
Западный канон Гарольда Блума
venusinhell
- 588 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Удивительный поэт с удивительной судьбой.
Сочетание в поэте славянской крови, с её безмерностью чувств и тоской по нездешнему, с романской кровью, с её строгостью чувств и безмерностью мысли, породили волшебную поэзию Аполлинера.
С какими поэтами можно сравнить его поэзию и мелодику её образов ? Скорее всего с Бодлером, Гейне, Верленом, и Мандельштамом.
Сказать, что его поэзия потрясает, это не сказать ничего. И как всякое новое слово в поэзии, его стихи впускаешь в себя осторожно, словно бы боясь всецело опереться на этот странный мир, но потом, словно падаешь назад, зная , что тебя подхватят.
И если его ранние стихи относительно классические, то читая его позднюю поэзию, ты ощущаешь себя как тот персонаж средневековой гравюры, который в своей наивности выглянул за пределы небесной сферы, с её тихим течением светил, и его рука провалилась в податливое мерцание безмерности.
Аполлинер ввёл в поэзию отсутствие знаков препинания. И правда, у чувств и сердца , есть свои негласные правила запятых, тире и многоточий, их бесчисленные оттенки, переливы , которые не умещаются в тесные правила простых , земных слов. И как человек не замечает работы своего дыхания , пока его не утратит хоть на миг, так и душа не сознаёт до встречи с поэзией Аполлинера, что знаки препинания подобны осязаньям в мире слов . Читая эти стихи, ты на миг теряешь привычную опору , с глаз души словно бы спадает повязка , и обернувшись, ты видишь, что всё это время смотрел земными глазами , и не замечал, что проходил по краю бездны, с её чудовищами и криками, но вместе с тем, и над сердцем и в сердце, освещаются иные, мгновенные, светлые бездны , подобные сиреневым, тающим безднам, расцветающих на земле от гроз и ракетниц на войне, пройдя через которую, поэт и его стихи прониклись ощущением особой хрупкости жизни и трагизма любви.
НЕТЕРПЕНИЕ СЕРДЕЦ
Там всадник скачет по равнине
А дева думает о нем
Весь мир опутан и поныне
Античным пламенным дождем
Они сорвали розу сердца
И расцвели глаза в ответ
И никуда губам не деться
От жарких губ Да будет свет

Ты видишь худую фигуру? Понуро
Тащил человек пепел предков своих на седой
бороде,
Всю наследственность нес на лице своем
диком и хмуром.

Ночь Парижа, от джина хмельная,
Электрическим светом полна.
Рельсы музыкой стали. Трамваи
Захлестнула безумья волна,
И летят они, мглу разрывая.

Любил я женщин жестоких в огромных кварталах,
Где каждый день появлялись на свет существа,
Каких на земле еще не бывало:
Железо стало их плотью, а пламя - их мозгом;
Любил я проворное племя машин,
Изящество, роскошь - все это только их накипь...
А дама была так красива,
Что страх мне внушала она.













