
Атлантида
svetamk
- 40 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Об этой книге я узнала благодаря группе Помощь в поиске книги еще в прошлом году. Очень заинтересовалась сюжетом и не могла успокоиться, пока не прочитала. И мне очень понравилось! Это как раз то – за что я люблю научную фантастику.
Сюжет На экипаж космического корабля «Леонора Кристина» была возложена миссия по освоению новой планеты, но на пути к ней произошло неожиданное столкновение, которое привело к поломке системы торможения корабля. Экипаж корабля в равной степени состоит из мужчин и женщин пытается решить одну проблему за другой по мере того как корабль увеличивает скорость, приближаясь к скорости света. На борту люди проходят все стадии отчаяния, смирения и решимости выжить. Пока за бортом проходит невообразимое количество световых лет. Корабль идет с такой немыслимой скоростью, до тех пор, пока сама вселенная не подходит к концу.
Из положительных моментов: чередование научного повествования происходящего с кораблем и вселенной и психологического состояния экипажа. Так же сама идея и сюжет, которые заставляют о многом задуматься читателя: о жизни и ее смысле, о смерти и вечности, об одиночестве.
Минусом для меня стала концовка ее скомканность и чем все это закончилось. Но я бы все равно посоветовала эту книгу любителям твердой научной фантастики. Потому как обилие научных терминов и физических явлений привело меня в восторг, я многое из этого поняла, но не все и конечно осталось еще больше вопросов т.к. я не астроном и не астронавт и вообще не ученый. Мне стало интересно: в какой степени это все осуществимо или выдумка от начала и до конца. Я полезла даже в интернет, чтобы почитать про эти термоядерные водородные двигатели. Так что вполне убедилась, что еще не придумано способа осуществления необходимых для этого условий, что кстати никак не прокомментировано в книге как этого бы удалось добиться.

Фантастика уровня детского сада. Морально устарело, да и написано могло быть учеником средней школы, а не классиком жанра. Пришедшая в негодность машина времени похищает американца 20-го века, древнего гунна, русского купца-новгородца и танцовщицу древнего мира. Благодаря редкой смекалке американца, догадавшегося надеть на голову обучающие наушники и выслушать умирающего после аварии устройства ученого, компания получает шанс выжить. Друзья по несчастью отправляются по морю с кораблем древних ахейцев в неизвестность, попутно общаясь и узнавая то и се о древнем мире. А затем и обучая древних тому полезному, что знали сами. В финале же появляется еще один дяденька-ученый, возвращает американца домой и вообще все улаживает. Герой книги, вернувшийся в свое время в тот самый момент, когда был готов поссориться, а то расстаться со своей растерявшей привлекательность женой, ведет себя уже с учетом пережитого - решает больше не ссориться хоть и с толстой и недалекой, но законной супругой. Даже вот и мораль есть, пожалуйста.) Правда эффект какой-то обратный...

С творчеством Андерсона я практически незнакома, поэтому мне сложно предположить, чего ждать от его книг. Единственное, что я о нём точно знаю, что фантаст это крайне титулованный: какую известную премию не возьми, Андерсон её обязательно получал. "Тау-ноль" вот был номинирован на Хьюго, да и сам Андерсон называл этот роман одним из своих лучших.
По итогу прочитанного нахожусь в некотором замешательстве: сначала всё кажется таким привлекательным, но потом чем дальше вглядываешься в кроличью нору, тем грустнее становится.
И дело не в Швеции, которая вдруг стала "новым Римом" - выбор, конечно, занятный, но он хотя бы обоснован. Да и мироустройство Земли довольно быстро перестаёт иметь какое бы то ни было значение, потому что действие укатывается в космос.
В мире относительно недалекого будущего, кое-как пережившем глобальную войну и умудрившемся уцелеть, человечество изобрело способ путешествовать быстрее скорости света, как будто не нарушая базовых законов физики, и начало расползаться во все стороны. Осело там, осело здесь, создало колонии и продолжает их создавать. "Леонора Кристина" - ещё один звёздный ковчег, который должен умчаться далеко прочь, куда-то к созвездию Девы, а люди на его борту, если всё пойдёт хорошо, изучить новую планету и построить там очередную колонию.
Странно только, что людей этих всего пятьдесят. Кажется, для генетического разнообразия этого мало, и естественным путём воспроизводиться без риска вымирания они не смогут, но автор на этом как-то не задерживается, так что можно нафантазировать что-нибудь внятное. Может, у них там груз замороженного генетического материала с собой, пусть его и забыли озвучить.
В любом случае, экспедиция стартовала, экспедиция улетела, но затем экспедиция попадает в неприятности, которые в космосе неизбежны. В результате корабль теряет возможность тормозить, а это значит, что попасть к изначальной цели он не сможет. Поэтому он летит дальше, чтобы найти место, где можно отключить защитное поле, выйти наружу, починить двигатель и поискать другое место для нового дома.
Звучит просто отлично, на самом деле. Астрофизическая подоплёка, твёрдая фантастика, космическая экспансия.
Если бы не одно злосчастное но.
Несмотря на все свои потрясающие перспективы, "Тау-ноль" скрывает под обложкой треклятый любовный роман с очень скромными элементами непосредственно космоса. Чудовищное количество человеческих взаимоотношений, которые абсолютно неинтересно наблюдать. Все сходятся, расходятся, ссорятся, мирятся, изменяют друг другу, рефлексируют по этому поводу, потом с умным видом рассуждают про моногамию, потом меняются партнёрами, и так до самого финала. Никогда не видела мыльной оперы на фоне вселенского коллапса и, пожалуй, предпочла бы оставаться в неведении дальше.
Меня неистово раздражали абсолютно все персонажи, потому что ну это же невозможно просто, любовная драма на любовной драме и бесконечные розовые сопли по поводу "ах, мы никогда больше не увидим Землю". А вам что, во время вылета об этом не сказали, что ли? И сами вы об этом не догадывались, когда лететь собирались?
Единственным относительно вменяемым - согласно заданному сеттингу бесконечного путешествия - персонажем я смогла счесть только Реймонта, который отдавал себе отчёт в том, что он полетел в космическую экспедицию, где в любой момент всё может пойти не так, и никто не давал им гарантий на благополучное путешествие, исполнение миссии и выживание в целом.
Остальной экипаж - помесь нежных фиалочек с детским садом. Каждый первый ловит клиническую депрессию от любой попавшейся проблемы, каждый второй истерит от того, что теперь они оторваны от человечества, каждый третий уходит в запой от того, что с ним никто не хочет дружить. Хотя верхом гениальности считаю идею забеременеть и родить в условиях, когда непонятно, остановится ли корабль вообще хоть когда-нибудь или сгорит в огне Большого Взрыва. Правильно, недостаточно умереть самой, надо ещё обречь ребёнка на жизненную трагедию! Потрясающе.
Сорок девять эмоционально нестабильных деток, которые почему-то оказались в телах половозрелых учёных, один младенец - и на них всех воспитатель-констебль. В единственном экземпляре. Прекрасно понимаю, почему в конце он отказался управлять всем этим шапито дальше, когда колонисты уже обосновались на планете - они его просто задолбали также, как задолбали меня на протяжении всей книги. Только из чувства глубокой ответственности Чарльз продержался столько времени, не иначе.
Если они - лучшее, что смогла отловить Земля для того, чтобы отправить строить колонию, то Земле остаётся только посочувствовать. Возможно, описанная в начале ядерная война настолько тяжко повлияла на общий уровень здравого смысла в популяции, что восстановиться цивилизация смогла только до этого.
Для развязки, где люди выходят обратно в космос и всё-таки основывают новую, совершенно отличную от всего, что было прежде, колонию, Андерсон использует циклическую космологическую модель, согласно которой вселенная качается туда-сюда от расширения до схлопывания и обратно. Это довольно занятно, хотя обращается автор с ней чудовищно вольно. Если относительное корабельное время и разгон до конца времён у меня глубокого чувства противоречия не вызывает, то вот сохранившийся корабль в момент инфляции кажется элементом уже не столько фантастики, сколько технофэнтази.
Но допустим. По крайней мере, это масштабно.
С токи зрения именно сюжетной задумки "Тау-ноль" восхищает, несмотря на прошедшие десятилетия с момента публикации. Космологическая драма человечества, попрощавшегося со своей колыбелью и ушедшего так далеко, что изменилось само понимание новой жизни. Мне нравится представление человечества как Предтеч, потому что обычно в фантастических произведениях мы, напротив, последние, это мы собираем осколки знаний древних цивилизаций.
Но воплощение, вот с воплощением что-то пошло не туда.
Если выкинуть из шлюза в вакуум все любовные страдания героев, которым на самом деле посвящена книга, останется очень компактная повесть о том, как человек вышел в космос, но обратно уже не вернулся. И она, безусловно, очень хороша, только добраться до неё сквозь это ноющее болото практически невозможно.
Мне понравилась та часть "Тау-ноль", которая про космос, и не понравилось абсолютно всё остальное. Честно говоря, сомневаюсь, что из нынешнего времени этот роман стоит потраченного на него времени, пусть он и достаточно небольшой. Для семидесятых идея с полётом в конец эпох, может, и была прорывной, но сейчас её уже неоднократно переиспользовали, и последующие трактовки мне кажутся и более продуманными, и более осмысленными. Уоттс, Макдональд, да хоть Цысинь, хотя к третьему тому "Воспоминаний" лично у меня было очень много вопросов.
Дочитала "Тау-ноль" только по той причине, что постепенно продолжают пополнять библиотеку упущенными произведениями из эпохи основания жанра. Как роман, от которого можно получить удовольствие, этот вариант кажется крайне сомнительным. Интересная и, подозреваю, революционная на момент своей публикации сюжетная идея абсолютно не искупает того, как тяжело продираться сквозь эти тоскливые завороты человеческих страстей.

В тот вневременной миг, когда Рида затянуло и унесло, все его существо в ужасе вопияло: «Нет-нет! Только не инсульт, когда я еще молод!» И тут же он отшатнулся от пустыни, которая заполнила его глаза, уши, легкие. Но отступать было некуда: пустыня была повсюду вокруг… В голове вспыхивали слова: «Я сплю! Я брежу! Я умер, и я в аду!»
Гремел ветер, раскаленный, сухой, как кожа мумии, и песчинки, шелестя, обдирали лицо.
В его голос врезались другие голоса, и он рывком обрел сознание. Трое! Светлобородый мужчина в остроконечном шлеме и кольчуге; приземистый всадник в кожаной куртке и меховой шапке на вздыбившейся низкорослой лошадке; высокая худощавая женщина в белом платье до колен. И Данкен Рид. Они, дрожа, стояли шагах в десяти – пятнадцати друг от друга и от неподвижного нечто.
Нечто… Сужающийся к одному концу цилиндр ярдов десяти в длину, с наибольшим диаметром около четырех ярдов, отливающий медным блеском, совершенно гладкий и ничем не примечательный. Над его поверхностью переливалось радужное сияние, не позволяя точно определить его очертания.















