Женщина-птица

Чего мы ждем от жизни? К чему мы стремимся? Что заставляет покинуть благополучный и безопасный дом? Заветная мечта? Тоска по дальним мирам? Поиски своего предназначения? Когда тебе восемнадцать, город, в котором ты вырос, становится слишком мал и душен. Безработица и водоросли на берегу - вот и все. Последовать зову сердца и уехать... И вот - Париж, первая взрослая любовь, ссоры, примирения, летаргия, лихорадочный секс... Время вдруг начинает идти быстро и волочет за собой... И заставляет идти с...

Жанры

Купить эту книгу

Бумажная

259 ₽

Купить

Рейтинг LiveLib

3,1

82 оценки

5
11%
4
26%
3
37%
2
16%
1
11%

Ваша оценка

Прочитали 87Хотят прочитать 90

Рецензии

capitalistka
13 октября 2012
Решение издательства напечатать эту книгу в серии «Пока я жива» не оттолкнуло меня, а только подогрело интерес. С затаенным страхом я ожидала полного провала, слез-соплей и бесповоротного разочарования в Вальгрене как таковом.
Но подобного не случилось.
Потому что есть Фалькенберг. Маленький городишко, в котором вырос Вальгрен, а позже вплел в свою книгу, сделав из него прекрасную площадку для развития меланхолии и депрессии. Потрясающая ясность, наполняющая вечер в какой-нибудь деревеньке, гудящий от мошкары воздух, бряцанье гитары на другом берегу, тихие разговоры на кухне, догорающий летний закат, деревянные доски на веранде еще хранят тепло дня и захлестывает ощущение такого всепоглощающего спокойствия, что не страшно умереть прямо здесь и сейчас, в этот момент внутренней тишины.
Потому что есть Кристина, эта женщина-птица, которая хочет вырваться из душной местечковости, но что делать потом, а самое главное, чего хотеть потом – об этом она не подумала. Судьба, которую Кристина не выбирала. Она всего лишь сделала один прыжок, а потом ее несло на волнах по течению, так что когда она самостоятельно привязывает к своей шее камень, который медленно утягивает ее под воду, то, вполне возможно, в ней наконец проснулось желание контролировать свою жизнь.
Потому что есть Йоран, брат Кристины, мечтатель и гениальный музыкант, который одним своим гитарным пассажем выбивает слезу у всех местных барышень на каком-нибудь концерте деревенского пошиба. Его тоже тянет вырваться, но он хочет чего-то конкретного – прославиться вместе со своей группой, съездить в тур по стране. Но не хватает чего-то для прыжка. Возможно, это его несчастная любовь, которую он лелеет в своем сердце, а возможно, просто кишка тонка, и ему предстоит навсегда остаться балаболом, который строит планы, но никогда их не осуществляет. Тем жестче контраст между ним и сестрой: Кристина уехала бесцельно, «просто чтобы уехать», а Йоран, жаждущий исполнения мечты, не сдвинулся ни на йоту.
И есть жизнь. В маленьком городке в Швеции, где все друг друга знают, где мечты есть у каждого, но единицы рискуют их исполнить. Безысходность, которой славятся скандинавы, и в этот раз не подкачала. Мама, папа, брат и сестра, которые так никогда друг друга и не поняли.

Прощальный вальс. Я начинаю играть, только мелодию, медленно-медленно, может, музыка сама подскажет слова, может, они уже заключены в ней как нечто само собой разумеющееся, фразы, рождающиеся из звуков... Нет, сейчас не получится. Не сейчас. Вдруг мне становится смешно — куда я тороплюсь? У меня же в запасе вечность, я так молод, я так невероятно молод, времени хватит на все, надо только это понять...

Grand Hotell Falkenberg. Ätran och Tullbron i förgrunden
Читать далее
21 понравилось
272
kneegoed
27 февраля 2010
Не очень так книжка, какая-то полнейша тягомотина, с не очень приятными сексуальными подробностями
7 понравилось
139
ZCH
27 августа 2014
В начале книга тянула, не отпускала, казалось, что закончится, не успевши начаться - прочтётся на одном дыхании.

Я всегда хотела быть такой же - свободной и смелой, ничего не бояться... но где мне. Я по-прежнему хочу застенчива и запугана. Я по-прежнему хочу доказать что-то, только не знаю что.
Ан не тут-то было. Первые пять глав читала по одной в день, а последние три просто выжала сегодня.

У него не было мечты, он был счастлив настоящим.
У меня "собраны" тонны электронных книг, по которым я блуждаю, пока глаз не упадет на необходимое.

Нет, говорит она. - Тогда - это не сейчас... тогда я не решилась бы ей сказать, что тогда - не сейчас.
И вот, казалась мне, что эта книга - именно то, что мне необходимо.

Как могло такое случится: все, что она говорит, все, что она делает, - вызывает во мне раздражение.
Погружаясь в строки первых глав, я искала ответы на свои вопросы.

Мама есть мама, она в какой-то степени неприкосновенна, она принадлежит к другой нации, к другому времени.
На очень личные вопросы.

Я тебя не понимаю, мама, - сказала она. - И никогда не понимала, и, наверное, уже не пойму.
И я тебя не понимаю, - тихо сказала мама. - Хоть в этом мы похожи...
Я даже была почти готова закрыть глаза на манеру представления событий, действий....

Я поднимаю глаза и вижу в дверях маму. Контуры ее фигуры на фоне слабого света из кухни, мне кажется, она уменьшилась в размерах, словно из нее выпустили воздух и кровь. Мама... только сейчас до меня доходит, как она постарела. Мама уже не молода, даже мама может состарится, и когда-нибудь она умрет. Эта мысль поначалу пугает меня, но потом я понимаю: так устроен мир, человек вспоминает о том, что он смертен, глядя на своих близких.
Но... нет.

Разве мы сами не делаем все, чтобы грех не зачах, чтобы было, что прощать?
Это история о разбитых мечтах.

ничто не может причинить нам вред после маминой кончины.
Это история о разбитой жизни.

Надо думать о живых, не надо тратить время на мертвых.
Это история о полной деградации личности.

Иллюзии могут разбиваться вдребезги где угодно - дома и на чужбине, в Фалькенберге и в Париже.
От книги остаются ощущения отчаяния и обреченности.

Скажи, что это, - умаляю я его, - ну пожалуйста, напиши!

Он печально качает головой и достает из кармана свой блокнот.
"Всё, что ты хочешь, - пишет он. - Выбирай сама, Кристина."
Она ассоциируется с чем-то грязно-серым.

Письмо в призывную комиссию: я - пацифист, прошу назначить меня на службу, не связанную с оружием; и никогда никого не смог бы ударить, а тем более убить: хватит уже насилия в этом мире!..
Почему человек не может высунуть нос из раковины собственной апатии?

Оказывается, я могу любить ложь, иллюзии... ложь придает правде форму, но там, где начинается ложь, кончается правда.
Почему предпочитает рвано-отравленную жизнь, которая не приводит даже к пустоте?

В один прекрасный день я все забуду, все яды памяти исчезнут из моей крови, и я добавлю в капельницу немного счастья.
Всё может рухнуть в одночасье.

Наша семья... когда-то она представлялась мне прекраснейшей географической картой, с четкими и красивыми линиями, с изысканной топографией... Потом карту изорвали в куски и рассеяли по ветру, как золу, и не осталось ничего из того, что когда-то составляло наше "мы".
Быть может, всё дело в отсутствие веры?

Есть люди, которые не желают называть вырубку вырубкой, задумчиво говорит папа. - Они говорят "фронт лесовозобновления", лесные бюрократы... Они считают, что так звучит лучше. И то же самое с законом об абортах, там говорят об удалении из матки скоплений клеточного вещества... воистину, речь дана человеку, чтобы лгать, подумай только, как могут обманывать слова...
"Роман" вызывает странные, противоречивые вопросы и ощущения.

Жизнь часто поворачивается к нам неожиданной стороной.
Оставляет размытый, бесформенный, мутный след.

Магия. Магические паузы между двумя звуками, между меняющейся гармонией, между интервалами. Волшебная тишина... звуки лишь подчеркивают ее, и в этом и есть красота музыки - рождать тишину. Великую тишину, великое молчание, начало и конец всего на этой земле.
Но что-то в этом есть — слишком сильное и невыносимое.

Картина распада...
Оно меняет взгляд на окружающее пространство.

Я есть кто я есть, думаю я, я состою из определенного количества необратимых поступков и событий. Я есть кто я есть! Когда-то я была другой, но теперь я есть кто я есть, и никто не смеет покушаться на мое право.
Кристина.

героиновая проститутка, наслаждающаяся собственным распадом, наркоманка с разрушенным мозгом, но имеющая представления, что ею движет. Аборт? Погибшая любовь, мамина смерть, врожденное нетерпение?... Нет, не то, не то. Уважительных причин нет. Другие же смогли выстоять, а я нет; слабая, трусливая девчонка, обреченная на пожизненную апатию.
Вот, собственно, и всё. Практически всё прочее - моё личное разочарование.
Читать далее
6 понравилось
221