Книги в мире 2talkgirls
JullsGr
- 6 417 книг
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Пора уже написать. Начну с того, что это вторая моя встреча с творчеством Селфа, но я о первой вообще не вспомнила, настолько разные книги у него получились. А вот если бы вспомнила, то не рекомендовала бы сыну для школьного проекта (тут должен был бы быть фэйспалм, но у педагога, слава Кали, руки не дошли прочитать, посему обошлось), так как Селф... Короче, Селф - это Селф, с неким занудством, морем цинизма, прямо, откровенно и без какой-либо цензуры пишущий о пороках человеческих.
"Дориан". Да, это не что иное, как перенесенное из классики в постмодернизм методом деконструкции знаменитое произведение Уайлда. Переосмысление с помощью нетрадиционных, скажем так, средств, таких как ненормативная лексика, шокирующие своим натурализмом описания, неприкрытый цинизм и абсолютное отрицание каких-либо моральных устоев тупого общества. Тут ты используешь всех, а все пытаются использовать тебя. Лучший манипулятор сознанием оказывается на вершине этой странной иерархической лестницы развращенной богемы. А история-то о том, как бы сложилась жизнь персонажей Уайлда, родись они в восьмидесятых годах прошлого века, когда расцветала свобода. Но здесь это понятие превратилось во вседозволенность, эгоизм зашкаливает, а девиз "В жизни нужно попробовать всё" становится не просто призывом к действию, а образом жизни. Генри и его высший свет: гомосексуализм, моральное и физическое насилие, наркотики, алкоголь, секс, секс, секс... естественно, не заботясь о последствиях. А теперь вспомним, что именно тогда Европа столкнулась со СПИДом.
Авторские приемы соответствуют тому, о чем он пишет. Даже язык, которым написана эта интерпретация истории красавца Дориана, по-великосветски вычурный, но в то же время грубый, если с него сдуть пыль красивости фраз. Язык какой-то искусственный, как и то общество, о котором Селф пишет. Его главный персонаж Уоттон говорит много и красиво, но это не для того, чтобы донести до собеседника какую-то мысль. За его словами часто скрывается пустота, философия Генри лопается, как мыльный пузырь, если взглянуть на неё критически, но его цель - произвести впечатление, завлечь в свои сети, очаровать ореолом человека, знающего что такое жизнь и верно оценивающего роль всего и всех в ней. Он рисуется, он так показывает своё превосходство. И люди обманываются. Дориан, кстати, потом копирует его манеру, он становится будто зеркальным отражением Уоттона. Как говорил про него его приятель Бэз, Генри отличался возвышенным пустословием. Кстати, у Селфа его Уоттон выписан более грубо, более прямо. Практически сразу видно, что за внешней ширмой многозначительности прячется пустота. Но и Дориан предстает не невинным юношей, однако он только входил в мир богемы. А вот Бэз здесь практически не изменён.
Селф расширяет и географию, и масштаб. У него больше сюжетных линий. Много места отдано жизни Дориана и Бэза в Америке. Вводит он и новых персонажей, среди которых есть один весьма любопытный. Это человек-качалка, который вначале просто был раздражающим фактором для Генри, но потом, ближе к концу понимаешь, что здесь он играет роль символа, он - часы, он на протяжении всего повествования отмерял время, что было отпущено человеку на жизнь. Отпущено Генри Уоттону, потратившему своё существование впустую, ничего не создав, никого не сделав счастливым... Более того, в конце романа он вызывает чувство омерзения, так как подхватив чуму двадцатого века старался заразить ею как можно больше партнеров. Мне показалось, что он был глубоко разочарован тем, что Дориан остался здоров, красив и молод.
Что я всё о Генри? А как же Дориан? Да вот так, что у Селфа главный персонаж именно Уоттон, а Дориан, как его подражатель, что где-то даже "превзошел" своего учителя. Но здесь он не бессмертен. Селф же пишет о восьмидесятых, а значит технологии нужно тоже использовать. Бэз создал не портрет, а видеоинсталляцию с обнаженной фигурой Дориана. И она состоит из девяти записей, транслирующихся с пленки на девять экранов. С разных ракурсов и полностью показывая, какие изменения происходят. Да и пленка не вечна. Этот авторский ход произвел впечатление, да.
Да, получилась новая, более детальная история о том же, но затрагивающая и то, что было близко людям эпохи окончания "Холодной войны". Эпохи, близкой самому автору, чьи молодые годы пришлись как раз на тот период. Самые безбашенные годы. И всё равно сравниваешь с классическим оригиналом, поэтому и отзыв такой. И в конце этого отзыва тоже будет сравнение. С концовкой. Вот где Селф отличился. Его эпилог переворачивает всё предыдущее повествование. И это было сильно.

С самого начала этот роман шел со скрипом. Тут и моя нежная любовь к творению Уайльда, и трудный слог (может, дело в переводе, а может, такой авторский замысел - чтобы читатель не плыл, а только спотыкался). Да и роман казался просто не очень удачным плагиатом, закрадывалась мысль, что лучше бы автор написал свой текст без не вполне удачного заимствования чужих героев... Было нелегко, и я уж было смирилась: не получилось-не срослось...
Но со второй половины роман смог заинтересовать настолько, что трудно было оторваться, а эпилог перевернул все полученные сведения с ног на голову. А потом перевернул еще раз.
Роман буквально изобилует гомосексуализмом, развратом, сексом и наркотиками. Автор затрагивает проблемы зависимости, принятия себя, искусства, показывая, насколько тонкая грань лежит между реальностью и выдумкой, и задавая вопросы: чем же живой (живущий) человек отличается от робота? Можно ли отыскать следы искусства в жизни и отпечаток жизни в искусстве? И не опасно ли это?..

Мой первый опыт знакомства с книгами-переделками прошел не сказать, чтобы очень удачно. Хотя, если я через каждые тридцать страниц вспоминала Земфиру это, наверное, хорошо.
Итак, что мы имеем? Дориан Грей в современном мире. Ох, помню я, как я продиралась сквозь эти длинные по пять страниц философские монологи, которых здесь, Слава Богу, нет. С другой стороны неудивительно, что меня те монологи не заинтересовали. Что я могла понять в пятнадцать лет?
Вместо картины здесь у нас видео инсталляция и много, очень много тёмных сторон души. Тут так много наркотиков, алкоголя и геев, что у меня возникло ощущение, как будто на меня вылили целую кастрюлю грязи и нечистот.
Что мне понравилось, так это тот факт, что в книге напрочь отсутствуют какие-то моральные советы и итоги. Естественно, от наркотиков персонажи умирают и понятно, что любая зависимость - вещь не самая хорошая, но в то же время никто прямо не тыкает носом, что хорошо, а что - плохо. Как говорится: "Думайте сами, решайте сами".
Судя по оценкам и числу прочитавших, роман не является самым популярным и теперь я понимаю, что это вполне заслужено. Здесь нет никаких неожиданных поворотов сюжета, любовных линий и персонажей, которым хочется посочувствовать. Советовать ее я бы никому не стала, ведь даже атмосферы классического варианта "Дориана" совсем не осталось. Если у вас всё же есть желание ознакомиться с данным произведением, читайте первые четыре главы и эпилог, вот после него у меня действительно взорвался мозг. Я считаю, что если бы весь роман был выполнен по структуре глава - реальность из эпилога, книга получилась бы гораздо ярче.

Всякий, кто не принадлежит к псведо-интеллектуалам, обожает телевидение — оно настолько реальнее реальности.

Когда мы счастливы, мы кажемся себе хорошими людьми, но не все хорошие люди счастливы. (из 26 главы произведения Уайльда)

Но если Дорианы слегка раздались, то и живости в них поубавилось. Теперь они двигались истомленно, застывая в череде стилизованных поз. Глаза их остекленели от безразличия, растленные рты изгибались в садистских гримасах. «Нарциссы» 1991 года были страстными марионетками, эти — расчетливыми убийцами.














Другие издания

