
Флэш-моб "Урок литературоведения"
LadaVa
- 434 книги
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Наверное, собрать в одну книгу "Колонки редактора", что писал Довлатов в "Новом американце", будучи главным редактором, неплохая идея. Выложить их в хронологическом порядке, дабы читателю было понятно, какие процессы шли в обществе, какие проблемы занимали головы, что за темы и мысли посещали Довлатова. Сдобрить эти записки рассказом коллег и родных, которые работали вместе с Довлатовым над газетой - тоже хорошая идея.
О работе Довлатова, о самой газете, о её создании и развитии, о трудностях, с которыми пришлось столкнуться "новым американцам" в приютившей их незнакомой стране, о жизни русской диаспоры и многом другом, практически бытовом, читать интересно. Целый период из жизни этих людей, период идеи, которая осуществилась, которая превратилась в популярное издание, нашедшее своего читателя.
Друзья Сергея отзываются о нем очень тепло, восхищаются его владением словом, раскрывают секреты профессии и некоторые приемы, которые использовал известный публицист и писатель. Александр Генис поведал о том, что Довлатов "любил фальсификации, замечательно пародируя источники, в том числе и собственные":
Были и придуманные интервью с вымышленными персонажами:
Потом, читая сами "Колонки", всё время пыталась выискивать такие вымышленные диалоги. Где правда, а в чем присутствует вымысел? Но, естественно, не угадаешь, не зная фактов, не живя в то время, ничего не ведая о тех людях.
Довлатов пишет о многом. Минус в том, что кроме некоторых текстов, например выступления на конференции, которые актуальны и по сей день, многое уже не злободневно и не вызывает тех эмоций, которые непременно возникали у читателей-современников "Нового американца". Или про "Самиздат". В то время многие книги не печатались по идеологическим соображениям, нынче - по коммерческим, издательства закрывались, объединялись и появлялись новые. А "Самиздат" как жил, так и живет. Есть шикарные мысли, есть остроумные замечания, есть душа.
В книгу добавлено много фотографий, рисунки и карикатуры, написанные Довлатовым. Отдельные колонки читались увлекательно, было интересно узнать побольше о третьей волне иммиграции, было много интересных мыслей. Но в целом - от книги очень спокойное впечатление. И было много повторений, что вполне объяснимо, т. к. в газете к тем или иным темам постоянно возвращаются. В итоге я пришла к выводу, что "Колонки редактора" и нужно читать, как газету - в день по статье. Тогда и ожидание свежего номера будет подстегивать к чтению, и повторения не будут раздражать.

Несколько раз начинала читать эту книгу, но что-то не удавалось закончить. В этом году наконец-то прочла полностью. В начале было это ощущение: ну, неактуально уже - советская власть в роли главного пугала, свобода слова в Америке - подустарело.
А потом наткнулась на вот этот отрывок:
- Ладно, - сказал уважаемый человек из первых эмигрантов. - А если произойдет интервенция? Если появится возможность захватить Москву? Вы примете участие?
Где-то на этом месте я поняла, что человечность Довлатова, при всех его изъянах не устареет никогда, многие его слова для меня из души в душу. В последнее время, все чаще ловлю себя на мысли, что я, будто персонаж из книги "Компромисс", и все, что мне остается - посмеяться над убогой и местами чудовищной действительностью, которую я не в силах изменить.

Не лучший Довлатов. Все весело и оптимистично, но составление сыроватое, тексты повторяются, разделы составлены непонятно по какому признаку, и ощутимо не хватает Довлатова-рассказчика. Но читать об американской жизни интересно, и самоирония никогда автора не покидает. Для коллекционеров и комплетистов.

Помню, как один временный наш коллега - назовем его, допустим, Сеня Грот - обожал на редакционных летучках длинно с натужным пафосом рассуждать о необходимости чистоты языка. Однажды Довлатов, по заведенному порядку, оглашал на летучке отрывки из писем в редакцию, тут же вскрывая конверты. Один наш читатель возмущался засорением языка, почти дословно повторяя Сенины аргументы и примеры. Тот, так убедительно поддержанный гласом народа, торжествовал. Сеня триумфально потрясал письмом, когда Довлатов вдруг сказал: «Ой, здесь на обратной стороне листа тоже что-то написано». Там крупно прописными буквами значилось: «Сеня Грот - мудак».
Довлатову было не лень этим всем заниматься - сочинять письмо, излагать на бумаге измененным почерком, отправлять. Чтобы похохотать вместе со всеми над самодовольным простаком.

Среди моих знакомых чуть ли не единственный - Бродский. Судьба которого уникальнее его поэзии.
Я довольно хорошо знал его молодым. Он производил невероятное впечатление.
Разумеется, он не был советским человеком. Любопытно, что и антисоветским не был. Он был где-то вне…

В нищем государстве одному человеку жить трудно. Вдвоем гораздо легче противостоять ударам судьбы.










Другие издания
