
PocketBook
augustin_blade
- 1 169 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Ранее я уже знакомилась с романом Андахази "Милосердные", поэтому была готова к "худшему". Однако этого не произошло. Больше всего роман запомнился своей необычной атмосферностью. Италия эпохи Возрождения завораживает. Читатель окунается в мир художников, страстей средневековья, мистических приключений. Фантазия Андахази сдобрена энциклопедическими тонкостями в области искусства. Умение преподнести читателю созданную им детективную интригу в духе аргентинца. . Подобно тому секрету первозданного цвета, который так искали художники средневековой Италии, прелесть романа в том, что вместе с героями романа читателю также приоткрываются тайны, неведанные ему ранее. Послевкусие от романа остаётся надолго.

Книга странная, загадочная и... отталкивающая. Она о живописи и художниках. Если тему перевести на музыку, то тут ясно слышна тема Сальери, а вот Моцарта нет. Эта книга о грани между гением и преступлением - вернее, об отсутствии этой грани. Во второй половине книги видно, что все строчки объединяет вражда художников, которые ни разу не видели друг друга.
Эта книга - детектив, поскольку тут будет несколько убийств и расследование их Северо Сетимьо, злой гений правосудия. Убийства начались с одного из трёх учеников художника Франческо Монтерга, маленького Пьетро. Откровенно с первых страниц не ясно, за что надо было убивать мальчишку, у которого ни гроша за душой. Придётся терпеливо следовать сюжету, и разгадка вас шокирует.
Эта книга - своего рода картина... по другую сторону холста. Мы привыкли в музеях наслаждаться так хорошо сохранившимися полотнами художников. Прочитав эту книгу, невольно вспомнишь:
За красивыми полотнами очень часто скрывалась зависть живописцев друг к другу, а между учителями и учениками были отношения отнюдь не устремлённые к познаниям тайны цвета и линий.
Эта книга о красках и цвете. Я не сильна в живописи, и меня подкупило описание чёрного и белого цвета - настолько, что только ради этих нескольких предложений можно прочесть книгу. Описание цвета из уст художника или человека, разбирающегося в живописи - как поэма достойного писателя.
Книга о жестокости. О том, как просто оказаться не в том месте и не в то время, чтобы быть повешенным. Если жестокость следователя можно ещё отнести на время действия романа, то жестокость людей - она во все времена одинакова. В этой связи вспоминается Кастилец - персонаж, который мне больше всего понравился и за которого я переживала. Да, в нем было много скрытого от людей, но людей именно это и притягивает. Когда ты живёшь сам по себе и никому ничего не делаешь плохого, плохое обязательно сделают тебе.
Эта книга о тайне, которая рассорила художников Флоренции и Фландрии. Одержимость искусством, как показывают эти строки, может оказаться преступной. Столь заманчивая на первый взгляд тайна часто бывает абсолютно чёрного цвета, такого, каким представляют себе небытие.
Моё отношение к героям больше ровное, их заслонили тайны. Первая треть книги читалась трудно, так как я далека от кисти и холста. Множество тайн сделали книгу интересной, но концовка - в духе наших дней. Она неожиданна, и, на мой взгляд, никак не подходит к эпохе Возрождения. Книга увлекательна, но с последними страницами я перестала верить в происходящее, хотя с увлечением следила за событиями.
Р. S. Если у вас есть старые иконы, внимательно к ним присмотритесь.

Для захватывающего и увлекательного триллера, детектива или исторического романа (смотря с какой стороны посмотреть на эту книгу) есть все необходимы компоненты.
Возьмем двух художников: фламандец и флорентинец. Италия и Голландия. Непримиримые соперники по жизни. Первый – мастер цвета и брат другого выдающегося художника, который знает все секреты создания уникальных и ярких красок. Второй – мастер композиции: ракурс и перспектива — вот его главные козыри.
Добавим несколько учеников. Один непременно должен быть шпионом-перебежчиком, который следит за действиями одного мастера и передает тайную информацию другому. Второго добавим для создания эротического подтекста. Третьего лучше всего зверски убить в лесу. И пусть последний будет необыкновенно талантливым любимым учеником одного из мастеров.
Обязательно должна быть тайна. Великий секрет настоящего мастерства. Ключ спрятан в зашифрованной рукописи, но разгадать загадку дело не простое.
Ну и красивая загадочная женщина. Соблазнительная, таинственная и порочная. Она преследует исключительно собственные цели и порождает еще больший хаос в отношениях между всеми этими мужчинами.
Все компоненты безусловно самого лучшего качества. Но в итоговом блюде все смешалось, перепуталось и потеряло в итоге свой вкус. Интрига не затягивает, развязка оставляет ощущение в стиле «что это вообще было?», герои не вызывают никаких эмоций, прям от слова «совсем».
Все впечатления, которые остались у меня от истории, это яркие и живые описания самих красок, которыми мастера пишут свои картины: красная киноварь, ультрамариновая синь, неаполитанская желтая. Хочется от такого сочного описания бежать в магазин покупать себе краски и, хотя бы, на обычном белом листе бумаги нарисовать несколько ярких линий.

Если наша реальность — только несовершенная копия мира идей, тогда живопись, искусственное отображение природы — это всего-навсего копия копии. Получалось, что если бы цвет в первозданном состоянии действительно существовал, живопись перестала бы быть неточным воспроизведением и достигла бы вершин подлинного искусства. Но разве могут слиться воедино на холсте художника косная материи этого мира и неуловимая идея цвета в первозданном состоянии?

Ничто. Просто ничто. Можно овладеть умозрительной идеей бесконечности, можно согласиться с рациональным утверждением греков, что прямая вмещает в себя бесчисленное количество точек. Но никто никогда не «видел» бесконечности. И точно так же из привычного понятия «бытие» можно вывести его противоположность: «небытие», то есть «ничто». И однако никто не осмелился бы утверждать, что когда-нибудь видел это «ничто».

Поистине, те тайны, в которые он так и не смог проникнуть, были для Монтерги много важнее, чем жалкая горстка истин, которыми он обладал.












Другие издания


