Калигула, или После нас хоть потоп

Роман посвящен известному периоду из античной истории: римский император Калигула (12-41 гг.), чье имя стало синонимом жестокости и злодейства, установил режим неограниченной власти, фактически провозгласил себя Богом на земле. Это вызвало сопротивление сената и других его политических противников, поставивших целью уничтожить тирана… Остросюжетный, динамичный роман изобилует хитроумными дворцовыми интригами и откровенными любовными сценами.

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,2

148 оценок

5
48%
4
30%
3
18%
2
1%
1
3%

Ваша оценка

Прочитали 165Хотят прочитать 245

Рецензии

tatianadik16 июля 2021 г.
Но вечен Рим! (с)
Роман «Калигула» должен был бы называться «Тиберий и Калигула», поскольку чешский писатель Йозеф Томан в этой книге равно уделяет внимание последнему году правления императора Тиберия и первым годам власти его внука Калигулы. И Тиберия он рисует более сдержанными красками, не слишком концентрируясь на жестокостях, характерных для правления последних Цезарей, а вот описывая Калигулу, не упускает ни одного порочащего молодого императора факта из древних источников. Я, конечно, в исторической науке профан, но всё же ознакомилась с современными взглядами на правление Гая Юлия Цезаря по прозвищу Калигула. Пока только ясно, что современные историки к императору более благосклонны, чем античные авторы, отмечая его экономические, политические и общественные преобразования, особенно на начальном этапе правления. Надо будет почитать что-нибудь еще на эту тему.
Зато автору замечательно удалось показать страх перед заговорами, предательством и смертью, терзающий всех императоров, ведь после убийства Юлия Цезаря такой способ смены правителя был популярен в высших сенаторских кругах Рима. Поэтому и жестокость императоров в подавлении истинных и мнимых заговоров кажется если не оправданной, то вполне понятной. Ну, а то, что «абсолютная власть развращает абсолютно» хоть и будет сформулировано позднее, но справедливо-то было всегда.
В романе сплетаются две сюжетные линии – первая описывает жизнь императорского Рима, Тиберия и Калигулу, их родных, советников, охранников и тех членов Сената, что были близки к императорскому кругу. Эти события мы видим глазами Луция Куриона, знатного римского юноши, единственного наследника благородного сенаторского рода, который находится на подъеме своей служебной карьеры и собирается жениться на прелестной и богатой наследнице самого большого состояния империи. Правда, ему придется выбирать между верностью заветам предков-республиканцев и преданностью новой власти, обещавшей ему блестящие для его возраста перспективы. Отказавшись от невесты в пылу страсти к куртизанке, предав республиканские идеи, в которыми жил его отец и примкнув к хору лизоблюдов-сенаторов, прославляющих нового правителя, он обнаружит, что плоды предательства горчат и счастье по-прежнему только манит его обещаниями.
Вторая сюжетная линия описывает жизнь римского плебса, жителей так называемого «Затиберья»(за Тибром), здесь главные герои - Фабий Скавр, актер и рифмоплет, его подруга Квирина, их родственники и друзья-актеры. Вот Фабий по воле автора как раз будет в своих убеждениях тверд, выступая этаким бунтарем, он не побоится гнева императора за пьесу, правдиво изображающую современные ему нравы. И, понятно, кончится этот бунт весьма печально.
Между этими двумя полюсами мается сенатор Сенека, принадлежащий по общественному положению к римской знати, но исповедующий философию стоиков, в которой все люди считаются равными. Но повелитель Рима придерживается других взглядов, и Сенеке приходится изворачиваться, восхваляя Императора, но при этом стараться не изменить себе. Защита Фабия на суде – поступок отважный, но как же тяжело пришлось за него расплатиться!
Вообще-то столь четкий классовый подход не очень вяжется с античным периодом и вызывает в памяти аналогии с трудами почти забытых ныне классиков марксизма, которые были весьма актуальны в социалистической Чехии на момент написания романа.
И хотя взгляды автора на античность уже не слишком современны, а классовая борьба мне всегда была по барабану, высокая, не побоюсь пафоса, эмоциональность и художественность текста Йозефа Томана просто греет душу. Сейчас редко уже так пишут. Герои у него не ходячие функции, озвучивающие авторские декларации, а живые, ярко чувствующие люди со сложной психологией, пробивающей читателя на сопереживание. Красочные описания этого мира вызывают желание прикоснуться к капле дождя на листке, окунуться в марево раскаленных дорог Этрусканы с зеленью кипарисов по обочинам, посидеть на виноградном дворике в компании веселых неунывающих актеров, услышать немудреную песенку и «калиг солдатских топот мерный» римских легионеров на марше.
И, кстати, песенка эта потянула за ниточку воспоминаний о том, как много лет назад мы орали её наряду с другими авторскими песнями у походного костра. Уж не знаю откуда песня, первые два куплета которой, оказывается, были взяты из этой книги Томана, а остальные придуманы уральскими студентами-археологами, попала к нам, московским технарям, но пели мы ее, помнится, с энтузиазмом)). Так что книжка дважды послужила мне машиной времени, за что я ей очень благодарна!))
03:01
Читать далее
56
1,2K
OlgaZadvornova20 марта 2021 г.
«Extra Romam non est vita» (Вне Рима нет жизни)
Очень долго не решалась читать эту книгу, годами не решалась. Из-за личности главного героя, печально известного кровавыми безумствами римского императора Гая Цезаря по прозвищу Калигула (Сапожок), как с детства называли его легионеры отца, полководца Германика, среди которых рос наш "Сапожок".
Но опасения мои оказались напрасны, в этом смысле на классика чешской литературы Йозефа Томана можно положиться, жутко-красочных описаний в романе нет, всё довольно умеренно. Томан – гуманист, он возмущается садистскими наклонностями Калигулы, но не смакует их.
Сам Калигула, как полноценный персонаж, появляется только к середине книги. А начинается повествование в январе 37 года незадолго перед кончиной императора Тиберия, который 11-й год скрывается вдали от Рима на острове Капри. Старый больной император, мучимый страхами, одиночеством и подозрениями, не утратил остроты ума и продолжает зорко следить за настроениями сената и римлян. Главный посредник, с помощью которого он общается с Римом и миром – ловкий царедворец и интриган Макрон, командир силовых структур и теневой римский властитель.
Тиберию под 80, он стар и болен, а его наследнику Калигуле – 25, он молод, тщеславен и завистлив, сгорает от нетерпения в ожидании трона. Сенаторы чувствуют, что наступает время перемен, и пытаются сделать верную ставку. Старая гвардия республиканцев надеется после смерти Тиберия возродить республику. Амбициозные патрицианские круги делают ставку на Калигулу, а кто-то замер в ожидании момента, когда выяснится, куда подует ветер.
Молодой патриций Луций Курион командовал легионом в Сирии, а ныне срочно призван в Рим, где он начинает тесно общаться с Калигулой, Макроном, сенаторами - республиканцами, философом Сенекой и блестящей римской молодёжью. Его отец, принадлежащий к старинному славному роду, издавна верному республиканским идеалам, гордится своим единственным сыном и уверен, что он поддержит заговор во имя республики. Но сомнения разрывают Луция на части – к какому лагерю примкнуть, к отцовскому республиканскому или поддержать молодого наследника Калигулу, жаждущего безмерной власти, славы и весёлой жизни, ведь с ним и его самого ждут почести, богатство, карьера.
Терзаемый муками выбора, Луций то приходит к выводу, что республика - это отживший этап в жизни Рима и эта идея устарела, то сгорает от стыда, сознавая, что по сути он предатель. Так же, как и разум, хаотичны и его чувства – у него есть невеста, нежная и верная Торквата, будущая достойная римская матрона, но он сгорает от страсти к Валерии, соблазнительной порочной дочери Макрона. Луций чувствует одно, думает другое, говорит так, а поступает иначе.
Иное дело – плебей Фабий Скавр, актёр из Затиберья, гуляка, любимец публики, насмешник и ловкач. Уж он-то не терзается муками выбора и ему всегда ясен его путь – он честен и смел, не кривит душой, и его разум и сердце живут в ладу.
Со встречи Луция и Фабия начинается книга – они встречаются на корабле, на котором возвращаются в Рим, Луций – из Сирии по приказу императора, а Фабий – с Сицилии, где он пробыл год в изгнании за показ на подмостках фарсов, непочтительных к власти.
Луций и Фабий – антиподы, патриций и плебей, карьерист и вольнолюбец, конформист и правдоруб, не раз ещё придётся им столкнуться в лабиринте интриг кипучей римской жизни.
Наступает решающий момент, и Луций делает свой окончательный выбор, он поддерживает Калигулу, и счастливая звезда возносит его на недосягаемую высоту, он становится сенатором, советником новоиспечённого императора и его правой рукой, днями он ревностно занимается делами, а ночами пирует в императорском дворце. Ему всё удаётся, он на верном пути. И лишь иногда что-то глубоко его царапает – то грустный взгляд Сенеки, то презрение старого Ульпия, товарища его отца, то дерзкие намёки Фабия.
С воцарением на троне Калигулы римская жизнь резко меняется. Объявлена амнистия, провозглашена отмена налогов – «вот теперь мы заживём», радуется плебс. Возобновлены гладиаторские бои, отменён закон против роскоши и против прелюбодеяния – радуется знать. Провозглашена свобода слова – радуется Фабий со своей труппой. Все ликуют – с молодым императором наступает новый золотой век. Форум гудит.
Но золотой век недолог. Не прошло и года, как всё, что накопил скряга Тиберий, пошло в расход. И налоги стали ещё больше. Стонет Рим. Император пополняет казну, жульничая в азартных играх и принуждая богачей завещать ему своё имущество. Стонет знать. Закон об отмене прелюбодеяния оборачивается открытием всё новых лупанариев, а Калигула принуждает сенаторов продавать своих жён и дочерей. И от свободы слова нет никакой пользы, так как театр теперь никому не интересен, все наслаждаются кровавыми зрелищами на арене.
Очень скоро римлянам пришлось с горечью признать, что с уходом одного тирана приходит другой, ещё хуже прежнего. Но все тираны, несмотря на абсолютизм их власти, внутри трепещут от страха и бессилия.
Малкольм МакДауэлл в роли Калигулы

Читать далее
56
1,4K
Ptica_Alkonost6 августа 2021 г.
И на Палантине ни одно дерево не растёт до неба
Какое насыщенное, густое и вкусное произведение оказалось под довольно скучной обложкой. Историческая литературная интерпретация классической конструкции противостояния тиранов и свободолюбивых граждан на примере очень яркого и популярного отрезка римской жизни - времен правления императоров Тиберия и Калигулы.
Об этом периоде я читала восхитительного Роберт Грейвс - Я, Клавдий и более философско-эпатажного Альбер Камю - Калигула , об этом периоде рассуждали современники и соплеменники персонажей, рассуждаем мы и сейчас. И примечательно, что несмотря на казалось бы одни и те же опорные вехи истории, - а все авторы, мною тут упоминаемые, придерживаются в целом одних и тех же фактов, - насколько разное по интонациям и подаче получилось в итоге у каждого полотно действий.

Тиберий - синоним развратного сластолюбца, паука с острова Капри, каков он у Йозефа Томана? Более взвешенный, правящий с умом и железной рукой, суровый и жестокий внешне, переломленный философ внутри. Как тонко автор обосновал его поведение, считающееся сейчас уголовно наказуемым, как оправдано хороши сцены с Тиберием по всем основным вопросам и обвинениям. Герой далеко не положительный (на картинке утонченный мужчина с разумным открытым взглядом, но по жизни тот еще извращенец и садист), но такой живой и глубокий, что кажется единственно достоверным. Не переборщив с описаниями порочности, автор дает нам портрет властного, жесткого, суеверного, но умного стратега, успешного воина, ценителя литературы, наполненного неугасимой жаждой жизни.

Калигула, парень, проживший так мало, но оставивший память так надолго, кто же он? Йозеф Томан предлагает свою версию событий, убеждая нас, что Калигула - бес, воспитанный своим временем, истеричный развращенный безумец, садист и уродец (и по словам соратников, свидетельствам историков и по реконструкции внешности), истинный сын порочного семейства и окружения. Именно он, а не Тиберий. Парадоксальное сочетание ума и сумасшествия: харизматичный и шикарный оратор, отличный манипулятор и немного актер, позер и мечтатель, он труслив, завистлив, мелочен, мстителен, подозрителен, недоверчив, переменчив как погода в апреле, отвратительно развратен и совершенно обесценивает любую жизнь кроме своей. Его воспитало окружение, и оно же виновато в его пороках, слепо и со страхом потакая его прихотям. Вседозволенность вкупе с отсутствием моральных границ и рамок порождает таких калигул - убедительно показал автор. Как гармонично смотрится он в среде описанных персонажей! Как четко и непротиворечиво он действует в безумном же канкане тупых и покорных гордых римских патрициев! Он отвратителен, но он предводитель не менее отвратительной знати. Все ли они таковы? Нет, только богачи, живущие ради наживы. Бедняки чище (хоть и грязнее физически), дремучее, но у автора они все же положительная сторона истории. Есть еще республиканцы, гордые блюстители древних традиций, мечтатели иного толка. Интрига с их заговорами украшает все повествование, и самые деятельные их них - Курионы.
Луций Геминий Курион, сын сенатора Сервия Геминия Куриона - знаковый герой повествования. Полководец "голубых кровей" из семьи стойких республиканцев благодаря своему честолюбию и хитрым интригам императорских приспешников оказался втянут в сложную круговерть событий - очень интересно было следить за его муками выбора, а сложный выбор перед ним стоял постоянно. Хорошо читаемый характер и прекрасная подача, тоже не положителен, но впечатляюще достоверен во всех своих слабостях. Среди последних - прекрасная бывшая девка, а теперь "римская царевна" медноволосая и властолюбивая Валерия (не предтеча ли известной Мессалины?), отличный полный и яркий образ, напрочь затмевающий робкую нежную невесту-патрицианку Луция.
И, наконец, Фабий Скавр, комедиант, то есть актер, плебей, но свободный гражданин, любимец плебса, чья популярность в Риме бесконечна. Его любимая Квирина, молоденькая танцовщица, слепо следующая за кумиром, дает успокоение и счастье его душе, а силы и смелости для борьбы с несправедливостью у него и так не занимать. Актерам в сюжете дано много пространства, их представления и стихи, их взгляды на окружающее и роль в борьбе за свободу прямолинейны и противопоставлены императорской линии. Луций и Фабий постоянно сталкиваются с одними и теми же вопросами выбора - но если первый колеблется и даже выбрав то, что блестит, в душе понимает свою неправоту, то у второго есть четкое и твердое внутреннее мерило справедливости и его риск практически всегда оправдывается (одна сцена с Тиберием чего стоит, богиня Фортуна хорошо поработала для Фабия). Один изменяет всем впитанным с детства ценностям, добиваясь роста своей значимости в иерархии тирании, а второй неизменно борется с ней доступными способами - стихами, пьесами, мимами, песнями, силой слова пробуждая конкретные мысли и действия. Концовка у этой истории драматичная и далекая от счастливой для многих персонажей, однако при всей ее оборванности, не остается впечатления незаконченной истории, автор сказал все, что хотел. Живите так, будто после нас хоть потоп - и воздастся вам соответствующе, пусть не мгновенно, но наверняка....
Читать далее
49
1,2K

Все рецензии

Цитаты

sher240825 октября 2016 г.
Познать врага и при этом не открыть перед ним себя – вот мудрость.
9
593
Morra11 декабря 2017 г.
Словами она пригласила его на ужин, глазами – на ночь.
8
338
robot27 апреля 2014 г.
Если я хочу иметь шерсть, я не должен сдирать с овцы шкуру. Достаточно, что я стригу стадо!
8
532