
"... вот-вот замечено сами-знаете-где"
russischergeist
- 39 918 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Случайная книга со старой советской полки. Издательство «Детская литература», 1987 год. Помню, что в детстве меня эта книга одновременно пугала до усрачки, но в то же время казалась невероятно занудной. Почему - не помню, но когда открыл книгу, то ответ обнаружился очень быстро.
Сборник рассказов бывшего главреда журнала «Нева» состоит из двух частей. Первая - пафосные травелоги (7 штук), вторая - криповые фантастические рассказы (5 штук).
Все фантастические рассказы - про ужасы американского милитаризма. Истории о том, как в секретных лабораториях западной военной машины, где босс почти всегда человек с подозрительной немецкой фамилией, создаются кошмарные антигуманные вундервафли.
Самый известный рассказ - «Катастрофа» - явно был придуман под впечатлением от картины Мунка «Вопль».
В один прекрасный день маленький городок на юге Штатов под названием Кроумсхелл переживает эпидемию безумия. Все жители города внезапно сходят с ума, начиная испытывать страх, панику и космический ужас. А потом всё внезапно проходит. Оказывается, военные решили испытать новое оружие на собственных гражданах.
Всего 10-12 страниц, но это было, возможно, моё первое знакомство с жанрами urban chaos и outbreak horror.
Второй рассказ - «Торпеда» - это «Манчжурский кандидат» наоборот. Военные решают избавиться от президента (читай, Кеннеди) и отправляют с этой миссией зазомбированного стрелка.
Шедеврами эти рассказы назвать сложно, но в качестве артефакта эпохи и позднесоветской пропаганды перечитать было очень полезно.
Вторая половина сборника (точнее, первая) - травелоги. Истории «блатного» функционера Бориса Никольского о том, как он путешествовал туристом в Вашингтон, на Кубу, во Вьетнам и в Пхеньян. Про ужасы капитализма, самые настоящие «стамбул - город контрастов» Это не Довлатов, а махровая бронзовая пропаганда, где чеканится каждое слово. Когда читаешь - буквально слышишь в голове голос актёра Кенигсона.

...Я подошел к одному из передвижных лотков, чтобы купить «хэт дог», или, говоря по-русски, горячую сосиску с булкой...

...Встреча была в самом разгаре, когда вдруг на сцене рядом с очередным оратором появился крошечный чернокожий мальчонка. Видно, ему надоело томиться на коленях у матери, и он, отважно прошествовав по залу, взобрался на сцену, привлеченный сверканием никелированной штанги, на которой крепился микрофон. С радостной доверчивостью он потянулся ручонками к микрофону, и зал ответил ему веселым одобрением, аплодисментами и приветственными, подбадривающими возгласами. Кого напоминал мне этот малыш? Ну конечно же, он был похож на запомнившегося всем нам негритенка из кинофильма «Цирк», которого более сорока лет тому назад так блестяще «сыграл» не кто иной, как маленький Джемс Паттерсон.
Кто-то подхватил мальчонку на руки, обнял, прижал к себе…
И каким символичным, исполненным глубокого смысла показалось мне тогда это нечаянное появление ребенка на сцене, на той самой сцене, откуда произносились гневные антивоенные речи, звучали энергичные призывы к миру! Словно он поднялся сюда как посланец от всех детей Земли, чтобы обратиться к нам, взрослым, обратиться с надеждой и доверчивостью, с верой в разумное всемогущество взрослых.
Так и остался у меня в памяти этот курчавый чернокожий мальчонка, радостно и открыто, с веселым детским лукавством вглядывающийся в лица взрослых…

«У нас, в Штатах, — говорили мне, — среднего читателя мало интересует книга как таковая, как художественное произведение. Его больше интересует все, что происходит вокруг этой книги. Скажите подобному читателю: „С этой книгой никогда не расстается знаменитый спортсмен такой-то“, или: „Этот роман вызвал возмущение у такого-то политического деятеля“, или: „Эту книгу нашли в квартире убитой актрисы такой-то“ — и вот тогда интерес к книге будет обеспечен. Иначе говоря, все делает реклама. А реклама — это ведь тоже политика».








Другие издания

