Летчики и космонавты

Весьма непривычное для меня чтение – мемуары. Нужно знать, что происходит вокруг, за исписанными листами, напоминать, что не стоит верить каждой строчке – по злому ли умыслу, по незнанию. Да и совпасть ментально тоже придется постараться, или будет мучТение, а читаю я, в первую очередь, чтобы насладиться словами, раскрывающими передо мной историю. И тем не менее, раз открыв книгу, не всегда получая удовольствие, ругаясь на пробелы в образовании и хмыкая на какие-то факты, дочитав до финальной точки, я не сразу смогла ее закрыть. Передо мной открылась эпоха. Плохая, хорошая – она была. Со своими трудностями и бедами, радостями и достижениями. И были люди, которые воспринимали ее вот так. Где-то идеализированно, где-то пропагандировано, но искренне, от всего сердца. Тем более что на долю Николая Петровича выпало немало задач, которые он решил с достоинством. Он рассказывает и о Великой Отечественной войне, и спасении челюскинцев, и подготовке космонавтов – воистину «не было б в мире крепче гвоздей!» С любовью: о себе, товарищах и Родине.

Земные орбиты советских космонавтов пересекают моря и океаны, горные хребты и пустыни, чтобы прибыть к тем, кто их ждет как ждут желанного гостя, самого близкого и дорогого человека, которому можно щедро открыть свое сердце, подарить самое драгоценное, чем располагает человек, - дружбу (с).

Разве можно остаться равнодушным, читая эти строки? У меня вот не получилось. Да и действительно интересно получить информацию из первых уст. Это потом историки поднимут документы, зачитают приказы, а тогда, когда результат неизвестен, когда есть только здесь и сейчас, все воспринимается совершенно по-другому. И ты смотришь, как люди делали, творили и жили – и что-то внутри меняется.

Когда-то давно в моем далеком детстве, двоюродный дедушка рассказывал мне о летчиках, космонавтах, о Гагарине, Циолковском, Королеве и Каманине. Я влюбилась в этих героев Советского Союза. И вот мне выпало счастье ознакомиться с книгой известного летчика и руководителя подготовки самых первых космонавтов Каманиным Николаем Петровичем. В своей книге Каманин описывает известные всему миру события, в которых сам принимал участие. Он вызволял из ледового плена челюскинцев, прошел всю войну и остался жив, стал Героем Советского Союза, получил множество наград, и после войны руководил подготовкой первых космонавтов СССР. А еще Каманин рассказывает о подвигах советских людей, летчиков, космонавтов, техников. О том как они вкладывали душу в свое любимое дело, как рисковали жизнью, жертвовали собой. Книга пропитана героизмом, честью, правдолюбием и мужеством! И я очень горжусь тем, что мой дед служил с такими выдающимися людьми как Каманин, Гагарин, Титов, Беляев, Терешкова. Я горжусь этими людьми! В книге Николай Петрович повествует нам о своем опыте, где был, что делал, как достигал своих целей, но ни слова не сказано о семье, только любимая работа. А еще очень много коммунизма. Как россияне становились коммунистами, как уважали Ленина, а потом и Сталина. Ни слова о проблемах политических или личных. Везде только и слышно "За Ленина!", "За Сталина!", "За коммунизм!" Все очень патриотично. Книга выдержана в советском стиле, помните как Левитан вещал "От Советского Информ Бюро..." На протяжении повествования всей книги, то и дело слышался голос Левитана. Герои, конечно, героями, но книге явно не хватает свободы слова и более широкого мировоззрения. Весь этот коммунистический пафос явно настораживает, особенно когда живешь в сегодняшнем дне и знаешь чем все это закончилось.

С. П. Королев и Н. П. Каманин на отдыхе после полета космического корабля «Восток». Сочи, май 1961 г.

Как и большинство книг, в которые автор, или редактора захотели впихнуть не впихиваемое, произведение «Летчики и космонавты» больше напоминает книжку серии ЖЗЛ, чей смысл дать читателю представление о теме, а не ее раскрытие. Немного рассказано о детстве Николая Петровича, немного об учебе в летном училище. По традиции, подробно про операцию по спасению «челюскинцев»; не мало про процесс подготовки космонавтов, но намного больше про «рекламный» тур Ю. Гагарина по странам проклятого империализма и социалистического лагеря. Из интересного в книге – это, в первую очередь, толковый сравнительный анализ по качественным характеристикам самолетов советского производства и других стран. Например, Каманин обращает внимание на тот факт, что зарубежные конструкторы, в свое время переняв для тяжелых самолетов схему «Ильи Муромца», продолжали слепо копировать ее, идя по пути простого увеличения геометрических размеров новых машин и мощностей моторов. В итоге тяжелые машины английских, американских и других фирм представляли собой конструкции, характерные для времен первой мировой войны, — бипланы с бесчисленным количеством расчалок, подкосов и других деталей. Двигатели располагались, как правило, между плоскостями бипланной коробки. Именно так выглядели английские самолеты «Виккерс-163» «Бультон и Поль», итальянские «Капрони».

• Описание подготовки к серийному выпуску самолета-гиганта ТБ-3 (АНТ-6) в 1929 году. Справка: главнейшей характеристикой любого самолета является так называемый коэффициент отдачи — отношение полезной нагрузки к общему полетному весу. Эта величина у самолета ТБ-3 первой модификации составляла 0,385, а у второй — 0,46. Укажем для сравнения, что одна из лучших в то время иностранных машин — немецкий самолет Ю-385 имел коэффициент отдачи всего лишь 0,333. ТБ-3 брал на борт бомбовый груз небывалого по тем временам веса — до 5 тысяч килограммов.
• В 1929 году была поставлена еще более грандиозная задача: создать самолет, который мог бы поднять не только 5 тонн, но и 10 и 25 тонн! Имелось в виду, что такие машины должны доставлять к целям не только бомбовый груз, но и транспортировать танки, пушки, подразделения десантников. Таким самолетом стал АНТ-16. Он создан уже в 1933 году конструкторским бюро А. Н. Туполева. Его полетный вес равнялся 33 тоннам. Это шестимоторный гигант с размахом крыльев 54 метра и высотой в линии полета 11,7 метра.

• В октябре 1933 года коллектив конструкторов бригады Н. Н. Поликарпова выпустил маневренный истребитель И-15 «Чайка». Это был полутораплан. На нем Владимир Коккинаки в 1935 году установил абсолютный мировой рекорд высоты полета — 14 575 метров. Справка: советский И-16 имел скорость 455 километров в час и набирал высоту в 5 тысяч метров за 6,2 минуты. Французский истребитель тех лет — «Девуатин-510К» имел показатели соответственно 390 километров в час и 7,6 минуты; американский «Боинг P-26A» — 372 километра в час и 10 минут; немецкий МЕ-109В1 — 405 километров в час и 6,8 минуты.

Интересный факт: сын Николая Петровича, Аркадий Николаевич Каманин был самым юным летчиком ВОВ. Он доказал, что обладает непреходящим талантом, когда мастерски оторвался от немецкого истребителя. А потом и вовсе проявил героизм во время спасения из горящего самолета советского пилота. Орден Красной Звезды Аркадий получил в 1944 году, когда на штаб фронта напал отряд неприятеля, Аркадий умудрился взлететь на своем У-2 под плотным вражеским огнем. Он сумел забросать нападавших гранатами, вызвал подкрепление, и атака была отбита. Весной 1945 года Аркадий Николаевич был удостоен своей главной награды – ордена Красного Знамени. За доставку электропитания для рации отряду партизан, располагавшемуся вблизи чешского города Брно. Аркадий за время войны совершил более 650 вылетов и налетал около 300 часов. В 18 лет заболел менингитом и скоропостижно скончался. Он умер 13 апреля 1947 года… Космонавтика. Каманину поручили организовать Центр подготовки космонавтов и выбрать место для основания Звездного городка космонавтов. Он рассказывает о процессе подготовки космонавтов, разбавляя повествование деталями, которые не встретишь в других мемуарах о космонавтах. Поражает, например, какие фильмы крутили по вечерам будущим космонавтам. Тяжело представить Гагарина внимательно смотрящего фильм «Осторожно, бабушка». Николай Петрович приводит почти полные тексты переговоров Гагарина с центром управления. Читаешь их и понимаешь, какой это адский труд и какие необходимо иметь терпение и выдержку. Для примера: «7.29. Кедр. Проверку связи закончил. Как поняли? Исходное положение тумблеров на пульте управления заданное. Глобус на месте разделения, широта северная 63 градуса, долгота восточная 97 градусов, коррекция — цифра 710, время разделения — 9 часов 18 минут 07 секунд; подвижный индекс ПКРС (ПКРС — прибор контроля режима спуска.) находится в исходном положении, первые сутки, день. Давление в кабине — единица, влажность — 65 процентов, температура — 19 градусов, давление в отсеке — 1,2, давление в системе ручной ориентации — 155, первой автоматической ориентации — 155, второй автоматической ориентации — 157, давление в баллоне ТДУ (ТДУ — тормозная двигательная установка.) — 320 атмосфер. Самочувствие хорошее, к старту готов. Как поняли? Кедр. Вас слышу хорошо. Как меня? Открыл иллюминатор «Взор». Вижу горизонт Земли. Выплывает. Но звезд на небе не видно. Видна земная поверхность. Земная поверхность видна в иллюминаторе. Небо черное. И по краю Земли, по краю горизонта такой красивый голубой ореол, который темнеет по удалении от Земли.» Гагарин во время всего полета должен был не останавливаясь отчитываться о своих действиях и впечатлениях. Заключительные главы книги вызывают тоску. Тяжело читать, как из Юрия Гагарина делали живую и говорящую матрешку. Хорошо хоть не за деньги показывали. Уж очень много страниц посвящено описанию гостеприимного Сайруса Итона. Если в других мемуарах этот человек упоминался мельком, то в книге Каманина он выглядит едва ли не спонсором советской космонавтики, по утверждению империалистических газет конечно же. Даже в изолированной от всего мира Кубе газеты любезно уведомляли население острова, что Гагарин отбыл в Канаду по приглашению Сайруса Итона на Пагуошский митинг сторонников мира. А был Сайрус Итон целым лауреатом Ленинской премии за укрепление мира между народами. Вот так и делалась реклама светиле мирового капитализма и одному из приближенных Рокфеллера. Кстати, Фидель вообще поставил Юрия Гагарина в идиотское положение. Как раз после того, как кубинские газеты раструбили об убытии космонавта к Сайрусу в Канаду, Фидель надел на Гагарина свою пилотку и вывез его на главную площадь Гаваны. «Машина выскочила на небольшую площадь и остановилась напротив сквера. Фидель вышел из машины. Около него сразу же собрался народ. Завязалась беседа. — Ну что, не остался у нас Гагарин? — спросил он стоявшего рядом с ним кубинца. — Да, улетел… Жаль, что так скоро. — Ничего, в следующий раз побудет подольше, — сказал, улыбаясь в густую бороду, Фидель. Один из окружавших машину кубинцев в ходе этого разговора пристально смотрел на Гагарина, словно вспоминая что-то. Юрий Алексеевич был одет в гражданский костюм, без орденов, на его голове красовался берет. Чувствовалось, что кубинец усиленно напрягал память. Потом он воскликнул: — Гагарин! — Нет, это не он. Гагарин улетел, — спокойно, не поворачивая головы, заметил Фидель Кастро. — А газетам вы не верите? — вдруг строго спросил Фидель…» Остается лишь догадываться об истинных чувствах Юрия Гагарина, которому пришлось стоять рядом с Фиделем и улыбаться… Кстати, Итон приглашал к себе и американского космонавта Аллана Шепарда. Однако Шепард не приехал, сославшись на занятость. В общем, в книге мало информации о событиях, которые бы хотелось знать, но зато много фактов, которые, прочитав, не так-то легко выкинуть из головы. Например, вот таких: «Первой на цейлонской земле советского космонавта встретила самая храбрая девушка Цейлона Магелина Нона. Она еще школьница, но звание самой храброй девушки ей было присвоено за спасение утопающих детей. Магелина Нона надела на шею космонавту ожерелье из цветов и сказала первые слова привета.»