...время разбрасывать камни, и время собирать камни;
И кому ведомо: не будь этой вечной мании все толковать — впопад и невпопад, правдоподобно или несуразно, — возможно, познание лишилось бы необходимого импульса своих поисков, а вместе с тем и первичного инструмента, самого метода, в котором залог успеха.
Я могла бы написать ужасное количество слов о том, как эта книга не оправдала моих ожиданий. Но это все исключительно моя вина. Кто ж знал, автор фанат не только такого крутого понятия как фантастическое, но и на камнях немножечко повернут. Большая часть как раз про камни. И это не так интересно, как про старинные гравюры, хотя за гравюрами мне приходилось через каждую строчку лезть в гугл и это сильно замедляло процесс чтения. Многие картины, иллюстрации и пресловутые гравюры вообще в гугле не нашлись, что досадно. Хотя у Кайуа такой богатый язык, что изображения ему были и не нужны. Достаточно только внимательно читать и все, о чем он пишет, так и встает перед глазами. Итак, преобладание камней, а не живописи это мое первое неоправданное ожидание.
Теперь, что касается первой части, которая и увлекла меня на чтение этой книги - его мнения о таинственном вокруг нас. Прежде всего он ориентирован на разбор изобразительного искусства, но упоминаются и поэзия, и алхимия (с ее тайным языком), и эмблемы, и много чего еще. Как ни странно, но даже тут у меня получилось не все гладко. Оказалось, что автор сознательно отвергает все более или менее известные произведения искусства, мой любимый Босх так вовсе заслужил только легкий кивок, подтверждающий, что да, Босх существует, Босх писал картины, картины у него были странные, но говорить мы о них не будем. Почему меня это огорчило? Наверное потому что я чрезмерно далека от гравюр XVI-XVII вв. или от иллюстраций какого-нибудь древнего алхимического сборника, я конечно их честно искала и рассматривала параллельно с чтением книги. Но сомневаюсь, что увижу их еще когда-нибудь, поэтому мне хотелось, чтобы меня потыкали носом во всякие странные "символы" в вещах известных, популярных. Вот это бы лучше отложилось у меня в голове. Печально конечно, что мой мозг так работает, но что тут поделать. Так что отсутствие примелькавшихся вещей в качестве источников исследования это мое второе неоправданное ожидание.
Но хватит жаловаться. Поскольку у меня в принципе не так много идей для рецензии на эту книгу, я решила пойти по пути наименьшего сопротивления, выше было то, что немного не понравилось, а ниже я постараюсь рассказать о том, что показалось интересным.
Недопустимо также, чтобы девиз представлялся репликой изображенного существа или предмета. «Italia sum, quiesce» («Я из Италии, отдохни»): такой девиз, сопровождающий изображение тиса, — достаточный повод забраковать эмблему, хотя и остроумную, основанную на веровании, будто тень испанского тиса смертоносна, а итальянского — безопасна.
Самое сильное впечатление, наверное, на меня произвели рассуждения о девизах и их иллюстрировании. Вот это было по настоящему увлекательно, мне хотелось растащить все это на цитаты, а потом заваливать моих несчастных друзей этими цитатами под предлогом программы "интересный факт". Не то чтобы я этим злоупотребляю, но иногда очень уж хочется донести что-то такое крутое из прочитанного до остальных. Но в эмблемах мало того фантастического, которое так отчаянно жаждет найти Кайуа, да, они стали новым способом выражения, да, в чем-то даже заменили собой язык, были полны символом и отсылок. Но...
Если нам известно, что картина создана ради того, чтобы вызвать удивление, мы можем удивиться лишь притворно, как бы из вежливости.
Вот и с эмблемами в итоге, на мой вкус, та же самая ситуация. Все фантастическое, что в них есть, прорывается туда помимо воли автора, в остальном же это просто разного рода попытки интерпретировать имеющийся текст, иногда очень остроумные, иногда топорные. И хотя было время, когда изображения подавляли текст, отнимая у него пальму первенства и превращая его просто в надписи, это все осталось в прошлом. Но это я вот могу так просто мимоходом отметить, что было такое, а теперь все снова иначе. Кайуа же обязательно останавливается на этом моменте, говоря, что подмена слова символом не страшна, что при этом способе воспроизведения окружающего мира почти ничего не терялось. Неважно, что главенствует эмблема или девиз - все это просто попытки хоть как-то ухватить вечно изменяющий мир вокруг.
Камни с рисунками — кладовые грез. Это приманка для воображения: оно не успокоится, пока не отыщет в этих коробах какой-нибудь образ.
И немного скажу о той части, где много всего про камни. Раньше я как-то не задумывалась о том, что там могут прятаться столь удивительные картины. Не подозревала я и о том, что многие в разное время всерьез эти картины изучали, пытались классифицировать, дать объяснение и все такое. Тема, безусловно, увлекательна, но для меня это все прошло стороной. Хотя вот образ солнцепоклонницы, заключенный в камень меня впечатлил, хотела бы я посмотреть на него, но гугл и слышать не слышал о таком, что печально. Удивительно и здорово, что наравне с камнями Кайуа говорит еще о деревьях, проводит между ними параллели, а потом приплетает сюда еще и человека и выстраивает все это в связный и интересный текст, что у меня не получится при всем старании. Хотя вот вопрос того, почему и зачем природа создает впечатление, будто она способна что-либо изобразить, он очень крут. Не может же это все быть просто случайностью? Просто совпадением? Или дело в нашем восприятии мира? Где-то на этих страницах я помню, была мысль о том, что наш мозг так пытается справиться с непонятным - подставляет знакомые образы. Ну вот, стоило копнуть чуть глубже и я тоже попала под очарование "искусства в камне", хотя пару предложений назад уверяла, что меня это совсем не интересует.
Мысль о том, что фантастическое чаще всего присутствует в произведениях искусства помимо воли и желаний автора чуть ли не самое ценное из того, что я вынесла после прочтения этой книги. На втором месте для меня понимание того, что часто фантастическое сливается (или ассоциируется) с неким тревожащим душу вопросом. Притом сам вопрос сформулировать невозможно, но, должно быть, это как раз то, что заставляет художника рисовать, нечто такое, что он желает выразить, вытащить из себя и донести до зрителя. На третье я бы отнесла постоянный повтор того, что фантастическое это всегда нарушение общепринятого порядка, а не полная подмена мира некой выдумкой. И в качестве совсем уж итога я скажу, что язык у автора просто бесподобен. Мне никогда не попадался раньше нон-фикшн, написанный столь живо и интересно.
31 понравилось
