Книги немецких авторов 20-21 веков
Skorpi
- 72 книги

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Надеюсь, все знают, что даже немцы называли освободителями русские войска? Не только наши люди страдали во время войны, когда фашисты брали в блокаду целые города, уничтожали под чистую села, измывались над детьми, вешали, устраивая публичное "торжество", взрослых. Страдали и сами немцы - не нацисты, выступающие за мир, не понимающие жестокости своих сограждан, не разделяющие их сумасшедшего толпо-следования за фюрером. Те, кто не шел за "больным хозяином", не состоял в Гитлерюгенде, выживал как и мы - но в своей родной стране, где свои убивали своих же. Кажется, миру свойственно периодически сходить с ума в самой извращенной форме...
О таком вот выживании немецкого мальчишки написал и Генрих Бёлль, напомнив, что ребенку всегда не просто: не только приспособиться физически, но и подстроиться под происходящее психологически. Мальчишке приходилось едва ли не каждый день загонять барахло, чтобы получить хлеба и табака, и воровать уголь, ведь его отец был убит на войне, а мать получала мизерную пенсию. И в таких жестких условиях появление "жрущего" как здоровый мужик (все мы представляем соотношение в условиях войны такого аппетита с обстановкой) дяди Фреда нисколько не радовало пацана, а лишь добавляло ноши на плечи. Дядя Фред не увлекал мальчишку рассказами о войне и фронте, предпочитая умалчивать эту тему, делился лишь крохой информации из своего прохождения медкомиссии - какую же получал мальчишка пользу от гостя, если ни поддержки, ни облегчения существования, ни нужных слов не было от дядьки...
Но, может быть, ценность сосуществования с ним была совсем в другом? Надежде, нацеленности на жизнь - как цветок, прорастающий из асфальта, дядя Фред пробуждал веру, что все плохое закончится и все хорошее еще будет?

Небольшой грустный рассказ, опубликованный в 1947 году в кельнском журнале и считающийся литературным дебютом Генриха Белля. Автором отлично передана тяжелая и гнетущая послевоенная атмосфера. Главный герой - бывший солдат, обратный поезд которого задержался на полтора часа, - ощутил себя словно в плену в зале ожидания небольшого провинциального вокзала.
Не знаю зачем герою вдруг вздумалось спрашивать дорогу, когда местечко, в которое он прибыл немногим раньше, было не очень-то и густонаселенное. Но, тем не менее, он был удивлен, что старушка, вместе с ним сошедшая с поезда в этой глуши, куда-то пропала, словно сквозь землю провалилась. Маленький городок стоял посреди пустынных, невозделанных полей. Чувство запустения и отсутствия жизни усугублялось помятыми вывесками и облупленными фасадами. Однако, названия улиц были обозначены и на домах даже были номера.
Солдат легко отыскал нужный дом и постучал. Женщина, лицо которой было знакомо солдату по фотографии, открыла дверь. Ее недавнее веселое и игривое настроение сменили страх и ожидание. Она сразу догадалась, что солдат пришел не просто так, он принес ей весть. А когда солдат молча вручал ей обручальное кольцо, часы и фотографии, где-то там в доме какой-то мужчина громко выражал свое недовольство тем что дама оставила его одного.
Вестник явно испытывал неудобство от того, что ему пришлось выполнять эту печальную миссию. Женщина же, которую застали с любовником, посчитала что тот ее осуждает и презирает. В свое оправдание она смогла пролепетать только что предчувствовала такой исход еще три года назад когда провожала мужа на вокзал. Действительно ли она горевала, громко и исступленно плача, когда узнала что муж погиб или это была игра на публику? А, может, эти слезы были проявлением раскаяния или жалости к себе? Неизвестно. Бог ей судья.

Крохотный эпизод жизни молодого человека, совсем мальчика. Одно мгновение жизни маленького винтика огромной военной машины, растоптавшей и поставившей на колени всю Европу. Мгновение, незаметное на фоне судеб стран и армий, занимает несколько страниц текста, несколько минут чтения. Но какой же горький осадок остался после этого незначительного в масштабах истории эпизода. Горечь, тоска и страх перед неизбежным.
В этих нескольких страницах нет подробных описаний войны, лишь за окном звучит канонада артиллерии, нашей или вражеской - не важно, как не имеет значения и национальность этого мальчика - перед смертью, физической ли, духовной ли, все равны. Война где-то, а человек, такой же человек, как и я, вот он, совсем рядом. Короткий миг - даже не книга - глубоко царапает сознание и тревожит душу.
Сильное, страшное и пугающее своей скупой правдой произведение.

Узнать свой почерк — это хуже, чем увидеть себя в зеркале, это куда более неопровержимо, и у меня не осталось никакой возможности усомниться в подлинности моей руки.

Нелегкая задача быть посредником между двумя мирами, ценности которых только кажутся равнозначными.

В памятнике воину тоже нет ничего особенного, ничего исключительного, он такой, как всюду, стандартный памятник массового изготовления, все памятники такого образца поставляются каким-то одним управлением…










Другие издания
