«Артиллеристы, Сталин дал приказ! Артиллеристы, зовет Отчизна нас! Из сотен тысяч батарей За слезы наших матерей, За нашу Родину — огонь! Огонь!»
Константин Петрович Казаков, маршал артиллерии.
Чем интересны мемуары этого маршала артиллерии, так это цифрами. С математикой, как известно, не поспоришь. Константин Петрович подробно расписывает количественный и качественный состав артиллерии СССР накануне войны и, оказывается, все было вовсе не так плохо Приграничные округа, например, были снабжены снарядами в таком количестве, что их наличия могло хватить не менее чем на 6-7 месяцев ведения войны. Наличие боеприпасов в частях составляло до 2,5 боевых комплекта, или 25% всех запасов округов! Казалось бы, воюй – не хочу. Но нет, большинство частей было выдвинуто в пресловутые тренировочные лагеря, для показательных, или показушных частей. Для того, чтобы во всеоружии вступить в войну, артиллерийские полки должны были сначала вернуться на зимние квартиры, где оставалось много имущества, транспортных средств и боезапасов. А транспорта не было в достаточном количестве для того, чтобы успеть вернуться на зимние квартиры. Какой выход находит военное руководство? Правильно – все военные склады уничтожить! Принцип «сама приду и сама разденусь» неуклонно исповедовался в нашей армии в первые месяцы войны. Поэтому, как пишет Казаков, даже на Западном фронте, имевшим в сравнении с другими фронтами относительно сильную артиллерийскую подготовку, в итоге осталось всего 3,5 тысяч орудий и минометов. А если же учесть, что в это число входило более 800 50-мм минометов, которые мало использовались, а в обороне тем более, то кол-во орудий, способный вести эффективную борьбу с противником (танками и пехотой), было около 2,7 тысяч, что равнялось максимум 8 орудий на 1 км фронта. Добавить сюда неопытность и отсутствие боевого опыта у наших и восемь орудий превращаются в максимум 5. Были случаи, когда бойцы, наслушавшись собственной пропаганды о большом количестве собственных танков, радостно встречали колонны немецких танков, которые на головном своем танке водрузили красный флаг. Радость заканчивалась обстрелом наших позиций немцами буквально вплотную. К моменту начала наступления немцев на Москву на Западном фронте оставалось менее двух с половиной тысяч орудий и минометов. В дело пришлось пускать «тришкин кафтан» - собирать остатки орудий по музеям и складам. Удалось найти 263 орудия, среди которых были английские и французские пушки 1900х годов и даже 80 пушек образца 1897 года. Зачем были нужны эти пушки??? Как тут не вспомнить слова Атоса…
К моменту второго наступления на Москву, немцы меняют тактику. Вперед выдвигаются автоматчики, которые, видимо совсем не опасаясь нашего артохранения, просто уничтожали орудийные расчеты и конский состав. Затем в бой шли немецкие танки и просто давили молчавшие орудия. Ставка, если можно так сказать, просто наблюдала и констатировала все сверху, параллельно наращивая силы на опять же западном направлении. Наращивала за счет своих резервов, то есть тех армий, которые были сосредоточены в районах севернее и юго-восточнее Москвы. К моменту нашего контрнаступления было накоплено порядка шести с половиной тысяч орудий и 415 установок реактивной артиллерии. Всего же на западном направлении было уже почти 8000 орудий и минометов. В войсках Калининского фронта артиллерии было по-прежнему очень мало. В то же время, то ли для того, чтобы запутать врага, то ли для того, чтобы пустить пыль в глаза самим себе, к декабрю месяцу на фронте вместо 7 армий вдруг стало 10! Протяженность фронта увеличилась вдвое и плотность артиллерии в итоге не изменилась. Ставке снова пришлось латать дыры. Такие действия продолжались вплоть до Сталинградской битвы. К этой битве, словно по волшебству распахнулись все закрытые до тех пор двери военных складов и на фронт хлынула артиллерия – резко на фронте стало в два- два с половинного раза орудий и минометов. К концу оборонительного сражения это количество увеличилось и дошло до 1100 орудий. В чем был секрет? Секрета никакого нет – просто под Сталинградом формирование, переформирование и доукомплектование артиллерийских частей было организовано очень хорошо, артполки, понесшие потери, быстро пополнялись личным составом и материальной частью и вновь вводились в бой. Правда, чтобы жизнь не казалась медом, укомплектование артиллерии средствами тяги и транспорта было на низком уровне, что снижало маневренность артиллерии. Большое значение имел тот факт, что бои велись в городе. Артиллерии приходилось открывать огонь только с дальности 300-400 метров, а иногда с еще меньших дистанций. В общем, как только наладилась материальная база, то воевать сразу стало легче. С боевым комплектом снарядов, уровень подвозки которых составил 2,5 фронтового боевого комплекта в неделю, все быстро было подготовлено к уничтожению немецкой группировки под Сталинградом. Пристрелка арторудий состоялась с 6 по 8 января, а ее контроль буквально накануне наступления. Паулюс быть может и не против был бы сдаться сразу, но ведь тогда бы не было ни эффекта «страх котла» у немцев, ни колоколов траура в Германии, ни дня артиллерии в СССР. За время операции по уничтожению немецкой группировки артиллерия фронта израсходовала 1,6 млн. снарядов и мин! Начало контрнаступления под Сталинградом – 19 ноября – в итоге стал Днем Артиллерии.
В общем, очень многое зависит от материальной базы. В конце 1943 года в советской артиллерии появились дивизии прорыва в составе 6 бригад, в которых находилось 15 полков. Они стали основной ступенькой подготовки в Курской битве. Плюс появились подкалиберные и кумулятивные, то есть бронесжигающие снаряды, которые позволяли вести эффективную борьбу с врагом. Короче говоря, с такой артиллерией можно было пускать в бой даже необстрелянных крестьян с освобожденных, деоккупированных территорий – все равно победа будет за нами. Аминь!
1 понравилось
