«Бессмертная трилогия»

Мемуарная проза Анатолия Мариенгофа долгие годы оставалась неизвестной читателю. Затем она публиковалась по частям, и никогда не издавалась в едином томе. А ведь он рассматривал три части своих воспоминаний ("Роман без вранья", "Мой век, мои друзья и подруги" и "Это вам, потомки!") как единое целое и даже дал этой не состоявшейся при его жизни книге название - "Бессмертная трилогия". В этом сборнике мемуары Мариенгофа представлены читателю так, как задумывал это автор. А блестящий стиль, острая...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,5

115 оценок

5
67%
4
26%
3
5%
2
1%
1
1%

Ваша оценка

Прочитали 128Хотят прочитать 210

Рецензии

SantelliBungeys5 августа 2020 г.
"Я обманывать тебя не стану..."
Об ушедших лишь хорошее...
Возможно так и надо. Вот только все эти радужные эпитеты, цензуированные воспоминания, облики нарисованные с любовью...но стыдливо - чего в них более? Человека или фасадного портрета?
Нет во мне чувства, что Анатолий Мариенгоф предал друга. Есть лишь убеждение, хотел сохранить для нас настоящего Сергуна. И для себя.
Чтобы вот так капал рассол от соленых огурцов на печатные листы. Чтобы бежали от патруля, разбегаясь по дворам. Чтобы размахивали полосатыми штанами из окна мягкого вагона, наблюдая за рыжим жеребенком, решившим потягаться с железным паровым чудищем.
И бронзовые подсвечники, последняя забота бабки, у которой снимали комнату, доводя дурацкими разговорами до сокращения нахождения в земной юдоли. И "рыфма", умиляющая при созерцании летнего южного звёздного неба.
Нет. Здесь нет золотых кудрей. А есть об эгоисте, манипуляторе. О косоворотке и сапогах, вместо , столь любимых, щегольских костюмах и американских ботинках. О прижимистости и деревенской скуке. О том как равнодушно и единственно взглянул на сына. О пьянке, лживости и прочем.
О том каким он был. И нет в этом предательства и очернительства. И страшное крокодилье слово ЗАВИСТЬ не звучит для меня с этих страниц.
Я вижу лишь искреннюю дружбу двух молодых и ярых до жизни, до славы...
Боль от утраты и невозможности что-то изменить.
Лучшие годы, стерлядь и подсохшая краюха хлеба, мечты и проза.
Желание рассказать какой он был, Сергей Есенин, настоящий. Близкий. Грешный.
Читать далее
74
2,9K
JewelJul8 октября 2023 г.
Валеты червей и пик
Мариенгоф - поэт начала XX века, один из основателей кружка "имажинистов", и, как оказалось, - лучший друг Сергея Есенина. Вот об этом он и рассказал в этой автобиографической книге.
Тут будет про юных пацанов-поэтов, чувствующих себя "не-такими-как-все", и потому немного (сильно) снобов. Два друга-хулигана, любящих стихи и эпатаж, живущих, как бы сказали сейчас, по "впискам", по друзьям, по друзьям друзей. И бесшабашная юность их пришлась на 20-е годы, сразу после Революции, но они не дворяне, им нормально, можно устроиться. Да и зачем богемным парням роскошь? Открыли книжную лавочку "Стойло Пегаса", от названия которого так и веет декадентством. Пытались что-то где-то издавать, и таки издавались, но об этом Мариенгоф пишет нехотя, как бы мельком, все свои силы и внимание отдавая Сергею.
А Сергей - тот еще фрукт. Эгоцентричный подлиза, подхалим, обаяшка с серыми глазами... В повествовании мелькают некие дамы и дамочки, которые "любили кого-то из нас", но Сережа и Толя любили, кажется, помимо стихов еще и друг друга. Возможно, платонически. А, возможно, и нет, но об этом Анатолий тоже нам не скажет. Только намекнет.
Да и обо всем остальном Мариенгоф скажет очень кратко, видимо, в фирменном поэтичном стиле. Кратко, да, но мега-ёмко. Я таких насыщенных смысловых метафор не то что давно не встречала, мне кажется, не читала вообще. Даром, что поэт, он мог бы быть шпионом, как мне кажется. Так уметь зашифровать смысл в трех эпитетах о природе, например, очень дорогого стоит, и таланта требует огромного. Мне же что стихи, что вот такая проза в стихах, даются очень тяжело. Чтобы расшифровать смысл и символы, приходилось перечитывать каждое предложение. А иногда и это не помогало, все же я поэтическое "бревно", как пришла на ЛЛ дуб дубом в семиотике, так и осталась, не помогли мне брошюры "читай-как-профессор" и Умберто Эко. Но перестану себя казнить за это, в очередной раз просто вздохну и приму, что мне доступны только 4 уровня "сумрака" литературы, ниже не пробьюсь. Ведь читатели всякие нужны, читатели всякие важны.
Ну а после автор расскажет и про Дункан, и про собственную жену, и про то, как разошлись пути с Есениным, и как тот от Европы и Дункан устанет, и про казенную дорогу, и про что было, и что будет, и то, чем сердце успокоится. И чем же все закончится. Могила Сережи такова и боле никакова. Грустно наблюдать за падением в бездну, но вот такая штука жизнь. Особенно поэта. Особенно в эпоху богемного кокаина и плебейской водки.
Читать далее
70
8,7K
tsumikomu20 января 2021 г.
Лёгкой жизни я просил у Бога.
Лёгкой смерти надо бы просить.
Анатолия Мариенгофа знают в первую очередь как друга Есенина и только потом — как автора, мемуариста, критика. Но не только. Мариенгоф был живым свидетелем того, как меняется мир: перед его глазами прошла смена нескольких режимов, подъем и спад идеологий, и люди, люди, люди, бесконечной чередой. «Бессмертная трилогия» как раз им и посвящена: тем, кто есть, был, кто ещё будет.
Книга не представляет из себя единого произведения. Это три разных истории, изданные под одной обложкой: разные по смыслу, посылу, даже по стилю изложения. Если «Роман без вранья» это по большому счёту история взаимоотношений Мариенгофа с Есениным, то «Мой век, мои друзья и подруги» — уже попытка переосмысления собственной жизни. Впрочем, видно, как к середине автору - небиографисту по роду своих занятий - стало скучно, и он начал отклоняться от первоначальной хронологии до тех пор, пока вообще не ушёл в сторону. «Это вам, потомки!» вообще трудно отнести к какому-либо жанру: не дневники, не истории из, не сборник афоризмов: что-то очень невнятное, в котором слишком личные записи о нежелании стареть перемежаются гневными (но очень осторожными) политическими прокламациями и разбавляются сентенциями философов всех мастей.
«Бессмертная трилогия» не увидела свет при жизни Мариенгофа. Не увидела и после. Этот сборник, вышедший под эгидой издательства «Прозаик» — отражение его мыслей: может быть, когда-нибудь оставить память о себе и людях, его окружающих.
Мечта.
Вот только действительно ли эта трилогия бессмертна и насколько сильно нужна потомкам? Сумбурное, слишком личное изложение, а местами так вообще самозацензуренное сопровождается диаметрально противоположными утверждениями, которые вводят в ступор поначалу и формируют недоверие к автору как к рассказчику после. На паре страниц только упоминая о том, что пишет сам, Мариенгоф много и сочно рассказывает о других: писателях, композиторах, актёрах. Но важно не сколько он говорит, а что: ощущение, будто читаешь бульварную газету: ни начала, ни конца, одна «клубничка» про одного, другого, третьего.
По идее ему надо сочувствовать – не в самое лёгкое время жил человек, но не получается. В итоге всех растолкал, сам с собою остался.

Есенин говорил:
— Ничего, Толя, всё образуется.
Прошла жизнь, и ничего не образовалось.
Читать далее
69
710

Все рецензии

Цитаты

Apsny1 июля 2012 г.
Человеческая тупость бессмертна.
42
3,4K
dream_of_super-hero19 октября 2009 г.
Счастья надо просить так, как одесский беспризорный милостыню:
Гражданка, дайте пятачок. А не то плюну вам в физиономию - у меня сифилис.
42
3,5K
dream_of_super-hero19 октября 2009 г.
Обычно - любят за любовь. Есенин никого не любил, и все любили Есенина.
33
2,3K