Мысли и воспоминания. В трех томах. Том 3

В двух предыдущих томах своих мемуаров Бисмарк успел рассказать о своей карьере, поэтому на долю последнего остались дни перед отставкой и портретные зарисовки политиков и монарха. Какая ирония - последний император Бисмарка стал последним императором Германии!

Пожалуй, образ Вильгельма наиболее интересен. Остальные особы слишком мало известны общественности (ну может только кроме Каприви). А вот тщеславный кайзер, ввергнувший Европу в мясорубку Первой мировой, вызывает особое любопытство. Вильгельма откровенно жаль - молодой, амбициозный, полный идей монарх получает в наследство среди прочей рухляди 75-летнего канцлера. И ладно бы это был безмозглый старый хрыч, который бы тихо посапывал на заседаниях и кивал в ответ на все ваши предложения. Так нет же, величайший политик в истории Германии, на одну ступеньку с которым современные немцы доставили бы, вероятно, ещё Гельмута Коля (и за те же самые заслуги - объединение Германии). Канцлер, о правлении которого в Европе говорили: предприятие "Бисмарк и сын". Я уже не говорю о знаменитой фразе Вальдерзее, которую Бисмарк вспоминает в мемуарах: "если бы у Фридриха Великого был такой канцлер, то он не стал бы великим". Конечно, обидно! Ирония судьбы ещё и в том, что этому самому канцлеру Вильгельм - вот незадача! - обязан своим положением и титулом. Впрочем, все мы знаем, чего чаще всего стоит благодарность власть имущих и её же держащих.

В общем, да, обиду Вильгельма и его желание избавиться от опеки понять можно, непонятно, а точнее некрасиво выглядит та форма, в которой это было сделано - подленько, меленько, из-за угла. Сначала фразы в стиле "я скорее позволил бы разрубить себя на куски, чем предпринял бы что-либо причиняющее вам затруднения или неприятности", а потом, когда стало понятно, что единства мнений не будет, вместо открытого и честного разговора началась подковёрная интрига и принуждение к отставке. Особенно впечатлило то, что Бисмарка фактически ещё и выжили со служебной квартиры в тот же день. Впрочем, об этом он упоминает вскользь, так что подробности неизвестны. Упоминает он и о своём отношении ко всему этому балагану, но если и с ноткой горечи, то без злости или откровенной обиды, со своей всегдашней своеобразной иронией: "На вокзале мне, по распоряжению императора, были оказаны воинские почести, которые я с полным правом мог назвать погребением по первому разряду".

Разумеется, такие исходные данные не могли не повлиять на изображаемый портрет Вильгельма, но Бисмарк и здесь себе не изменяет - политика отдельно, эмоции отдельно. Его личное отношение к императору остаётся при нём, а характер Вильгельма описывается, как мне кажется, достаточно объективно. Особенно интересно сравнение Вильгельма с предками и проявления агрессивного характера. Бисмарк об этом, кстати, не пишет, но письма говорят сами за себя. Чего можно ждать от человека, с гордостью вписывающего в подпись старинный семейный клич "Allweg guet Zolre!" ("Цольре зовёт на бой!")? Ну и совсем уж прозрачны вот эти строки: "И если суждено разразиться войне, не забывайте, что всегда наготове рука и меч у того, чьим предком был Фридрих Великий, один боровшийся с втрое большим количеством врагов, чем их имеется в настоящее время у нас, и что 10 лет упорной военной подготовки не пропали для него даром!" Увы, с 1887 по 1914 Вильгельм не изменился.

Так как это книга написана с критикой монарха и при этом несет в себе отпечаток долга с еще большей степенью чем в предыдущих двух, которые скорее мыло интересны читателю, так как не знаю как объяснить, но если за каждым хорошо пишушим автором видно определенное лицо, то в первых двух томах я больше упирался скорее в железную маску и это чтение совсем не вызывало удовольствия, и большую часть я просто листал. Здесь будет не правдой сказать, что он меня увлек... так как в принципе я ждал от этих томов гораздо большего. Все таки тот самый Бисмарк... ассоциирующий с РИЛ ПОЛИТИК! и может даже тот кто заложил основы для Гитлера в моем представлении... но здесь... здесь ты сталкиваешься с взглядом, который противоположен этой ассоциации... взглядом преисполненным долга, но в отличии от предыдущих книг... вряд ли можно сказать что этот человек проронил слезу или хоть чуточку стал сентиментальней... Нет, но тут само время рисует нечто контрастное: ярый защитник монархии критикует ее во многом в образе самого монарха и сам этот конфликт очарователен, что он не согласен с тем что институт себя убивает между строк этой коротенькой книжки, которая должна была выйти по завещанию после смерти Вильгельма, но вышла после его поражения, как давно зарытое надгробие.

Тут также интересен момент, что сам его монарх с которым связано так много бед первой мировой изначально был очень даже либерален и шел на уступки обществу, но в тот момент это было много противоположно происходящему... Бисмарк предчувствует беду. Что он здесь не учел так это может быть скорее какой-то выброс напряжения... Т.е. исходя из своих же принципов - почему ему было так тяжело подвести к сбросу давления от распирающих сил и перебросить их куда-нибудь подальше от всех существующих интересов? Т.е. быть может несколько приспустить напряжение, как делала Англия во времена молодого Черчилля, убивая буров.