
Люди редко бывают так же просты и однозначны, как их имена. Я не уверена, что Бона Сфорца соответствовала своему имени (лат. bonus,-a,-um - хороший). Не уверена даже, что можно оценивать людей такими категориями. Одно знаю точно - это была потрясающе интересная личность, даже если следовать скупым фактам какой-нибудь энциклопедии. Дочь миланского герцога, неаполитанская принцесса, королева Польского королевства и великая княгиня литовская. По одним титулам можно учить историю с географией.
Об этой женщине можно было бы написать великолепный роман. Какая личность, какая эпоха! Но как по мне, Аудерской это не сильно удалось. Слишком быстро скатилось повествование к сплошным интригам и политике, не оставив места для Боны-женщины, Боны-личности. И я, читающая обычно с восторгом про всякие придворные дрязги и хитрые многоходовки, с трудом осиливала страницы.
Я люблю, когда авторы исторических романов показывают своих героев во всем многообразии человеческой души, а не лепят из них искусственных плюшевых мишек. Но Бона-то как раз получилась на редкость однобокой - власть, власть, власть. А за ней - пустота, ничего больше. В последнем предложении Аудерская характеризует Бону, как твердую и мудрую, вероломную и страстную и никем не любимую. Вместо твердости я увидела слепое упрямство; вместо мудрости - полное отсутствие понимания жизни и того, что Польша и Великое княжество отличаются от ее родной Италии (хотя при этом она назубок знает трактаты Макиавелли и проявляет неожиданно глубокие познания для женщины своего положения о сельском хозяйстве сарказм; и уж конечно, очень мудро обвинять камеристку в том, что та на вопрос "кто родился?", отвечала "девочка"; конечно камеристка виновата, ага); вместо вероломства - обычные, ничем не примечательные игры (черт, да она даже никого не отравила за весь роман, хотя современники подозревали); вместо страсти - сплошные истерики, швыряние ваз и бокалов, чуть что идет не так. Пожалуй, справедливо только последнее - ее в самом деле никто не любил, даже собственные дети. Что при таком наборе качеств в общем и не удивительно. Щенок показывает зубы! - это она о сыне, любя, конечно.
В общем, главная героиня оказалась весьма деятельной, но неприятной личностью. Остальные же герои на ее фоне смотрятся и вовсе грустно - либо злодеи и предатели, либо магнаты, пекущиеся только о своем благе и плюющие на интересы государства (в отличие от нее, разумеется), либо стервы-развратницы (сделать шлюху из Барбары Радзивилл - ну надо же!), либо безвольные и недальновидные (а это уже о муже и сыне). Царственный супруг если рот и открывает, так в большинстве случаев только за тем, чтобы посетовать, что женские утехи для вас так мало значат. Ну смешно же. А как он сам правил до женитьбы-то?..
Про исторические ляпы в исторических романах я вообще зареклась говорить. Но если книга увлекает, они погоды не делают, а если нет - только усугубляют. Жаль, но ожидания от романа не оправдались. Я не хочу верить, не верю в ту Бону, которую изобразила Аудерская. А как хорошо все начиналось...






































