
Женские мемуары
biljary
- 919 книг
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Елизавета Юрьевна Кузьмина-Караваева – личность очень специфическая. Чтобы лучше понять, с каким человеком вы встретитесь в этой книге, обязательно начните с предисловия Николая Осьмакова, а ещё лучше – со статьи «Встречи с Блоком», там не столько про Блока, сколько про автора. Ну и читатель, взявший этот томик в руки, уже наверняка знает, что Е.Ю. – глубоко религиозный человек, и все произведения в сборнике так или иначе должны восприниматься через призму христианства.
Особенно это ощущается в первом разделе, поэтическом. Все стихотворения, почти без исключения, суть осмысление своего бытия в свете веры, почти как если бы она всё время писала фактически одно стихотворение. «Скифские черепки» носят следы ученичества и местами подражательства; в дальнейших сборниках это менее заметно, но тема не меняется. Это немного утомительно, так что мистерии, как более выдержанные сюжетно и театрально, читаются живее.
Раздел «Статьи» разнообразнее: здесь и размышления об искусстве («Последние римляне», «Достоевский и современность»), интересная для историков документалистика «Как я была городским головой», а также мнения матери Марии по разным вопросам. Требующая сосредоточенного чтения, книга вряд ли будет легко читаться подряд; в моём случае она читалась на протяжении нескольких месяцев. Не берусь судить о ценности христианских размышлений, а любителей литературы вынужден предупредить: интересного материала о Серебряном веке здесь очень немного. «Избранное» предназначено главным образом для знакомства с этой, по определению Осьмакова, «славной женщиной-подвижницей».

В мире жить одно лишь значит – непонятным мерить такое ж непонятное. («Семь чаш»)

Путь Богоматери - не Голгофа. Она не могла даже молить, чтобы ее миновала горькая чаша ее пути. Она могла только принять его любовью, жалостью, неизбежностью, обреченностью.
Это не вольные страдания крестной смерти, а заранее предрешенный и обоюдоострый меч, проходящий в сердце.

Для того, чтобы найти подлинное, человеку надо уметь не отрекаться, а преображать. Все, что суще, может и должно быть преображено. И только постигая возможность преображения, мы до конца отрицаем и уничтожаем зло.
















Другие издания
