
Флэшмоб 2011. Подборка глобальная :)
Omiana
- 2 165 книг
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Книгу проглотила за день, спасибо неожиданно подвернувшейся ангине. Лежала-читала.
Не ужасы, конечно, но забавно. Затягивает, я бы сказала, ну что там дальше?!
Обещанного застывания крови в жилах не случилось, но я ж тёртая барышня, меня зомби не оченно пугают. Да и атмосфера такая... Симпатичная.
Славянский фольклор опять же. Вот исключительно из-за этого "недопугали" и не поставлю отличную оценку. Хотя книга понравилась, однозначно.
Даже лав-стори сопливая на нервы не действовала, я за Соню даже попереживала, почему-то подумала, что Вольский окажется "такой же как все" и свинтит в сторону, а ей придётся весь хэппи-энд самой раскручивать. Это можно расценить как спойлер? Если да, то дико пардонирую, не сдержалась.
Но безумная теория деревенского уфолога о том, что Баба Яга - инопланетянин, сделала мне вечер. за что автору отдельное спасибо.
Кстати, Дуся очаровательнейшая барышня. Надо б вторую часть о ней забабахать Костиковой, мне она симпатична очень.


сценарий для фильма по мотивам произведения. спойлеры. интрига раскрыта, но не вся.
березки шумят, туман ползет, солнце давно в австралии. хреновая российская дорога петляет и ямится. простой российский олигарх, отдохнув в простой русской баньке на своей простой русской даче, наобнимавшись с березками, едет в москву - в москву, ходить в лучшие рестораны, заключать важные сделки на много-много миллионов простых и понятных долларов.
через. 10. минут. поверните. направо. - металлическим голосом говорит навигатор известной японской фирмы.
окей, - вздыхает олигарх, поворачивает и врезается в дерево, - опачоэта? - теряет сознание.
шорохи, топот, скрипы, возня, березки не шумят, туман обволакивает разбитую машину. Тишина. играет тревожная музыка.
герой открывает глаза.
-где я? - хрипит несчастным голосом, - я так одинок, меня никто не любит, я сломал руку и скоро умру. хнык-хнык.
суровый и немногословный охранник, тайком утерев навернувшуюся слезу, бежит утешать работодателя.
обычный маленький город, окруженный страшным и непролазным лесом, вековые ели бросают тревожные и густые тени в любое время дня и ночи, в кустах раздается топор дровосека, комары вызванивают вагнера, грибы растут исключительно ведьмиными кругами, над домами возникает необъяснимое свечение, собаки по ночам предпочитают не лаять, а скулить, забившись под крыльцо. необъяснимо пропадает местный уфолог, предварительно нащелкав пришельцев, ворующих людей для опытов, своим древним фотоаппаратом. верный друг в очках и сандаликах на носочки бросается на поиски товарища - в москву к журналистам.
несчастная женщина-медсестра средних лет, затюканая мамой и жизнью, обросшая комплексами и жопой, первым же автобусом бросается в обычный маленький город, окруженный страшным и непролазным лесом, дежурить у постели несчастного болящего, дабы заработать себе на цианид и наконец покинуть этот враждебный мир. тщетно бытие.
их глаза встречаются, щеки алеют, бабочки порхают, и лепесточки еще так на фоне красиво пролетают мимо. комары прерываются на что-то романтическое, но быстро возвращаются к нотке тревожности. простая русская медсестра страдает по простому российскому олигарху, обняв книжку про детектив. простой российский олигарх, стиснув зубы, страдает по простой русской медсестре, плача над неудавшимися любовями с топмоделями и поломаной рукой.
внезапно настает ночь.
обычные русские зомби отправляются в обход по своим владениям, пугая всё вокруг одним своим видом. скрипы, топот, шорохи, березки не шумят, комары звенят, но едва слышно, туман стелется, атмосфера нагнетается.
но - чу! уже слышен последний выживший петух, первые лучи мрачного солнца едва прорывают свинцовые тучи безысходности и безнадёги.
в обычный маленький город, окруженный страшным и непролазным лесом приезжает неугомонная, прекрасная, яркая и вездепролезная журналист дуся, искать инопланетян, похитивших друга уфолога в очках, трех коров и палку докторской колбасы.
- дуся!
- ой, несчастному олигарху стало плохо! давай отвезем его ночью через лес в соседний город?
ночь, туман, лес, нагнетание.
- а что это ты, женщина-медсестра, так на этого олигарха смотришь странно?
простая московская квартира, несчастная женщина-медсестра средних лет, затюканая мамой и жизнью, обросшая комплексами и жопой уныло работает и читает книжки. как вдруг! внезапно! курс уколов абсолютно больному человеку. на ночь глядя? конечно же поеду! самый пафосный дом в центре центра москвы, личный консьерж, парковка, выложенная мрамором, золотые урны у подъезда. кто бы мог быть этим несчастным больным, нуждающимся в срочном курсе уколов?
утром женщина-медсестра, собирает свои вещи и сбегает, не оставив адреса и телефона. ну это же таааак романтично.
женщина-медсестра болеет чем-то таинственным в гостях у подруги-дуси, подруга-дуся-вездепролезная журналист находит страшные подробности нечеловеческих экспериментов в обычном маленьком городе, окруженным страшным и непролазным лесом. немедленно все бросает и отправляется туда, чтобы самостоятельно остановить разбушевавшуюся нечисть. туда же чуть погодя летит простой олигарх, с целью нарвать яблок и спасти уже умирающую женщину-медсестру. последняя красиво и медленно умирает в окружении больницы и капельниц. играет жалостливая музыка, за окном осыпаются березки и что-нибудь белое, типа черемухи, но и тополь тоже подойдет.
прекрасная журналист и простой олигарх ценой нечеловеческих усилий побеждают главного злодея-не скажу кого должна же быть интрига. женщина-медсестра продолжает красиво и медленно умирать. прямо в больницу с пасхального молебна срывают патриарха московского и всея руси, чтобы женщина-медсестра умерла не только красиво, но и еще более жалостливо, прямо посреди венчания с простым русским олигархом.
играет тревожная музыка, бродят зомби, шелестят березки, ползет туман.
появляется надпись "прошло 10 лет".
простая женщина-медсестра, пышущая здоровьем обнимает простого олигарха. на фоне слышны церковные колокола.
патриарх московский и всея руси с добротой смотрит на простых олигарха и женщину-медсестру:
конец.












Другие издания
