шкаф 4 полка 2
- 12 книг
Ваша оценкаВ пятый том собрания сочинений известного современного русского писателя, драматурга, историка и мастера психологического очерка Эдварда Радзинского вошли сочинения "Сократ", "Иван Грозный", "Лжедмитрий", "Сансон" и "Чаадаев".
Жанры
Рейтинг LiveLib
4,3
2 оценки
- 550%
- 450%
- 30%
- 20%
- 10%
Ваша оценкаПрочитали 2Хотят прочитать 3
Рецензии
olgavit5 августа 2024 г."Великая революция всех уравняла в смерти"
Читать далееНе так много читала Радзинского, сложно отнести написанное им к документальной прозе, но погружение в эпоху ему удается замечательно. Опять же и рассказчик Эдвард Станиславович отменный, а если кому-то не нравится его голос или манера, эдакая вычурно-пафосная, то предлагаю послушать аудио версию в исполнении Эммануила Виторгана, сдержанно-бархатную.
С самого начала Радзинский проводит параллель между кончиной последнего русского царя Николая II и французского короля Людовика ХVI. Схожесть прослеживается не только в судьбах царственных особ и их семей, но и двух революций, впрочем, все революции чем-то схожи. Любит автор разбавить свои произведения слухами и легендами мистического характера, выдавая их за исторический материал, не обойдется без таинственных предсказаний и на этот раз. Будет упомянуто пророчество Казота, о создании орудия смерти – гильотины и толпе аристократов, выстроившихся в очередь к ней.
Эдвард Радзинский предлагает посмотреть на Великую французскую революцию глазами парижского палача. Почему именно палача выбрал автор в главные герои? Да потому, что любая революция - это прежде всего смерть.
28388
fullback346 февраля 2016 г.Читать далееГоворят, что за историю Государства Российского лишь двум коронованным особам был «присвоен» титул «Великий». Наш герой почему-то титулом сиим был обнесен. Интересно, огорчился бы он, посчитал бы за несправедливость? Или настолько самодостаточен был, что не до цацек подобных Государю было? Ай, не стал бы я торопиться с подобными выводами.
Каким я останусь в глазах потомков? Да этот вопрос, после того, как всё утрясется с коронацией, интронизацией, пардон, просто – для красного словца вставил, после того, как рассеется дым от пушек на площади Сенатской или отзвучат звуки жизнеутверждающего марша Шопена на Красной площади, когда пройдет самодержец по красной дорожке такой-то палаты Московского Кремля, - как не вспомнить о потомках? Как же это не подумать. О том самом. К чему всё это?
Наследник. И наследство. Возможно, если понадобится, и с гарантиями определенными. Судя по всему даже нашему герою, которому глубочайшим образом, ну, прямо по самому краю спектра цветов, ну, вот самый-самый край фиолетового, было всё происходившее благодаря ему или вокруг него, вопросом наследника был.. задумывался. ДолжОн был. Потому как наследник – это ведь ещё и фон исторический, на котором собственные деяния либо в тень уходят, либо – наоборот, ушедшего (или почившего) таким добрым словом могут помянуть, что и в «смертных сенях» услышит преставившийся. Так что наследник – это очень серьёзно.
А что ж наш-то герой, вернемся к нему? Во всём велик был – в деяниях, размахе историческом, переписках учёных, женщинах русских (а не совсем русских так даже и обидными словами называл), - во всём широк, размашист был. В казнях и опричнине – чуть было не забыл об этом – то же самое.
Ну вот, вроде про всё и сказал, потому как про сто миллионов казненных при нем, про сотни тысяч жен его, про Ливонскую войну и прочие подвиги, - миллион книг написаны, а ж тут только об одном – о наследнике поинтересовался. Позицией Иоанна Васильевича Грозного по данному вопросу. Ответ так и не был найден. Но время за книгой потерянным не считаю. Чего и всем желаю!
P.S. Да, самое примечательное постарался в цитатках из книжки отметить.13581
Virena11 марта 2023 г.Сначала он казнит людей по приказу короля. Потом казнит короля по приказу республиканцев. Затем казнит республиканцев по приказу других республиканцев.
Или история французской революции глазами палача.
Интересно и необычно, словно сама стояла рядом с Самсоном, пока он запускал гильотину. Море крови и трупов. Беснующаяся толпа, которая вчера тебя возвеличивала, а сегодня радуется твоей отрубленной голове.
Слог прекрасен, чтец прекрасен. От книги мурашки по телу. Однозначно в топ.9521