Искусство слова: О себе и других. Литературные очерки и портреты

Статья понравилась. Интересная, живая. Поэтому приведу очень много цитат.

Не скажу, что она очень уж ценная в литературоведов. Скорее пригодится биографам. Так как значительную часть в ней занимают факты из жизни Джейн Остин. Много моментов, в каких показан характер писательницы, ее отношение к окружающим людям и к обществу в целом.

У мисс Остен был острый язычок и редкостное чувство юмора. Она любила смеяться и смешить. Ждать от юмориста, чтобы он (или она) не высказал того, что думает, - значит требовать от него слишком многого. И, видит Бог, трудно быть смешным, не позволяя себе время от времени немножко озорного лукавства.

Джейн Остен разделяла взгляды, принятые в ее время, и, сколько можно судить по ее книгам и письмам, была вполне довольна существующим положением вещей. В важности социальных различий она не сомневалась и считала естественным, что на свете есть и богатые и бедные.

Постепенно, практически с самого детства, автор рассказывает о важных моментах в жизни Джейн Остин. Выбирает только самое значительное, то, что действительно повлияло на творчество, или же отразилось в ней.

Есть у мисс Остен одна заслуга, о которой я чуть не забыл упомянуть. Она удивительно легко читается, легче, чем некоторые более великие и более прославленные писатели. Как сказал Вальтер Скотт, она имеет дело “со сложностями, чувствами и характерами обыденной жизни”, ничего из ряда вон выходящего в ее книгах не происходит, а между тем, дочитав до конца страницы, переворачиваешь ее поспешно, чтобы узнать, что же было дальше. Там тоже нет ничего особенного, и опять спешишь перевернуть страницу. Писатель, обладающий способностью достичь этого, наделен самым драгоценным даром, каким может обладать сочинитель.

Романы Джейн Остен - развлечение в чистом виде. Если вы верите, что развлекать должно быть главной целью писателя, ей среди таких писателей принадлежит совсем особое место. Писались романы и более значительные, например “Война и мир” или “Братья Карамазовы”, но чтобы читать их с толком, нужно быть свежим и собранным, а романы Джейн Остен чаруют, каким бы вы ни были усталым и удрученным.

Джейн Остен не была крупным стилистом, но писала ясно, без аффектации. Мне кажется, что в построении ее предложений можно усмотреть влияние доктора Джонсона.

Что же анализа самого романа "Гордость и предубеждение", то все сводится к мысли, что он и есть отражением эпохи, в которой жила Джей Остин. Он служит ее зеркальным отражением.

“Гордость и предубеждение” - отлично построенный роман. Эпизоды следуют один за другим естественно, наше чувство достоверности нигде не страдает. Может показаться странным, что Элизабет и Джейн хорошо воспитаны и ведут себя прилично, в то время как их мать и три младшие сестры, по выражению леди Начбулл, “заметно ниже нормы”, но сделать их такими было необходимо для развития сюжета.

Мне было очень интересно познакомиться со статьей, написанной моим любимым автором о моем любимом авторе.

Сочинение одной дамы. Не буду в миллионный раз повторять как я люблю Джейн Остин. Если бы я решила стать чьей-либо фанаткой, то не задумываясь выбрала бы ее себе в кумиры. Работа Моэма, даже не знаю как лучше ее назвать, а если не знаю, то назову эссе. Не ожидала, что столь короткое эссе сможет настолько захватить внимание. Начинается с краткой биографии семьи Остин, вскоре все внимание концентрируется на самой писательнице, а позже на персонажах вышедих из под ее пера. Отлично прописаны некоторые ньюансы биографии, отражение которых можно найти в том или ином произведении Джейн Остин. Можно даже сказать, что на страницах этого эссе герои романов Остин "встречаются" с ее семьей. Моэм разбирает некоторые моменты самых популярных произведений писательницы и главных героев. Некоторыми он восхищается, а другие так очаровательно критикует. Люблю такие очерки без аффектации, когда автор как бы сохраняет нейтралитет, но в тоже время не стоит в стороне выдавая читателю сухие факты, а высказывает свое мнение и свое отношение.

Основную часть этого эссе занимает биография Чарльза Диккенса, впечатлениям же о романе «Дэвид Копперфилд» Моэм посвящает лишь несколько последних страниц. Этот роман не является автобиографией Диккенса, но основан на событиях и наблюдениях из его жизни.

Дед Диккенса был лакеем, а потом дворецким в доме члена парламента. Бабка Диккенса была горничной в том же доме. То есть предки Чарльза всю жизнь провели в услужении. Хозяева Диккенсов помогли их сыновьям с образованием, а будущего отца Чарльза Диккенса Джона устроили на работу в морское казначейство. Джон Диккенс женился на сестре своего друга Элизабет. Чарльз родился в 1812 году и был вторым ребенком в семье, к 1822 году у Диккенсов уже было пятеро детей. Они жили в то время на окраине Лондона, в районе для бедноты. На обучение Чарльза в школе не хватало денег и какое-то время он работал на фабрике ваксы. Впоследствии Диккенс с содроганием вспоминал это время.

Они были бедные люди и жили, как бедные.

Когда Чарльзу было тринадцать, его отца за долги посадили в тюрьму. После выхода Джон начал подрабатывать как парламентский репортер. Чарльз с пятнадцати лет пошел работать мальчиком-рассыльным в адвокатскую контору. Эта жизнь скоро показалась ему скучной и освоив стенографию он перешел на работу репортера в суде. В этот период у него случился роман с дочкой одного банковского клерка, но по причине нищеты жениха роман ничем не закончился. Много лет спустя Чарльз встретил свою бывшую пассию – «она была толстая, скучная и глупая».

Чарльз начал писать для журнала серию очерков о лондонской жизни. Через некоторое время они были изданы отдельной книгой. В то время были очень популярны юмористические романы с иллюстрациями и Диккенсу была предложена работа писать тексты к картинкам журнальных выпусков. После «Посмертных записок Пиквикского клуба» Диккенс стал знаменит.

В 1836 году Чарльз Диккенс женился на дочери своего коллеги. Отношения между супругами всегда были достаточно ровные.

Кэт, надо думать, никогда не любила Диккенса. <...> Возможно, она и вышла за него потому, что замужество в то время было единственным занятием, доступным для женщины; возможно и то, что, старшая из восьми дочерей, она уступила нажиму родителей и дала согласие на предложение, долженствовавшее обеспечить ей будущее.

За пятнадцать лет у Диккенсов родилось десять детей. Во время беременностей жены в поездках и светских выходах Чарльза сопровождала ее сестра Джорджина. Подробности их отношений неизвестны.

Заказы сыпались один за другим, Диккенс много работал, принимаясь за новый роман не успев закончить предыдущий. Кроме того, он редактировал журналы и газеты, читал лекции, выступал публично.

Начинающие богатеть Диккенсы переехали в новый дом, завели прислугу, давали званые обеды. Но денег не хватало, к тому же Чарльз продолжал финансово помогать семье отца, братьям и сестрам. Для экономии Диккенсы какое-то время жили в Италии в Генуе и в Париже.

Чарльз Диккенс очень сдружился с молодым писателем Уилки Коллинзом, их объединяла общая страсть – театр. Во время постановки благотворительной пьесы Диккенс увлекся юной актрисой, последовал скандал в семье и через некоторое время Диккенсы решили развестись. Кэт поселилась в маленьком домике на окраине Лондона, дети остались с Чарльзом. Причиной того, что Кэт так легко согласилась уехать, оставив детей, было то обстоятельство, что в последнее время она стала много пить. Ведением дома и уходом за детьми занималась верная Джорджи.

Постоянные переезды, связанные с публичными выступлениями, и круглосуточная работа сильно подорвали здоровье писателя, в пятьдесят он выглядел стариком. В начале 1870 года в связи с плохим самочувствием он был вынужден прервать свои поездки и начал писать «Тайну Эдвина Друда». Через полгода за обедом ему стало плохо и на следующий день он умер.

Лучшей из своих книг Диккенс считал «Дэвида Копперфилда».

Дэвид Копперфилд» — это фантазия, когда веселая, когда трогательная, на тему о жизни, составленная из воспоминаний и исполнения желаний человеком с живым воображением и теплыми чувствами.

У многих героев романа есть прототипы среди знакомых Диккенса, черты, особенности и слабости которых были преувеличены и приукрашены воображением автора.

Никогда не существовало таких людей, как Микобер, Пегготи и Баркис, Бетси Тротвуд и мистер Дик, Урия Хип и его матушка: все это — фантастические порождения бьющего через край воображения Диккенса, но в них столько силы, они такие цельные, что, пока читаешь, не верить в них невозможно.

Поскольку в то время контракты подписывались на определенное количество выпусков журнала, для многих романов английских писателей были характерны многословность, растянутость и отступления. Написанный от первого лица «Дэвид Копперфилд» почти избежал этих недостатков, фабула не уходит в сторону, роман содержит лишь одно отступление.

Моэм отмечает некоторые особенности романа:

· Характеры героев не развиваются в процессе повествования: каким характер был в начале, таким он оставался и до конца.

· Женские характеры довольно слабы: женщины в романе либо «слишком глупы и инфантильны», либо «слишком хороши и разумны».

· Не особенно правдоподобны способы, используемые автором, для наказания героев за их пороки.

· Главный герой - наименее интересный персонаж романа.