Век империи. 1875 - 1914

Вот и закончился девятнадцатый век, каким мы его знали благодаря Эрику Хобсбауму (1917-2012). Поистине “длинный” век, начавшийся грохотом пушек Французской революции и умиравший под выстрелы в Сараево. Век, о котором мы впервые можем сказать, что он определил нашу эпоху. В нём всегда найдётся место личному. Особенно это касается его последнего этапа, "века империи", и Хобсбаум вспоминает историю знакомства своих родителей в Александрии, одной из “жемчужин” британской короны. Вряд ли такой роман мог случиться в эпоху Наполеона, но в маленьком мире Викторианских времён в рождении английского историка на египетском берегу не было ничего удивительного. Капитализм, соединивший железными дорогами центр с окраинами, породил явление глобализации, открыл – и убил, иногда – цивилизации с традиционным укладом жизни. Европейская модель политического и общественного устройства ещё никогда так не главенствовала в мире, как в последней трети XIX столетия, и потомки будут ностальгически вздыхать о “belle epoque”, когда появились кинематограф, автомобили, самолёты, массовый туризм, антисептики, футбол и чайные пакетики. В то же время уверенность в прогрессе, характерная для середины века, сменилась предчувствием скорого конца, революции, войны; подспудный страх, изображённый на картинах Джорджо де Кирико, владел умами поколения, праздничная открытка должна была обратиться в пепел.

Для тех, кто не в теме: Старик Хобс не изменил себе: никаких поблажек несчастному невнимательному и поверхностному читателю, текст – плотная масса фактов, цифр, тенденций, мнений и цитат в свинцовой упаковке перевода, авторы которого, возможно, разрабатывали программу Промт. На мой взгляд, как минимум три главы могут быть интересны каждому: “Новая женщина”, “На пути к революции” и “От мира к войне”. Первая особенно полна неожиданных открытий о положении лучшей половины человечества в указанный период. Хобсбаум, например, напоминает нам, что в доиндустриальном обществе женщина была равноправным партнёром супруга в производстве сельскохозяйственной продукции. Парадоксальным образом именно освобождение женщин буржуазного класса от существенной части тяжёлого труда привело к появлению “слабого пола” и мужского шовинизма. Ответом явилось мощное феминистское и суфражистское движение, а также массовый приход женщин в революционные партии, особенно характерный для российской социал-демократии. Вместе с тем читателю придётся перенести и такие скучные главы, как “Причина и общество” (20 страниц, забытых сразу после прочтения) и “Рабочие мира”. Крепитесь, товарищи!

Для тех, кто в теме: “Век империи” из всего цикла особенно хорош для историков и интересующихся прошлым, так как успешно развеивает застарелые заблуждения. Эпоха видела расцвет супернаций, колониальных империй, рождение геополитики Мэхена и Макиндера. Появился национализм. Впервые получили распространение политические партии, программы которых была замешана на расизме, шовинизме и патриотизме. Не отсюда ли корни современных идеологических конструкций, играющих на тоске толпы об империи и больших победах? Приметой времени стало использование псевдонаучных расовых и национальных теорий в борьбе за голоса избирателей, число которых умножилось (демократизация). Наступление агрессивного империализма столкнулось с яростным сопротивлением аграрных обществ, и крестьянство стало базовым классом революций в таких странах, как Россия, Китай и Мексика. Тектонические взрывы потрясли и науку, где 1905 год увидел выход статей Эйнштейна, и искусство, вступившее в современную эпоху, когда Пикассо нарисовал “Авиньонских девиц”. В общем, перед нами снова полная картина переломной эпохи глазами выдающегося мыслителя, великолепный образец истории фактов, точной науки без идеологических клише и навязчивости.

Общая оценка: Империя наносит ответный удар!

Трилогия Хобсбаума энциклопедична по охвату. Как стекляшки в калейдоскопе меняется фокус взгляда Хосбсаума на долгий девятнадцатый век - политика и экономика, религия и наука, культура и многое другое. В Веке Революций автор описывает промышленную революцию в Британии и социальную во Франции и их влияние на мир начала XIX века. В Веке Капитала показывает классический капитализм, описанный Диккенсом и Бальзаком, показывает технологический рывок, сделанный в начале второй половины XIX века. недаром он вспоминает Филлеаса Фогга и его путешествие вокруг света. И, наконец, в третьем томе Хобсбаум показывает кратковременный расцвет империализма, который в итоге привел мир к мировой войне. По существу - вся трилогия высококонцетрированный аналитический труд, в котором нет места "описательной" истории. Он безусловно рассчитан на подготовленного читателя, который представляет основные события XIX века, причем не только политические, но и культурные и научные. Некое сожаление вызывает не самый лучший перевод и некая устарелость взглядов на первое социалистическое государство. В начале 80-х было крайне сложно представить, что СССР просуществует меньше 10 лет. Но картину в целом эти мелкие замечания не портят, большое удовольствие от трилогии я получил.

Финальная часть трилогии далась мне тяжелее других, читала я ее с большими перерывами - впечатление осталось смазанным.

Чего я действительно хотел, создавая этот том (как и два предыдущих...) - так это понять и объяснить девятнадцатый век и его место в истории, а также понять и объяснить мир в процессе революционного преобразования, чтобы найти в прошлом корни текущих событий и (пожалуй, это самое главное) представить прошлое как единую и цельную сущность, а не как набор тем для обсуждения, посвященных, каждая в отдельности (как того требует специализация науки), истории государств, истории политики, экономики, культуры и многих других вещей.

Начинает автор с экскурса в историю собственной семьи, чтобы на этом примере продемонстрировать сразу, насколько широк был мир в ту эпоху и насколько взаимосвязаны были разные части света. Оставаясь верен себе, он затрагивает самые разные аспекты жизни общества, начиная с экономики, двигается от большой международной политики к внутренней политике европейских (но не только) государств, классовому делению общества и, кстати, гендерному, дальше рассматривает искусства и науки, завершая круг предпосылками первой мировой войны и революции в России. Мне любопытней всего, конечно, была глава "Новая женщина", а в ней - рассмотрение проблемы демографического перехода, с одной стороны, и обзор занятости женщин в экономике, восприятия этой занятости и феминистского движения - с другой. В целом - не могу похвастаться, что материал вполне усвоен, и думаю, что к этой трилогии надо будет вернуться в будущем.