Популярная библиотека
robot
- 45 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Вообще, когда я загрузил эту книгу в ридер и глянул на счётчик страниц, то слегка впал в уныние, потому что табло показывало цифру за 2500. Правда потом понял, что загнал в book все семь томов воспоминаний, а ведь по правилам Флэшмоба не рекомендуется советовать для чтения многотомные и мегастраничные эпопеи. И потому могу ограничиться чтением только тома первого. Найдя себе отмаз успокоив себя таким образом, я вперил глаза в книгу и... когда я в следующий глянул на счётчик, то прочитано уже было около сотни страниц...
Книга написана очень живым, порой близким к разговорному, но в то же время высоколитературным языком. Очень ярко, красочно и выпукло прописаны страницы с детскими воспоминаниями автора, но и с переходом в более взрослый возраст образность текста не стала менее насыщенной. И потому чтение этого романа-воспоминания сразу же превращается в нечто, входящее в разряд книжных удовольствий. Даже несмотря на наличие в книге изрядной доли советской риторики и политической идейности (не нужно забывать, что книга была написана в эпоху "хрущёвской оттепели" и потому Эренбург вволю выплёскивает на читателя тот воздух свободы, которым тегда ещё дышало всё и вся). Вообще мне показалось, что можно смело пренебречь нюансами политической жизни и политических же идей, а рассматривать книгу прежде всего как документ эпохи. Эпохи конца века XIX — начала века XX. И документ этот читать прелюбопытно, потому что автор, по моему разумению, не стремится как-то приукрасить ковёр бытия и выпекает пирожки реальности доведёнными до нужной кондиции.
Второй интерес вызывают зарисовки автора о самых разных нестандартных и весьма оригинальных людях, с которыми он встречался во время своего пребывания в заграницах, а с некоторыми из этих людей ещё и дружил. Уже одна только фамилия Пикассо способна кого угодно привести в восторженный ступор, а в первом томе речь будет идти не только о нём, а о целой плеяде творческих современников Эренбурга — художниках и писателях, поэтах и прочих людях искусства. Вот даже я, довольно далёкий от всяческих искусствоведческих изысканий человек, и то вволю насладился соответствующими страницами и главами первого тома, и совершенно очевидно, что непременно буду читать и том второй, а там и третий... Просто не заподряд, а с перерывами на другие книги — нельзя же ведь в один присест слопать двухкилограммовый торт, а вот ежели врастяжку, то почему бы и нет :-) Вы это... присоединяйтесь, ежли что!

Книга "Люди, Годы, Жизнь" была мною прочитана в книжном варианте (3 тома) с упоением, залпом! Она произвела на меня огромное впечатление!
Нет, автор не высказывает каких-то революционных идей, Илья Эренбург просто описывает свой жизненный путь - от самого рождения до "серебряных" годов. Но как он это делает....!!!!
Это просто потрясающе, поражает его такая объемная жизнь. Илья Григорьевич был дружен с выдающимися писателями, поэтами, актерами, революционерами, политическими деятелями.... Их список настолько огромен, что просто удивляет. И.Эренбург родился в эпоху Царской России, жил в ней, был юношей, когда произошла революция, стал эмигрантом в Европе, потом складывается активная советская жизнь. В общем, всего не передать))))
Обо всех людях, с которыми встречается на своем жизненном пути Илья Григорьевич пишет очень объемно, но при этом без излишней субъективности!
Написано очень интересно и легко!
Рекомендую каждому к прочтению данную книгу!
"Разные бывают люди: одни вылеплены из воска, другие высечены из камня; это вопрос не убеждений, а природы, и часто человек выбирает путь, мало соответствующий материалу, из которого он сделан. Я знавал людей твердой воли, крепких нервов, решительных, по-своему смелых, облюбовавших тыл жизни; сталь ржавела." И.Г. Эренбург

Подозреваю, что нечто многозначительное происходило в Союзе писателей, раз Шварц посвятил этому целую пьесу. Получилось особенная, маленькая, но шуточная пьеса. Интересно,как бы отреагировали те, кои были упомянуты драматургом!? А наличие потусторонних существ, на помощь приходящих по первому зову, показывает умение автора оригинально сочетать несочетаемое. В общем, в клубе попляспли, и в аду побывали...с писателями и критиками.

... Запомнился еще один разговор. Хемингуэй сказал, что критики не то дураки, не то прикидываются дураками: «Я прочитал, что все мои герои неврастеники. А что на земле сволочная жизнь — это снимается со счета. В общем, они называют «неврастенией», когда человеку плохо. Бык на арене тоже неврастеник, на лугу он здоровый парень, вот в чем дело…»

Я часто думаю о том, как различны люди, выросшие на одной земле, ходившие в те же школы, повторявшие те же слова.

Жизнь никогда не похожа на мечты. Гадалки говорят про «линию жизни»; такая линия действительно существует - не на ладони, а в судьбе человека, и чем раньше ее увидишь, осознаешь, тем легче будет преодолеть сомнения. Эта линия складывается не только из высоких идей, но и из реальных событий, не только из притяжений, но и из отталкиваний, не только из страстных чувств, но и из раздумий.















