Заупокойная месса

Если представить человека умного, образованного, творчески мотивированного, прожившего невеселое детство, жившего не на родине итп. Добавить то, что жил в эпоху модернизма, серебряного века и общался с Мунком, Кафкой итп. Одержимого половыми влечениями и не обладавшего умением и желанием с кем-то строить отношения... Так вот. Если таковому накачаться наркотой, он непременно будет выдавать интересные гипотезы о сотворении мира. Длинными предложениями. Будет творить философский декаданс и грезить страстными соитиями. Оргиями. Смертями, биологией, войнами и любовью. Поминать добрым и недобрым словом незамысловатую перинейскую веру. Иногда, видимо будет отпускать и будут вспоминаться обрывки фраз и диалогов. Он не будет помнить с кем. Потом, опять. Мир создан потому что любовь... Отпускать, впрочем, будет не часто. И так тыщу страниц. Месса. Потом был экспертный анализ всего этого. Который, если честно, мне показался интересней самого исследуемого материала. Тчк. Я читала Пшибышевского . Больше не буду. В анализе написано, что он еще романсы писал, а их Комиссаржевская пела, хиты и все такое. Послушала бы.

Большую часть книг, прочитанных мною за последние пару лет, объединяет время создания (конец 19 - начало 20 века), а также то, что они не входили в программу по мировой литературе ни в школе, ни в университете. И я всегда очень радуюсь, обнаруживая, что очередная взятая в руки книга относится к данной выборке. Не читая аннотаций их можно распознать по стилю и по тематике, а имея некоторую культуроведческую подготовку, в них невозможно разочароваться, потому что они несут в себе дух того времени, которое было временем Духа (да это же каламбур!). Так вот… В начале моего с ним «знакомства» Станислав Пшибышевский напомнил о том, сколь тонкой может оказаться грань между искусством и мастурбацией. Идеи Ницше, идеи Фрейда и крайняя чувственность замкнули П. на ограниченном круге очень интимных тем, многократно повторяемых переживаний. Практически полностью отсутствует сюжет, повествование посвящено страданиям, видениям и духовному взаимодействию персонажей. Создается впечатление, что автор не просто сам пережил все, что изливает в тексте, а полностью зациклен на этих переживаниях. Однако в предисловии к рассказу De Profundis, он вполне рационально излагает свою литературную позицию – жизнь души, которая его интересует, наиболее ярко проявляется в любви и страсти, сюрреалистических галлюцинациях и снах. Так могли бы выглядеть картины Дали, если бы они были текстами. И вот… не смотря на все эти духовные мастурбации, «Пятикнижие» прочитала с удовольствием – это скорее прозаическая поэзия, высокодуховный (какой-то даже библейский) сюрреализм, образы, пробирающие до глубин.

Я — бог таинственного мира, Весь мир в одних моих мечтах. Не сотворю себе кумира Ни на земле, ни в небесах.

(Ф. Сологуб)

1) Сложно сотворить себе кумира, когда ты сам творец. Когда твоими знакомыми являются Мунк и Стриндберг. Несмотря на твою неброскую внешность, женщины отдаются тебе, а когда приходит их черед, они кончают с собой или становятся жертвами убийц, но для тебя, для тебя, о творец, всё это только к лучшему. Ты Альфа и Омега. Начало и конец всего земного и небесного. Твоими учителями являются Ницше и Ибсен. Дед твой был слугой Гермеса Трисмегиста, дядя трудился в каменоломнях Осириса, а тетя была жрицей Астарты. Мог ли ты избрать иной путь, будучи взрощенным подобным божественным учением? Перо твое как бездонная бездна, творящая черных ангелов тьмы. Не писать ты не можешь, твои демоны съедят тебя, стоит только остановиться. Ты их Бог, но ты и раб.

Станислав Пшибышевский был одним из популярнейших мистических авторов начала двадцатого века. В дореволюционной России вышли сразу несколько его книг. Они были безумно популярны. Их обсуждали в салонах, в опиумных комнатах. О них спорили до хрипоты, до последнего окурка и капли вина. Люди сходили с ума, воображая себя слугами Сатаны и приверженцами темных сил. Бледные юноши, одетые в черные пальто, женщины с желтоватой от морфия кожей, придаваясь плотским утехам, обсуждали взахлеб творения Пшибышевского, этого "рыжего ободранного кота" с такой шуршащей фамилией, будто змея проползла под сухими листьями. Многие считали Пшибышевского психом, больным и пропащим человеком, а произведения его - бредом сумасшедшего. Как бы то ни было, он является классиком польской литературы. "Добрые" и "светлые" классики есть практически у любого народа, но не каждая нация может похвастаться наличием темного художника. Подобно тому, как нет света без тьмы, так же и литература нуждается в подобных "больных" писателях.

2) "Заупокойную мессу" Пшибышевского я бы назвал философским трактатом. В ней очень много личного, много от автора, не каждый смог бы так без прикрас обнажить свою душу. Гнилую? Возможно, но зато всё честно. А читающие его строки, что же? Лучше него? Или просто не смогли бы, как он, рассказать о себе правду?

Повествование идет от первого лица. Перескакивая, будто от кочки к кочке, мысль автора касается то одного вопроса, то другого. От еще теплой от секса постели, рассказ может перекинуться на обсуждение философских и религиозных вопросов. Если читатель ожидает от Пшибышевского внятного разговора "по душам", то ему лучше не читать этого автора. Он играет словами, любуется собой, упивается своим Эго, а все вокруг лишь мелкие твари, биомусор, удобрения для будущих поколений. В то же время, он может броситься в самую зловонную пропасть, смешав с грязью и себя и свою возвышенную личность.

Я связь миров, повсюду сущих, Я крайня степень вещества, Я средоточие живущих, Черта начальна Божества. Я телом в прахе истлеваю, Умом громам повелеваю; Я царь, — я раб, — я червь, — я бог!— Но будучи я столь чудесен, Отколь я происшел? — Безвестен; А сам собой я быть не мог.

Кто автор? Пшибышевский? Сологуб? Нет. Это наиклассический и наихрестоматийный Гавриил Романович Державин. Всякий истинный художник всегда понимал и знал свое место в жизни. Прекрасно все осознавал и Пшибышевский. Не надо к нему подходить как к эпатажному писателю. Он не пугает, не пишет "бредятину" о сОтОне и прочих Вельзевулах. Он сам ими является, но в то же время он и луч света, но не "в темном царстве", так как царство уже в нем.

Behemoth - польская метал-группа, изначально игравшая блэк-метал, который постепенно перешел в дэт-метал. Пользуются большой популярностью среди поклонников метал-музыки во всем мире. Группа уже стала классикой. Коллектив стабильно радует ценителей темного искусства, издавая год за годом новый качественный контент.