Надо сказать, что в общем-то я очень хорошо отношусь к цитированию источников. А книги, состоящие чуть больше, чем полностью из таких цитат, вообще обожаю. Обычно это называется «Свод письменных источников…» или «Сборник документов и материалов…» и служит для облегчения жизни нерадивым исследователям, студентам и просто любителям истории. Объем цитат в каждом конкретном случае разнится, но, как правило, чем уже проблема, тем меньшую иллюстрацию можно для нее предложить. Это и удобно, можно сразу получить ответ на конкретный вопрос, а не продираться через не всегда занимательный текст чьих-то мемуаров или зубодробительный устаревший роман. Сразу ознакомиться с широким кругом источников. Но заметьте, под «широким крутом» я ни в коей мере не понимаю несколько очерков Тургенева, «Войну и мир» и Гоголя, хотя спасибо за возможность перечитать чуть ли не целиком «Старосветских помещиков». Напрягаться надо было еще на названии. Что значит XIX века? Это, простите, без малого сто лет. Да и страна велика и обильно, а материальное благостостояние русского дворянства отнюдь не одинаково. Впрочем, последнее автор хотя бы понимает. Нормальная книга на эту тему в существующем объеме могла бы называться «Мелкопоместные усадьбы Черноземья в пореформенный период». Подмосковная усадьба будет отличаться от малороссийских владений, образ жизни однодворца от многоземельного вельможи, война 1812 года и реформы 60-х сказываются совершенно по разному. Согласны? А у нас получается сферический конь, где в одну кучу смешаны довоенное дворянское семейство глазами писателя второй половины века, реалистические очерки середины века и записки, увидевшие свет в самом конце века. Будь автор чуть искуснее и талантливее - что-нибудь бы и получилось, удалось бы привести все это к единому знаменателю, но собственные замечания к цитатам явно не относятся к его творческой удаче. Говорить, что текст ошибочен я не могу, но создается впечатление, что компилируя текст автор практически не думал о смысле и хронологии. Вот, как мне кажется, очень характерный отрывок
В 1917 году рушится усадьба. Падает и колонна [речь об Ахтырке] , но, к счастью, остается цела. Шли годы. Многое вокруг усадьбы менялось, отнюдь не в лучшую сторону. По окрестным землям прошла Московско-Ярославская железная дорога. А довершила разрушение, казалось бы, прочного, сложившегося многими десятилетиями уклада реформа 1861 год
Лично я после фразы про годы ожидала про уничтожение усадьбы в 1922, но сперва нужно еще расстройство хозяйства после 1861 пережить. Тут какая-то чехарда с хронологией, а чуть раньше, заговорив о творчестве Ропета, автор лишь через несколько страниц начинает абзац с фразы, вводящий новое лицо в повествование. Что это? Небрежности при работе с текстовыми редакторами, позволяющими легко менять местами огромные куски или полное непонимание своего текста. Непониманием отдает и структура книги. Выбор тем в больших главах оставим на совести автора, но в разделах он скачет от общего к частному и обратно, даже не замечая: вот раздел посвящен, например, усадебным паркам, а за ним косяком главы, где какое-нибудь Покровское разобрано по бревнышку - одна глава про кабинет, вторая про шкаф. Не смертельно, но неприятно. Так же неприятно вольное обращение с терминологией. Лично мне термин «национальный романтизм» вообще не нравится, тем более, когда эта эпоха наступает дважды, первый раз в Царицыно (самый что ни на есть XIX , ага), а второй раз в Абрамцево… Спасибо, что между царской резиденцией и дачей творческой интеллигенции страниц десять найдется, не хотелось бы опять вспоминать про недопустимость сравнения. Главу про охоту я обойду стороной, хотя такого количества Тургенева я не читала со времен школы. А вот главы про костюм и русскую кухню у почитателя Кирсановой и Похлебкина вызывают удивление. По большому счету описываемое собственно к усадьбе отношения не имеет - мода и кухня в данном случае общероссийска. Объем небольшой, в водных частях есть попытки дать общую картину, но выбор понятий и цитат немного странный. Видимо, что нашлось, хотя гоголевские описания я читала с удовольствием - лучше бы в качестве наглядного примера использовал «Розовую ксандрейку…». Впрочем, этих фамилий в списке литературы нет. Это не преступление, но при внимательном чтении библиография вызывает массу вопросов. Книг об отдельных усадьбах - около десяти. По какому принципу их выбирали? Сразу несколько статей о Львове. Спору нет, выдающийся архитектор, но, возможно, стоило бы познакомиться поподробней с биографиями зодчих поживших в девятнадцатом веке больше пары лет? Почему только сенатские указы Павла, а не ПСЗРИ? Что дали книге «Сельские огнестойкие постройки…», «Дом Римско-католической духовной коллегии…» и лично Алексей Алексеевич Тиц, как исследователь древнерусского чертежа? Не хочется никого обижать, но ощущение, что библиографический список сочинялся отдельно от текста и исключительно ради престижа.
«… очень важный ответственный этап», так определяет книгу ее научный редактор, а ведь автор неплохого справочника по усадьбам. Не читал что ли?
18 понравилось
