
"... вот-вот замечено сами-знаете-где"
russischergeist
- 39 918 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Короче, полное разочарование. Леонида Костюкова я знаю как автора очень интересных критических статей, а книжка вышла никакая. В тексте есть несколько вставок -- хорошее объяснение, "откуда есть пошел театр по системе Чехова и Станиславского", боянистая комическая история про русский менталитет и американские компьютеры, правдоподобная история о поиске себя и грехах, унылая история об искушении. И вот какбе на этом все. Я бы это лучше прочитала в виде сборничка рассказов)) Внешний сюжет условнейший, это ладно, но примерно с середины отбивают охоту читать совсем непонятно зачем вставленные коленца -- вдруг героине приказывают проехаться по стране, но все заканчивается на первой же остановке шабашом мефистофельского толка с мутным мессаджем. Внутреннего сюжета нет. Тот факт, что [СПОЙЛЕР] все повествование -- на самом деле коматозное состояние героя, эту нелогичность построения сюжета не оправдывает. Не чувствуется целостности книги. Язык богатый, остроумный (как всегда у Костюкова), но одинаково остроумно говорят все герои, и это этого как-то устаешь что ли... Хотя в кино это было бы угарно, наверное))
Торкающая тема в самом конце -- герой пишет письма всем своим приятелям, с которым он познакомился, находясь в коме, пишет, до конца не понимая -- реальные ли это люди, живущие за океаном, или вымышленные, живущие только у него в сознании.

Если человек привык чесать жопу, его жопа, в свою очередь, привыкла чесаться, а когда она чешется, нельзя ее не чесать. Вот тебе и круговорот греха.

– Так что же со мной?
– С тобой, – тут лицо его сделалось бесконечно дряхлым, а голос зазвучал, как иерихонская труба, – грех познания. Ты хочешь узнать, что делается там, где тебя нет, заглянуть по ту сторону стены, но она становится этой стороной, как только ты туда заглядываешь. Ты хочешь спросить меня, не волнует ли меня, трахает ли кто-нибудь сейчас мою Рахиль. Великий Б-г, да может быть, ее вовсе сейчас не существует, или она лежит в гробу вся в целлофановых цветах. Но по нашему молчаливому уговору с Провидением, когда я вернусь домой, совокупность атомов, условно называемая Рахиль, подаст мне другую совокупность атомов, условно называемую фаршированной рыбой. Подумай, шлемазл, сколько сил уходит у Высшей силы, чтобы поддерживать порядок там, где ты есть, так чего же требовать порядка там, где тебя нет? Самый лучший ковер нехорош с изнанки. Так вот, несчастный придурок, оставь в покое свою жену и утешься тем, что ты видишь перед собой, а если вздумаешь оглянуться, то делай это плавно и медленно. За самой упоительной кожей скрывается алая, пульсирующая, болезненная плоть; снимая покров, ты уничтожаешь образ мира. А теперь иди и больше не ревнуй.

Занятия в нашем университете еще не начались, не началась и осень, вот только кончилось лето. Природа стояла словно в антракте, покорно дожидаясь смены декораций. Ни ветра, ни жары, ни дождя. Ты поднимаешь руку -- и кожа на твоей руке не ощущает ничего.












Другие издания


