Хосе Рисаль

Книга посвящена жизни и деятельности Хосе Рисаля - выдающегося филиппинского ученого, писателя, художника и скульптора, деятеля национально-освободительного движения второй половины XIX века.

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,5

4 оценки

5
25%
4
25%
3
25%
2
25%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 5Хотят прочитать 8

Рецензии

KuhreSootless7 июля 2021 г.
Качественная работа, иногда биографы и историки начинают повествования, будто читатель уже знает, о чем написано в книге.
Здесь автор рассказывает не только о писателе Рисале, но и о филиппинах и о об эпохе, в которую он жил, но достаточно лаконично не затрудняя восприятия.
В книге есть письма Рисаля и другие произведения Рисаля. Кратко передано содержание двух его романов и даны альтернативные названия (которые с его точки соответствовали бы).
Добавил бы в книге эпилог, что было дальше на Филиппинах, но тогда книга бы увеличилась в объеме.
Читать далее
4
112
JohnMalcovich2 мая 2020 г.
«Я определенно остаюсь нейтральным: добродетель всегда лежит посередине. Что мне до того, что восторжествует – порок, или добродетель, если я окажусь в числе погибших?»
Хочешь понять страну – посмотри на памятники людям, которых они чествуют. Филиппинцы, живущие по понятиям, согласно которым, если ничего не дать взамен полученного дара – значит признать себя подчиненной стороной, убили Магеллана, поставили ему памятник, как человеку, который принес им христианство. Правда, совсем рядом они поставили и памятник вождю племени Лапу-Лапу, который и убил Магеллана. Вождя они нарекли борцом против поработителей. В этом проявляется характерная двойственность натуры филиппинцев, их многоликость и переменчивость. Испанцам, кстати, говоря, филиппинцы довольно быстро покорились. Именно испанцы объединили разрозненные племена архипелага. Примечательно, но некоторые филиппинские культуроведы утверждают, что испанцы и создали филиппинскую нацию. Характерно, что испанцы, а точнее монахи, насаждающие католицизм на архипелаге, еще за долго до Хосе Рисаля казнили в качестве урока нескольких невинных по обвинению в участие в вооруженном восстании. В ответ на притязания обреченных на свою невиновность, монахи спокойно ответили, что и Иисус был невиновен и казнили несчастных путем удушения железным ошейником. Именно испанцы в 1849 году приказали всем местным обзавестись фамилиями, что должно было облегчить сбор податей. Отдельным личностям позволили иметь сдвоенную, а выдающимся – даже счетверенную фамилии. Рисаль означает траву, проросшую после покоса. Хосе Рисаль начинает расти уже с фамилией. Воспитывают на Филиппинах нехитрым способом: путем поддразнивания. Постоянные издевки развивают чувствительность у ребенка и создают восприимчивость к мнению других людей. Приобретенный навык в детстве у взрослых оборачивается болезненной реакцией на критику и на любой недружелюбный отзыв. Также обидчивость обеспечивает привязанность индивида к «своим». Отсюда и браки между родственниками. Рисаль становится типичным филиппинцем. Старший брат Хосе является членом клуба, ратующего за ассимиляцию с Испанией и за уравнивание филиппинцев в правах с испанцами. Хосе же начинает играть роль пророка, или видящего. Вскоре он сам уверует в свой пророческий дар. Потом он желает стать врачом, причем глазным. Он хочет помочь матери вернуть зрение. Как и прочая революционная сволочь типа Ленина, Рисаль начинает шастать по заграницам, причем толком не понятно за какие деньги. Будучи официально католиком, он посещает в Сингапуре протестантскую церковь, в Коломбо – буддийский храм, в Суэце – мечеть. Это его первые попытки так называемого бунта, если верить предвзятым биографам. В Испании Рисаль создает некий кружок по филиппинским делам, а потом сам же и распускает его. Но зато он хочет написать книгу о Филиппинах. А прочитав впервые Вольтера, он задумывается о том, чтобы порвать с католицизмом. Кстати, биографы Рисаля любят натягивать филиппинскую летучую мышь на кокос и утверждать, что Вольтер и Рисаль имели похожие биографии. Логически было бы предположить, что следующим шагом Хосе должна была стать борьба против монахов-угнетателей. Но нет. Он оказывается обычным трусом и не стесняется писать об этом в своих дневниках и письмах. «Если человек в наше время начинает борьбу с монашескими орденами, он рискует попасть в тюрьму…». И Рисаль предпочитает нейтралитет. Вместо бунта он начинает получать образование, снова непонятно, за чей счет. На Филиппинах в 1872 году вспыхнуло подобие восстания и испанцы начали именовать образованных филиппинцев, принявших участие в восстании «флибустьерами». Вскоре это слово становиться запретным среди филиппинцев, они просто бояться его произносить. Рисаль к восстанию относится с прохладой, он заканчивает университет и сдает экзамены на звание лиценциата медицины. Но диплом он выкупит лишь спустя семь лет, когда все-таки решит заняться медицинской практикой. Почему? Да потому, что его увлекает французская культура и аристократизм французов. Он начинает рассуждать и писать на самые недоступные его пониманию темы. Например, о том, что бы случилось, если бы Иисуса не распяли. Он верит в то, что выучил французский язык и собирается изучить немецкий язык за шесть месяцев. Ведь он собирается в Германию. Правда, его французский мало кто из собеседников мог понять, но разве это важно? Такая же история будет и с немецким, ведь он никак не сможет понять почему немцы «путают» звук в и ф! Но как бы там ни было, Рисаль пишет целый роман. Следует сказать, что его биографию явно подтачивали под биографию Золя. На родину он ввозит свой роман под суперобложкой с надписью «Жемчужины испанской поэзии. Том II». На родине Рисаль вспоминает свою профессию и начинает исцелять людей. Его воспринимают как мессию, или чудо-целителя. Бороться с испанцами он не хочет. Да и вообще, он против отделения от Испании. Всех, кто хочет свободы от испанцев, он начинает называть неразумными и по поводу и без повторяет пословицу «Кого Юпитер хочет погубить, того прежде лишает разума». Его бывшие воспитатели иезуиты радуются тому. Что в своем романе Рисаль изобразил их орден в более лучшем свете, чем остальные. Вообще его стилем становится притворство. Ему очень нравится китайский театр, в котором, когда актер говорит в сторону, то другие актеры притворяются, будто ничего не слышат, и поворачиваются к нему спиной. Рисаль снова направляется за границу. На этот раз в Японию, где живет при дипломатической миссии. Так боятся Рисаля проклятые тираны, что пестуют его похлеще чем самого Ленина. Рисаль начинает писать историческую книгу про историю Филиппин. Понятное дело, что сделать это лучше всего в Лондоне, ведь там самые лучшие книги в местных библиотеках. Он делает хитрый ход, начинает борьбу за обретение филиппинцами достоинства, но в рамках испанского мира. В следующем романе он затрагивает проблему амока, психического расстройства.
Справка: амок – состояние безумия, вызываемое неспособностью выполнить свой моральный долг (например, прокормить семью). В приступе амока человек убивает всех без разбора.
Амок есть патологическая попытка распадающейся личности самоутвердиться, уже находясь за гранью безумия.
Возвращаясь из Лондона, Рисаль задумывается о том, чтобы заселять филиппинцами новые земли британской империи. Вероятно, обсуждая с англичанами тему, сколько филиппинцев может поставить мистер Рисаль, Хосе считал себя настоящим мистером. На корабле он как-то повстречал и русского, который сказал ему, что только у социализма есть идеи, а у других учений их нет. Этим русским был Михаил Михайлович Березовский, исследователь Тибета, Монголии и Китая. Разговор с русским побуждает Рисаля снова заняться врачебной практикой, уже в Гонконге. И вскоре «слава о блестящем глазном хирурге облетает Гонконг».
Вольтер по-прежнему давит ему на мозг. Давит настолько сильно, что он, как говорит автор книги, «просто расковычивает» цитаты Вольтера. Например, такую: «Я существую, следовательно, нечто существует. Если нечто существует, то нечто должно было существовать в вечности, ибо то, что есть, есть само по себе или получило свое бытие от другого. Если оно есть само по себе, оно существует необходимо, оно всегда было необходимо, оно и есть бог; если же оно получило свое бытие от другого, а это от третьего, то последнее, от чего все они получили бытие, должно быть богом».
Выучив эту фразу, Рисаль, вероятно, себя мнит богом. Он начинает не осуждать, а рационально объяснять такие филиппинские обычаи, как «испытание водой», когда подозреваемых погружали в воду, виновным считался тот, кто выныривал первым. «Физиологическое объяснение сводится к тому, что у того, кто боится, сердце бьется чаще и сильнее, большему числу ударов соответствует большее потребление кислорода, значит долго под водой не продержишься» - так считает Рисаль.
Когда в Маниле начинается волна беспорядков, власти начинают подозревать его в причастности к ним. Рисаль начинает чувствовать приближение смерти. И действительно, вскоре его схватят и будут судить. Но не как революционера, а как поэта, писателя и ученого. В вину ему поставят его творчество. Потом его расстреляют. Автор книги в этом месте натягивает штанишки цирковой болонки на слона: «Филиппины потеряли своего величайшего сына. Испания навсегда потеряла Филиппины». Хотя на самом деле, Испания утратит архипелаг гораздо позднее, когда Манилу в 1898 году оккупируют американцы…

Читать далее
2
117

Все рецензии

Цитаты

JohnMalcovich2 мая 2020 г.
Я существую, следовательно, нечто существует. Если нечто существует, то нечто должно было существовать в вечности, ибо то, что есть, есть само по себе или получило свое бытие от другого. Если оно есть само по себе, оно существует необходимо, оно всегда было необходимо, оно и есть бог; если же оно получило свое бытие от другого, а это от третьего, то последнее, от чего все они получили бытие, должно быть богом
0
114
JohnMalcovich2 мая 2020 г.
товарищей по эмиграции не выбирают, их поставляет необходимость
0
33
JohnMalcovich2 мая 2020 г.
первым обнимать старшего брата - это совсем не по-филиппински.
0
19