно было почитать и о некоторых дипломатических моментах.

Картина "Мир во что бы то ни стало" была завершена В. В. Верещагиным в 1900 году. В этом полотне живописец лишил Наполеона героической позы. Советский историк А. К. Лебедев писал, что "Наполеон для Верещагина не полубог, а жестокий и черствый авантюрист, возглавляющий банду погромщиков и убийц, приносящий неисчислимые бедствия русскому народу...".

Итак. Сентябрь 1812 года. Москва догорает. Через узкое окошко кремлевских покоев Наполеон наблюдает как на Красной площади его солдаты сооружают шалаши для жилья. В его планах заключить мир с Россией. Один дипломат, бывший посол в Петербурге, отказывается ехать к Кутузову для переговоров со словами "Если мы навязали русским эту войну, я не желаю теперь навязать им мир, который они никогда от нас не примут". В результате чего для переговоров направлен другой дипломат. Ну а об окончании переговоров и самой войны мы все в курсе.

Меня на пост командующего выдвинул сам народ, и, когда он провожал меня к армии, никто не молил меня о мире, а просили едино лишь о победе над вами... Меня бы прокляло потомство, подай я даже слабый повод к примирению с врагом, и таково мнение не только официального Санкт‑Петербурга, но и всего простонародья великороссийского...

Есть люди, считающие, что не нужно судить о книге по ее обложке. А есть такие, как герой этого рассказа уверенные, что «Книга создана, чтобы сначала поразить взор, а уж затем очаровать разум.» Николай Еремеевич Струйский был с одной стороны весьма странным человеком, многим он казался чуть ли не сумасшедшим, но с другой стороны, он словно доведенное до абсурда лицо дворянина времен Екатерины II. Он пользовался ее покровительством и сам практически поклонялся ей, как идолу. В нем сочеталась искренняя страсть к книгам, к поэзии, к техническому совершенству издательской техники (настолько, что его книги Екатерина II дарила иностранным послам и хвалилась ими, как доказательством хорошего своего управления страной). Сейчас книги, изданные в его частной типографии в селе Рузаевка, являются очень большой библиографической редкостью и стоят бешеных денег. Но это, как обычно, только одна сторона медали. Был этот человек ужасный крепостник и самодур. Начитавшись Вольтера, он под предлогом развития крестьян, проводил над ними показательные процессы по надуманным обвинениям, выступая то в роли судьи, то адвоката. Но если крестьяне не сознавались (не забываем, что они совершенно ни в чем не виноваты), то их подвергали страшнейшим пыткам. Из-за прихотей барина в самую страдную пору приходилось крестьянам бросать поля и работать до изнеможения в типографии – свой нескончаемый поток графоманства (а стихи у него были просто ужасные) он желал видеть изданной немедленно и любил поражать своих гостей тем, что, сочинив что-то на ходу, через пару минут выбегал из типографии с великолепно изданной книгой. Крестьяне его ненавидели и после смерти его и его вдовы разнесли по кирпичику ненавистное имение. Но труд подневольных мастеров все же не исчез совсем, шрифты еще много лет служили в губернской типографии Симбирска. Вот такая история и такой вот персонаж того времени. Я же при прочтении вдруг подумала о современных трудягах из стран третьего мира, что производят красивые и технически совершенные вещи, работающих по потогонной системе (надеюсь их хотя бы не пытают). Мало кто задумывается о цене этой красоты, для этого и нужны нам исторические примеры. Хотелось бы, чтобы в будущем производство красивых вещи и технический прогресс были с более человеческим лицом.