Science. Наука, все дела. Планирую собирать тут умные книжки. И даже читать. План - уже полдела!
Estee
- 1 035 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Автобиография патриарха ЭПР и ЯМР, русского француза Анатоля Абрагама. Книга будет интересна даже людям, не имеющим к физике никакого отношения и совершенно не представляющим себе смысл странных сочетаний из трех букв в предыдущей фразе. Во-первых, это почти весь двадцатый век глазами весьма неглупого человека. Во-вторых, мультикультурность автора (детство до десяти с небольшим лет в Советской России, после - эмиграция во Францию, связанная с "неправильным" происхождением семьи), что делает для русского читателя книгу занимательной в особенности. В-третьих - очень живой и своеобразный язык. В-четвертых, удивительно богатая судьба и нетривиальная профессия. Французское сопротивление в годы второй мировой, всемирная научная закулиса, посещение СССР через 40 лет после отъезда, невероятное множество научных и околонаучных анекдотов... Есть где разгуляться. Пять звезд, рекомендуется всем, наравне с Фейнманом.

Его [Гамова] книга о ядерной физике переиздавалась два раза. В предисловии к тртему изданию 1947 года он писал следующее (цитирую по памяти): «Сразу после первого издания последовало открытие нейтрона, которое тотчас обесценило мою книгу, сразу после второго издания появилась теория компаундного ядра Бора, сделавшая то же самое со вторым изданием. Прошу рассматривать третье издание как ещё одну попытку вызвать новые открытия в ядерной физике». Он не ошибся: вскоре после выхода этого издания появилась теория ядерных оболочек Марии Гёпперт-Майер, которая сильно изменила взгляды на структуру ядра.

В 1919 году Эйнштейн (тогда в зените своей славы) прочёл лекцию, на которой присутствовал ещё совсем юный Паули (ему было тогда девятнадцать лет, но он уже успел написать лучшее изложение общей теории относительности). В конце лекции Паули встаёт и заявляет: «А знаете, то, что доктор Эйнштейн говорит, далеко не глупо».

Все слышали про знаменитого физика Энрико Ферми, которого и теоретики, и экспериментаторы считали "своим". Я тоже таков, хотя и не совсем: экспериментаторы принимают меня за теоретика, а теоретики за экспериментатора.








Другие издания
