ЖД

Перед войной настолько не было смысла ни в какой деятельности, что все, у кого был доступ к компьютерам, либо писали бесконечные и бессмысленные ЖД, либо раскладывали пасьянсы.

Бессмысленно было допрашивать тупую деревенщину, изгаляться над крестьянами с их однообразными ответами и полным неумением выкручиваться. Воронов, напротив, извивался ужом. Евдокимов не знал за ним никакой вины и с интересом наблюдал за тем, какую вину придумает сам Воронов. Это было самым увлекательным в работе с интеллигенцией.

война есть непредсказуемое занятие, в котором каждый из нас не может сегодня знать того, что надо было делать вчера.

– Этого я, как человек военный, не могу знать и разглашать, – ответил Пауков. – Военный человек, хотя бы даже и имея секретное сведение, не может его разглашать никому. Дата окончания войны, она же время «Щ», не может быть разглашаема ни при каких обстоятельствах, равно как и численность, снаряжение и наименование вероятного противника, а также и самое его наличие.

-Мне кажется, я вообще ни с кем не могу жить. Меня все оскорбляет. Мне здесь проще, потому что здесь по крайней мере ВСЕ чужое. Язык, люди. На этом фоне как-то скрадывается эта общая чужесть, она здесь, что ли, честнее. А в Москве меня сами люди оскорбляют, потому что хотя бы формально они моей породы. А здесь все, все не моей породы, все другие, и мне проще. Я никогда больше не поеду в Москву.

Неразумные хазары отомстили через символ вечной мудрости - змея. Мертвый череп. Где был мозг, будет шипеть змея.

Атаки были так омерзительны, что смерть представлялась избавлением.

Выродилось всё: даже война и террор.

...машина выбрала его, проверила на вкус, насадила на иглу и несет теперь к железному, воронкообразному рту, и как бы он себя ни вел — изменить эту участь не в его силах. Кается пища, извивается или, напротив, встречает смерть мужественно и достойно — она все равно пища, и никаких оправданий у нее нет. Она, собственно, и не виновата. Злимся ли мы на хлеб?

чем меньше ценится человеческая жизнь, чем невыносимее условия существования в возлюбленном Отечестве – тем ближе оно к идеалу.

Вы тут — как душа в чужом теле. Посмотрите, какую жизнь ваши тут устроили себе и другим... Разве может коренное население так себя вести, как русские на этой земле?

Человек если идет в монастырь, и вообще как-то доходит до христианства, — это значит просто, что ему все остальное уже невыносимо. Это последняя отрешенность от всякой земной гадости, и прежде всего от идиотского этого стремления доминировать любой ценой.

Ей особенно трудно было поверить, что страной по очереди управляют двое захватчиков, но, поразмыслив, она поняла, что давно о чем-то подобном догадывалась, только формулировала это иначе.

Все только и делали, что грустили о прекрасном былом, отлично зная, что ничего прекрасного не было ...

... ностальгия — сильный наркотик, особенно для тех, кому нечем больше позолотить бездарную трату времени.

"Знаете почему среди христиан мало хороших проповедников? Потому что скучно объяснять очевидные вещи."