
Жизнь замечательных людей
Disturbia
- 1 859 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Прочитала данное произведение в рамках одной из игр. За книгу поставила 4 звезды. На мой взгляд в книге очень много интересных исторических фактов, начало борьбы простого люда за свои права.
В это же время Эверист Галуа был учеником Подготовительной школы, где уже тайно помышлял о своих действиях в борьбе за свободу.
Эварист Галуа увлекался математикой, им написано несколько серьезных математических трудов, которые так и не дошли до нужных людей, а были утеряны/забыты противниками Галуа.
Он молодом возрасте он принимает участие в революции, попадает в тюрьму, ему выносят приговор, и заключают в тюрьму на 6 месяцев.
В возрасте 20 лет он погибает на дуэли.
Из-за ранней смерти он так и не стал великим математиком, хотя имел на это все шансы.

"Мой брат — великий математик. Великий человек. Великий патриот." Это все он, Эварист Галуа, оснаватель современной высшей алгебры.
Книга захватила с первых же страниц, и наверное, дело здесь не сколько в таланте писателя, сколько в любви и уважению автора к герою произведения. С какой теплотой написана эта книга!
Про Галуа я знала только с точки зрения математики, поэтому весь основной интерес заключался в следовании за жизненным путём, еще по сути, мальчика, попавшего в водоворот исторический событий, открывшего для себя всю красоту и гениальность алгебры, проживший совсем мало, но внесший огромный вклад в историю человечества.
Благодарна автору книги за столь связанную, хоть и в чем-то дополненную историю.
При жизни испытавший мало любви, презрение и непонимание товарищей, жалость родных, а после смерти, признанный великим математиком.
Его факты из биографии потрясают, в 16 лет он только начал читать математические сочинения и уже годом позже в журнале «Annales de Gergonne» он опубликовал свою первую работу. В итоге Галуа все же поступил, но в Высшую нормальную школу ( нападобие педагогического института). Но и оттуда Галуа через год исключили – за политическую деятельность. Шел 1830 год – Францию сотрясала революция, и Галуа еще успел дважды посидеть в тюрьме.
Как раз-таки отдельным смыслом романа стали парижские страницы книги — мир революционеровв и французского народа. Лозунги, диалоги, мятежи совсем по новому, как-будто изнутри, раскрывают и объясняют причины тех событий. НО! политика все же не захватила Галуа целиком. Его преследовали неудачи, великие ученые теряли его работы, научное сообщество не понимало их и это не сломило Галуа За пять лет, отпущенные судьбой на занятия наукой, Эварист Галуа сделал столько, что иной не совершит за долгую жизнь. Шестьдесят страниц работ, оставшихся после Галуа стоят многих томов: это фундамент современной алгебры.
«Я открыл в анализе кое-что новое. Некоторые из этих открытий касаются теории уравнений, другие – функций, определяемых интегралами. В теории уравнений я исследовал, в каких случаях уравнения разрешаются в радикалах, что дало мне повод углубить эту теорию и описать все возможные преобразования уравнения, допустимые даже тогда, когда оно не решается в радикалах… Я надеюсь, что… найдутся люди, которые сочтут для себя полезным навести порядок во всей этой неразберихе». Это последнее письмо к другу. Работы Галуа прокомментируют и опубликуют – через 15 лет после роковой дуэли.
P.S: моя первая рецензия, поэтому здесь все может быть с небольшим сумбуром :) Можно много еще сказать о книге и жизни Галуа, о его любви и преданности к отцу, переживании его смерти, о том как ему не верили, не верили в его способности, о странных причинах дуэли,что это вовсе не рядовая любовная история, а конфликт, специально спровоцированный роялистами...Но лучше просто самому погрузиться в мир великого ученого. Читать однозначно стоит, ведь это и история математики, и история революции, и история человека, который нашел свое призвание и был в итоге признан, жаль,что посмертно. Его имя увековечено названиями математических областей: группы Галуа, теория Галуа, поля Галуа.

«Людей вообще я люблю, но взятых в отдельности – за очень редким исключением – ненавижу, терпеть не могу, не выношу, презираю.»
Эварист Галуа умер в двадцатилетнем возрасте, но тем не менее попал в список величайших математиков всех времен. Это было так же странно, как и то, что тучный и смешной Людовик XVIII вселял в генералов Бонапарта больший трепет, чем сам корсиканец. В мире математиков царила такая же несправедливость, как и в мире обычном. Хотя отец Галуа и учил сына ненавидеть идеи, но не людей, которые их воплощают, Эварист не последовал этому совету. Математики в книги про математика довольно мало. Гораздо меньше, например, чем про Карла Х, последнего французского короля династии Бурбонов. Этот король, становясь на колени перед архиепископом и делая вид, что возносит религию до небес, на самом деле делал все для того, чтобы народ возненавидел ее. К суду привлекали каждого за малейшее неуважительное слово про религию, но почти сразу же и выпускали на свободу, делая из тех «героев», сражающихся с режимом. В витринах магазинов появлялись карикатуры на святых отцов и так далее. В такое иезуитское и лицемерное время трудно представить себе, чтобы существовал не иезуитский Галуа. Правда, автор книги пытается обелить математика своими домыслами. Мол, мысленно, Эварист всегда «плевал» в лицо своим наставникам. Но только мысленно. В принципе, если верить легенде, Галуа занялся математикой из-за скуки. У других учащихся этот предмет не пользовался популярностью. Математика не входила в перечень обязательных дисциплин. И действительно, ведь математика – это предмет софистический. Если аксиома есть положение, истинность которого самоочевидна, то ведь истинно и то, что все люди разные. И то, что очевидно одному, другому совсем не очевидно. А вот теорема это уже истина, которая становится очевидной путем рассуждения, именуемого доказательством. Получается, что геометрия ищет истину. Галуя погружается в изучение математики и вскоре он научился предвидеть большинство теорем. В то же время, он понял, что на уроках математики учителя выхолащивают самую душу геометрии, оставляя лишь безжизненный остов, набор скучных, бессмысленных фраз, зазубриваемых изо дня в день. Школа превращала красоту в скуку, разумные утверждения в догмы, а греческий храм в груду камней. Но никуда не деться в математике от религиозной предопределенности. Ох, уж эти иезуиты. Нильс Генрик Абель (читается как Авель) взял и решил алгебраическое уравнение пятой степени. Правда, потом он выяснил, что доказательство было неверно. Галуя также на семнадцатом году жизни решил, что сделал великое открытие. Если Авель доказал, что уравнение пятой степени неразрешимо в радикалах, то Галуа доказал, что это возможно. Правда, потом он понял, что заблуждался. Но путь Авеля уже пройден и это символично. Он занимается и занимается математикой. Теоретически он влюблен в эту науку. Но практически, когда ему довелось сдавать экзамены в Политехническую школу, то простейшие вопросы профессоров вызывали в нем гнев и бешенство и он не отвечал на них. Ибо… считал, что профессора издеваются и намеренно задают простейшие вопросы… В итоге, он не поступает. Но Галуа продолжает заниматься проблемами алгебраических уравнений и посылает результаты исследований во Французскую академию. Его отец был мэром одного городка как до Наполеона, так и в период власти его, а также и после него. Самоубийство отца привело к гражданскому противостоянию в городе. Его не хотели отпевать в церкви, но горожане восстали против такой церкви. Галуа теряет доверие к богу. Его недоверие усиливается после того, как его рукопись, не читая, отправили в мусорную корзину. Кстати, такая же судьба постигла и рукопись Абеля. Потом Абель умрет от чахотки в возрасте 27 лет. Бог, словно извиняясь за свои «ошибки» дает Галуа новый шанс посвятить свою жизнь математике. Он получает право на вступительные экзамены в Политехническую школу. Новая попытка. Но та же самая ошибка. И тот же результат. На вопросы профессора Галуа отвечает в стиле «-Разве это для вас не очевидно, месье?». А потом и вовсе – швыряет в профессора губкой. Галуа сам закрывает дверь в науку перед собой. Потом была подготовительная школа, где так же было скучно и пахло Бурбонами. Отвлекали приятели Галуа от математики и догмами сен-симонизма. А потом псевдо-революция, когда солдат провоцировали на выстрел, а потом таскали труп по городу на руках, не забывая заходить в театры, где шли представления. Революция тоже была представлением. Дешевым спектаклем. Рабочим тогда решили дать оружие, чтобы отвлечь тех от грабежей. Галуа участвовал в этом представлении и ему не было скучно. Но разве можно было назвать его умным??? Революцию он воспринял как аксиому. Быдло разбивало фонари, чтобы достать масло и почистить им башмаки. Труп гвардейца посадили на королевский трон и били его кулаками по лицу. В королевской спальне двое мужчин-революционеров изображали влюбленную пару. В галерее расстреливали портреты и разрывали их на сувениры. В результате этой и других революций ничего не менялось. Короля Франции сменял король французов; старшую ветвь Бурбонов сменяла ветвь младшая. Господство аристократии сменилось господством буржуазии. До революции в типографии работало 200 рабочих, а после – все типографии закрылись. Математик Галуа все это пропускал мимо себя. Но спустя какое-то время именно он выкрикнул: «Смерть министрам!» И его клич пошел в народ. А что же математика? Да ничего! В 1870 году знаменитый математик Камиль Жордан написал толстую книгу о теории подстановок. В маленьком предисловии он отметил, что его работа лишь комментарий к рукописям Галуа. Именно эта книга сделала теорию Галуа достоянием математического мира. Но это было потом. А пока, после исключения из школы, Галуа вступает в артиллерийскую батарею национальной гвардии и становится мечом буржуазии. Он все больше и больше ненавидит людей. И он их не понимает. Но тем не менее, он стремится к людям, пробует читать лекции. Но результатом является лишь то, что тем кажется, что лектор и сам не знает, о чем говорит… Другое дело очередная революция. Ворваться в церковь, мстя иезуитам; бесцельно разрушить алтарь; посвятотатствовать с толпой и устыдиться. Успел за свою короткую жизнь Галуа застать и тогдашнюю версию «корона вируса» - холеру. Хотя умные люди считали, что дело не в холере, в отравлениях роялистами воды и вина. Так говорила даже проститутка, с которой сошелся Галуа. Правда, ему не хватило ума понять, кем была эта женщина на самом деле. Его в итоге убили в 1832 году на дуэли за оскорбление чести бесчестной женщины и причислили к рядам павших республиканцев. Ведь он так «болел» за дела республики. Три тысячи республиканцев слушали мифы про доблести Галуа республиканца на неизвестном общем кладбище. И лишь 77 лет спустя про Галуа вспомнили математики. Согласно легенде: страсть к республике победила страсть к математике. А все потому, что Галуа не понимал людей. Прав был один из его друзей, который сказал ему следующее: «- Одного на свете вы не понимаете: человеческой натуры.» В общем, спрятали математика за фигурой республиканца. Ибо нечего тут. Аминь!




















Другие издания

