На самом деле я читала другой сборник ее юморесок, но его здесь нет, а желание высказаться есть. Вита Жилинскайте - незаслуженно забытый автор.
Ну ладно, юморески сейчас никто не читает, а сказки? Вот я сейчас назову одну сказку и (уверена) большая часть из вас скажет: "О, а я ведь ее знаю!".
"Замок лгунов".
А? Узнали? Ну конечно, же! Если не читали, то мультик-то видели обязательно. Вот так.
Читайте. Открывайте ее заново. Пожалуйста.
ПРИНЦИПИАЛЬНАЯ ПЕРЕПИСКА
Сын накинул куртку, выскользнул за дверь и, сунув голову обратно в комнату, буркнул:
- Учительница подписать велела.
- Что подписать?
- Что-что… Дневник!
Расстегнула ранец своего первоклассника и отыскала дневник. Под двумя двойками и одним колом обнаружила следующее: «На уроках невнимателен. Мешает другим и не реагирует на замечания».
Я смущенно покачала головой. Нет, слова учительницы не вызвали у меня никаких сомнений. Они даже разожгли мое воображение. Перед глазами встал огромный стоквартирный дом, всю ночь горит лампочка в одиноком окне, а за ним – до срока поседевшая, склоненная над тетрадями голова. Утомленное доброе лицо, но взгляд строгий, принципиальный. Я поняла, что и от меня ждут той же принципиальности. Только совместные усилия, только двойная требовательность и принципиальность помогут нам сообща вырастить здоровую трудовую смену!
Поэтому рядом с замечанием учительницы я немедленно начертала: «Взрывает пермаганат калия, не ест вареного лука, перед сном не чистит зубов. На замечания тоже не реагирует».
На другой день, едва мой отпрыск вернулся домой, я расстегнула ранец и извлекла дневник. Так и есть! Слова мои упали словно зерно на благодатную почву: «Во время уроков бродит по коридорам, у доски кривляется. А волосы, волосы!»
Я тут же заскрипела авторучкой: «Невозможно дозваться со двора. Отдал кому-то серебряную ложечку».
Учительница не замедлила с ответом: «Невозможно оторвать от посторонних занятий.»
«И от телевизора не оторвешь!» - я тоже постаралась быть лаконичной.
Некоторое время дневник оставался чистым. Ясно – обоюдная принципиальность начала давать первые всходы. Однако через неделю новое послание: «Залил водой школьный туалет!»
«Утащил и спрятал соседскую кошку!» - отпарировала я.
«Поведение не улучшается!»
«Кошка не находится!»
«Поведение все не улучшается!»
«Кошки все нет…»
«Поведение ухудшается!»
«А кошка нашлась!!!»
На сей раз молчание длилось очень долго. И вдруг: «Дневник – не место для отписок. Оставьте его в покое!»
Дрожащими от обиды руками захлопнула я дневник и сунула обратно в ранец. Вот уже много месяцев принципиально не желаю знать, что в нем новенького. В покое так в покое.