Праздник
По доброй традиции ежегодно, вот уже в третий раз, 30 декабря мы завершаем читательский год рецензией на очередной прочитанный сборник Софьи Купряшиной. Одна из лучших авторов Российской Федерации и наш всегдашний и неоспоримый номинант на Нобелевскую премию по литературе. В мае 2018 пресловутая Шведская академия ожидаемо объявила, что премия в этом году вручена не будет в связи с известными событиями скандального сексуального толка. Что ж, Шведская академия может и дальше разыгрывать свою многолетнюю неумную клоунаду, мы уже навидались от неё пердимоноклей типа высказываний, что книги Толкина «ни в коей мере нельзя назвать прозой высшего класса» и отказа Карелу Чапеку в Нобелевской премии по политическим причинам, так как его «Война с саламандрами» была сочтена оскорбительной для нацистской Германии. Утритесь, шведы. Предлагаю сегодня считать Нобелевскую премию по литературе за 2018 год считать вручённой Софье Купряшиной с формулировкой «За красоту». Ура? Ура! Овация, небольшой салют.
Что же рецензируемая книга? «Царица поездов» это сборник из одноимённого романа в письмах, избранных рассказов и стихотворений. Пробежимся по страницам отечественной лит.критики, чтобы незнакомый с хрустальной прозой Купряшиной читатель понимал, с каким изящным неогранённым алмазом ему предстоит знакомство. Итак, «Царица поездов» это: - мощный и многослойный роман-миф о жизни в современной московской резервации, об утрате, вражде и прощении от одной из важнейших русских писательниц нашего времени; - остроумная, эмоциональная и пронзительно-грустная книга — история детства и взросления писательницы, её отношений с соседом (латентный гей, глубоко несчастный в браке, он кончает с собой на последней странице) и становления ее собственной сексуальности; - поэтичный, пронзительный, единственный в своем роде роман, все его герои которого, включая безымянную рассказчицу, разными способами разрывают связь с привычным миром, отправляясь в рискованные и непредсказуемые странствия сквозь пространство и время; - огромный, неспешный и словно созданный для читательского наслаждения роман, настоящая книга-одеяло, в которую хочется завернуться, чтобы переждать зиму; - полнокровная, яркая, просторная и многолюдная проза на стыке магического реализма и семейной саги заставляет вспомнить одновременно о Габриэле Гарсиа Маркесе, Джуно Диасе и Арундати Рой. Главная героиня романа становится участницей сюжетов в диапазоне от комических до душераздирающих, и от фантасмагорических до приземленно-бытовых; - вообще ни о чем книга. Полистал и положил обратно. Ощущение грязноватой литературки, причем непонятно для чего изданной. Особенно в эпоху зожников и пэпышечек ) - жанр этой очень странной и очень обаятельной книги практически невозможно определить: не то пьеса «Театра.doc», не то экспериментальная проза, пожалуй, проще всего будет сказать, что «Царица поездов» — живой, теплый, эмоционально наполненный монолог яркой и талантливой женщины, свободно и откровенно говорящей обо всем, что для неё важно; - долгожданный шедевр русского модернизма, текст циклопического объема, диковинный гибрид футурологической фантастики, семейной саги, спортивной драмы и политического триллера, написанный бесконечно странным, вычурным языком. Чтение медленное и непростое, но совершенно необходимое.
Вкурили? Так-то. Ух, как же я люблю эти никотиновые смолы!!!! Как, на самом деле, ласкает ложбинку языка миллиграмм триста никотина, особенно, если это V.S.O.P. (промокшая высушенная на бойлере пачка или гостевой гешефт), или X.O. - провалявшаяся пару недель в машине, а ты мчишься в одиночестве и агорафобии и горланишь что-нибудь романтическое. Есть, конечно, много других впечатляющих вкусов: крупнокалиберные шандоновские пузыри, зубная паста, или вот детский вкус - доехать до моря раз в год и лизнуть овальный камушек. Ох, скоро, скоро доберусь я до великодержавных стран и ментолового разнообразия и укурюсь чистым никотином до полного удовольствия - первый день буду ходить по табачным лавкам и скупать сигареты, потом заходить в каждое первое встречное кафе и смачно их курить, конечно, с мордой кирпичом, рассказывая чистосердечно - вот какая дурная привычка, как и любая зависимость. Отгоню пассивного курильщика голубей пугать - полиглотская умничка и великодушный человечище в драматичной жопе мира - столько в ней счастливой невинности, радости от власти сказать крылатым крысам «Хыщ!», притопнув ногой - и сколько их есть, в меру старости и лени отреагируют, противно попискивая крыльями, отодвинутся на пару метров.
Я забираю горящую сигарету, докуриваю, связываю спящей пассивной курильщице шнурки ботинок вместе, кладу стопку виниловых пластинок под голову, выстроив историю. Маркером для дисков рисую ей «траур» под ногтями, колечко и браслетик зигзагом. Переливаю водку в тоник, тоник в бутылку из под водки, накрываю диванной подушкой - ну, это ли не любовь? В общем, к трем ночи добираюсь до упоительного дивана - ни солдат, ни танков, ни команд. Утром получаю сообщение «you are mad russian junk. never contact me again».
Спал я очень плохо - надо было плотнее поужинать, да нечем. Самоубийцы, желающие быть съеденными крокодилами такая большая редкость в наши дни. В 6 утра проснулись водоплавающие птицы, пришли поглазеть на мигалку, ну пока я им демонстрировал, немножко перекусил ими же. Потом пришел аист, я его попросил вытащить из зубов, и если невкусное отдать его детям. Но на все воля небес. Аистом я тоже перекусил. Бедняга, а хороший был парень, отзывчивый. Но печалиться не стоит - два завтрака лучше, чем один. Потом меня наконец-то покормили аппетитные люди в сапогах, только вдруг если такого сожрать потом обед не дадут?
Пересмотрев все сны за прошлую неделю, и по мотивам на будущее ещё менее возможным стало выпрыгнуть из кровати – надо поотлеплять мягкие члены, завязшие в последнем сне. Неожиданно находится объяснение ломоте в костях: в кармане пижамной куртки – кролик в белом свитерке, безрукий, я ему почти год обещаю их пришить, запускаю руку под подушку – сигареты, зажигалка, кроличья лапа, пепельница, жвачка, странная на ощупь одичалая беруша, вторая пачка сигарет из пододеяльника, освежитель воздуха греет ноги – славное воскресное утро. Из под подушки достаю мелких и шумных и хрупких постельных жителей: батарейки, большой телефон без провода, два мобильных, коробочку с беспризорной подозрительно-серой таблеткой. Достаю из под подушки самый вкусный конический кончик сырокопченой колбасы.
Что в шахматисте следы мельдония обнаружили - это, конечно, неприятно. Но вот у нас надысь тоже случай был: в шесть утра к нобелевскому лауреату по литературе ворвались и обнаружили в крови - следы алкоголя, в моче - вообще черти что, а в кровати - голую женщину и следы секса... Что началось... Премию, конечно, отобрали, проездной на метро - тоже, а его роман переиздали, фамилию автора вычеркнули и написали - сборник рассказов членов союза писателей. Лауреат, конечно, покатился по наклонной: ушел в литературные критики, долго скрывался в лесах, в рецензиях всех обзывал графоманами и подписывался «медовый гомофобик». Накрыли, конечно, через фейсбук, забанили пожизненно... Видели потом в реале - курил сигарету у метро, политикой занимался, биткойнами спекулировал.
Завтра у нас тайфун - это неприятно: никакого перформанса. Интересно, как люди могут быть настолько наивны: считает, что если запрятать все пепельницы, я брошу курить???? А о том, что забрасывание окурков за телевизор вполне не пожаробезопасно они не... да ну их, кстати, здесь, наверно дурной тон ругаться разновидностями буржуев? Здесь положено писать о чувствах? На сегодня у меня их нет.
А на закуску стихотворение от Александры Аксолотль https://vk.com/xalotl
Лес выходит из берегов в ночь на первое января Торфяные гусеницы из-под корней выпрастывая На остекленевших еловых лапах снежные звёзды горят И пустые дупла деревьев зияют и говорят
«Отдавай мне моё назад, ничтожный каменный лес, Твоё сердце — холодный стёс, моё сердце — смола и воск, За тобой человек и прогресс, а за мной — из коряг обвес, Блеск болотный и а что это кстати на ветках за красный блеск»
Человек ждёт курантов, зажигает бенгальский огонь, Слушает дружеский гон, политический гон. Человек лущит мандарин в свой дарованный выходной И не слышит, как город ворочается за спиной
Лес подходит ближе, срывая столбы с придорожных гнёзд; Ветви вспарывают асфальт фалангами в человечий рост; Земляные мыши, и лисы, и лоси смотрят в сторону города И сто сотен клювов, будто червей, склёвывают провода
Вот заброшенный сушишоп заполняется птицами Вот деревья шуршат неслучившимися страницами Земляничными усами сокрушена Падает за антенной антенна
Лес древесный обрушивается наконец на каменный лес Шлёт побеги тугие вдоль улиц, кидает «витц» прямо в жерло ТЭЦ.
Лес подходит к девятиэтажкам, встает против них чёрно-синей стеной И из окон выдёргивает ветвями ёлки одну за одной
Традиционный купряшинский вернисаж: Jana Brike
Традиционный купряшинский вернисаж: Jana Brike https://jana-brike.squarespace.com
https://u.livelib.ru/reader/951033/o/umysakbd/o-o.jpeg">
https://u.livelib.ru/reader/951033/o/gq0l9on0/o-o.jpeg">
https://u.livelib.ru/reader/951033/o/kwqkkrq5/o-o.jpeg">
https://u.livelib.ru/reader/951033/o/whjb3z6w/o-o.jpeg">
https://u.livelib.ru/reader/951033/o/essi8dmp/o-o.jpeg">
https://u.livelib.ru/reader/951033/o/fnd4j3nf/o-o.jpeg">
https://u.livelib.ru/reader/951033/o/euevfaa7/o-o.jpeg">
https://u.livelib.ru/reader/951033/o/9r68so6w/o-o.jpeg">
37 понравилось
