Книги немецких авторов 20-21 веков
Skorpi
- 72 книги
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Надеюсь, все знают, что даже немцы называли освободителями русские войска? Не только наши люди страдали во время войны, когда фашисты брали в блокаду целые города, уничтожали под чистую села, измывались над детьми, вешали, устраивая публичное "торжество", взрослых. Страдали и сами немцы - не нацисты, выступающие за мир, не понимающие жестокости своих сограждан, не разделяющие их сумасшедшего толпо-следования за фюрером. Те, кто не шел за "больным хозяином", не состоял в Гитлерюгенде, выживал как и мы - но в своей родной стране, где свои убивали своих же. Кажется, миру свойственно периодически сходить с ума в самой извращенной форме...
О таком вот выживании немецкого мальчишки написал и Генрих Бёлль, напомнив, что ребенку всегда не просто: не только приспособиться физически, но и подстроиться под происходящее психологически. Мальчишке приходилось едва ли не каждый день загонять барахло, чтобы получить хлеба и табака, и воровать уголь, ведь его отец был убит на войне, а мать получала мизерную пенсию. И в таких жестких условиях появление "жрущего" как здоровый мужик (все мы представляем соотношение в условиях войны такого аппетита с обстановкой) дяди Фреда нисколько не радовало пацана, а лишь добавляло ноши на плечи. Дядя Фред не увлекал мальчишку рассказами о войне и фронте, предпочитая умалчивать эту тему, делился лишь крохой информации из своего прохождения медкомиссии - какую же получал мальчишка пользу от гостя, если ни поддержки, ни облегчения существования, ни нужных слов не было от дядьки...
Но, может быть, ценность сосуществования с ним была совсем в другом? Надежде, нацеленности на жизнь - как цветок, прорастающий из асфальта, дядя Фред пробуждал веру, что все плохое закончится и все хорошее еще будет?

Небольшой грустный рассказ, опубликованный в 1947 году в кельнском журнале и считающийся литературным дебютом Генриха Белля. Автором отлично передана тяжелая и гнетущая послевоенная атмосфера. Главный герой - бывший солдат, обратный поезд которого задержался на полтора часа, - ощутил себя словно в плену в зале ожидания небольшого провинциального вокзала.
Не знаю зачем герою вдруг вздумалось спрашивать дорогу, когда местечко, в которое он прибыл немногим раньше, было не очень-то и густонаселенное. Но, тем не менее, он был удивлен, что старушка, вместе с ним сошедшая с поезда в этой глуши, куда-то пропала, словно сквозь землю провалилась. Маленький городок стоял посреди пустынных, невозделанных полей. Чувство запустения и отсутствия жизни усугублялось помятыми вывесками и облупленными фасадами. Однако, названия улиц были обозначены и на домах даже были номера.
Солдат легко отыскал нужный дом и постучал. Женщина, лицо которой было знакомо солдату по фотографии, открыла дверь. Ее недавнее веселое и игривое настроение сменили страх и ожидание. Она сразу догадалась, что солдат пришел не просто так, он принес ей весть. А когда солдат молча вручал ей обручальное кольцо, часы и фотографии, где-то там в доме какой-то мужчина громко выражал свое недовольство тем что дама оставила его одного.
Вестник явно испытывал неудобство от того, что ему пришлось выполнять эту печальную миссию. Женщина же, которую застали с любовником, посчитала что тот ее осуждает и презирает. В свое оправдание она смогла пролепетать только что предчувствовала такой исход еще три года назад когда провожала мужа на вокзал. Действительно ли она горевала, громко и исступленно плача, когда узнала что муж погиб или это была игра на публику? А, может, эти слезы были проявлением раскаяния или жалости к себе? Неизвестно. Бог ей судья.

Крохотный эпизод жизни молодого человека, совсем мальчика. Одно мгновение жизни маленького винтика огромной военной машины, растоптавшей и поставившей на колени всю Европу. Мгновение, незаметное на фоне судеб стран и армий, занимает несколько страниц текста, несколько минут чтения. Но какой же горький осадок остался после этого незначительного в масштабах истории эпизода. Горечь, тоска и страх перед неизбежным.
В этих нескольких страницах нет подробных описаний войны, лишь за окном звучит канонада артиллерии, нашей или вражеской - не важно, как не имеет значения и национальность этого мальчика - перед смертью, физической ли, духовной ли, все равны. Война где-то, а человек, такой же человек, как и я, вот он, совсем рядом. Короткий миг - даже не книга - глубоко царапает сознание и тревожит душу.
Сильное, страшное и пугающее своей скупой правдой произведение.










Другие издания
