Стремясь покорить необъятную серию ЖЗЛ приходится идти на жертву и читать биографии «замечательных» сволочей-революционеров, коими, к сожалению, данная издательская серия чрезмерно злоупотребляет. Павел Ефимович Дыбенко один из таких «героев». Жил себе в далекой российской глубинке, от воинской повинности бегал. Пока не пришли к нему вербовщики из будущей партии большевиков и не уговорили пойти-таки служить. Дабы служивых с пути истинного сбивать и на стезю государственного переворота толкать. И вот Дыбенко уже как заправский сектант вербует в свои ряды таких же темных бывших крестьян, внезапно ставших матросами.
«Дыбенко вскоре овладеет «конспиративным механизмом» подпольщиков «Двины», так называемой «системой пятерок», и позднее в своих воспоминаниях запишет: «Что это значит? Это значит, что если я достаточно проверен, тогда мне поручают завербовать пять товарищей, с которыми я и поведу работу. Каждый из пяти завербованных знает только меня как организатора, но совершенно не знает других членов „пятерки“…»
Революционерам нужен был только повод для поднятия красного флага. Временное правительство, подчиняясь их требованиям, уже и российскую империю в республику переименовало. Но не уймутся бунтовщики. И поднимают-таки красные флаги на ряде кораблей. Начинается закипание мозгов у самих революционеров, которые начинают революцию для того, чтобы не началась контрреволюция. ««Мы подняли флаги с тем, чтобы ни один контрреволюционер не посмел поднять восстание на флоте.» Выясняется, что им уже не нужно ничего (даже земля обещанная крестьянам). Им нужна ДЕМОКРАТИЯ! «У нас ультиматум только людям, которые против демократической республики…» Слово «демократическая» не было включено в новое название государства Россия.
Когда в дело вступает язык цифр, то понимаешь еще больше всю искусственность этих псевдо-народных революционеров. А еще понимаешь, что немцы-то воевали с нашими понарошку. Дабы придать вес своим ставленникам. Для захвата Моонзундских островов будущие нацисты прислали официально треть всего своего флота. Больше 300 кораблей! «Десять новейших линкоров. Девять крейсеров. Эсминцы. Подводные лодки, свыше 100 самолетов и дирижаблей, 25 тысяч десантных войск.» Новое российское государственное образование выставило всего лишь два старых линкора: «Слава» и «Гражданин», три крейсера: «Баян», «Адмирал Макаров» и «Диана». И укреплений оборонительных на островах практически не было. Как только немцы начали высадку, то командующий русскими войсками удрал. Бежали и офицеры. «Дезертиры даже не позаботились уничтожить секретные документы, они попали в руки противника.» Тогда-то, по легенде, и проявляют свою сознательность моряки-революционеры. Те самые, которые мечтали о кончине Государства Российского. Матросы предают анафеме Керенского.
«Тебе же, предавшему революцию, Бонапарту-Керенскому, шлем проклятия в тот момент, когда наши товарищи гибнут под пулями и снарядами и тонут в волнах морских…»
За событиями внимательно наблюдает американский шпион-публицист Альберт Вильямс. И все записывает. Этот деятель даже на заседании Центробалта 9 октября присутствовал. Неожиданно даже для самого Дыбенко, которого обвиняли в том, что уж слишком много матросов-братушек полегло из-за его некомпетентности, кандидатами от Балтийского флота в Новое Учредительное Собрание выдвигают Владимира Ильича Ульянова (Ленина) и Павла Ефимовича Дыбенко.
На сборище матросов появляется Александра Коллонтай (в красной мини-юбке). Бычки должны бежать на улицы Петрограда.
«— У себя вы уже совершили переворот, — продолжает оратор. — Теперь от вас ждет помощи Петроград.
— Давайте сигнал! — крикнул Дыбенко. — Явимся без опозданий!»
Революцию отрабатывают сперва на Финляндии и вводят там военное положение. Моряки охраняют город от самих себя и, как ни странно, все спокойно. Дыбенко позволено командовать левым флангом войск (каких-то там). Тем временем убегает Керенский, которого грозились поймать матросы. Бежит прямо через ряды революционеров, прикрываясь американским флагом. Пока матросы считают звезды на флаге, Керенский испаряется. Революция настолько народная и пользуется поддержкой такого огромного количества народа, что Ленин решает смыться, пока не наваляли. И бежит в Москву. Для охраны вождя нужны особые люди. Дыбенко становится одним из таковых.
Интересный факт: в Особый отряд по охране мощей Ильича во время их бегства в Москву был взят и юный Всеволод Витальевич Вишневский — будущий писатель и драматург.
Дыбенко все тянуло поближе к женскому теплу. И стремился выступить перед матросами, когда перед теми выступали Коллонтай и Лариса Рейснер — комиссар Главного морского штаба. Примечательно, что на тот момент ни Дыбенко, ни Коллонтай никаких официальных должностей не занимали. Коллонтай, наоборот, в знак протеста против результатов позорного для России Брестского мира, ушла с поста наркома. А над Дыбенко сгустились тучи судебного процесса. Ведь бежал Дыбенко от немцев и сдал тем Нарву с остатками своей революционной сознательности. Бывший нарком мысленно готовился к расстрелу (ведь самим привычно было расстреливать людей) и входил в печальный образ. Но, вот ведь удача, революционный трибунал не нашел в действиях Дыбенко состава преступления и вынес оправдательный приговор. И направляет партия Дыбенко на юг страны. Для пропагандисткой работы. Революция, конечно же, победила, но как-то не везде. Настолько не везде, что надо было снова вести подпольную большевистскую работу. В угаре подпольной работы Дыбенко осеняет одна гениальная мысль об уничтожении Черноморского флота. Конечно же, ради будущих завоеваний народной революции. Его хватают, бросают в тюрьму и собираются расстрелять. Но выдают немцам.
«Через два месяца начальник симферопольской тюрьмы на запрос министра юстиции ответил: «Содержащийся во вверенной мне тюрьме Воронов-Дыбенко согласно распоряжению начальника Крымской краевой внутренней стражи от 1 сего ноября 3 сего ноября передан немецкому конвою для высылки его из пределов Крыма».»
Вот где пригодилась матросу Дыбенко сдача Нарвы. Но ведь и Ленин был не лыком шит. Он быстро предложил немецкому командованию обменять Павла Ефимовича на группу кайзеровских генералов и офицеров, взятых в плен Красной Армией. А флот? Флот большей частью был либо уничтожен, либо угнан за границу.
Интересный факт: в мировую войну Черноморский флот насчитывал 400 боевых кораблей. В 1924 году многие капиталистические страны, и в их числе Англия и Франция, установили дипломатические отношения с Советским государством. Был поставлен вопрос о возвращении кораблей. В Бизерту направилась специальная миссия во главе с академиком Алексеем Николаевичем Крыловым. После тщательного осмотра она пришла к выводу, что боевые суда поржавели и стали совершенно непригодными. Так и остались они в Бизерте.
Карьера Дыбенко продолжает идти в гору. Он учится в академии. Готовит дипломную работу на тему «Военная доктрина и эволюция армии». Собирается даже книгу написать на эту тему. Но снова раздался клич Родины. Беда, мятеж в Кронштадте. Надо срочно подавить «братушек». Дыбенко добровольно вызывается на подавление мятежа. В бой на своих товарищей бросили с иезуитским цинизмом тех самых моряков, которые уже за несколько дней до того отказались подавлять мятежников. Этих отступников сперва приговорили к смерти, а затем дали милостиво возможность смыть грехи кровью. Ночью бойцам возвратили оружие, а утром — знамя. И они действительно искупили несуществующую вину кровью. «Многие падают в образовавшиеся полыньи, освещенная прожекторами вода красная от крови… О больших потерях докладывают связные, да и сам Дыбенко видит: лед усеян трупами, кругом стонут раненые…Полк Тюленева, геройски в неравном бою дравшийся в течение часа, понес потери до 60 процентов…»
Руководителям мятежа, как всегда, позволят скрыться. Вероятно, снова американский флаг виноват? «Ревкомовцы не успели оглянуться, вожаки уже исчезли… В Финляндию сбежало около восьми тысяч мятежников». Но не беда: Дыбенко назначили комендантом освобожденного Кронштадта.
Справка: в ходе подавления мятежа погибло в бою, потонуло в ледяной воде Финского залива 527 героев, было ранено и контужено 3258 человек.
А тут Коллонтай снова воду мутит и бегает с брошюрой «рабочая оппозиция». Даже у Ленина крышу сорвало: как это, мол, оппозиция может быть рабочей? Чтобы народ не сильно думал о мятежах и об убиенных мятежниках (оппозиции) Ленин решает устроить НЭП. Для отвлечения народа. Дыбенко бросает академию, а Коллонтай хочет бросить его. Ведь она начинает проповедовать свободную любовь. Дыбенко пытается бить непокорную женщину толстым томом сочинений Энгельса. Но это не помогает.
«— Ты, Шура, проповедуешь «свободную любовь». Не обижайся, не тем ты занимаешься. Да и выступления на диспутах пора прекратить… Прежде чем вступить в полемику с тобой, я проштудировал работу Энгельса «Происхождение семьи, частной собственности и государства» и убедился в правоте своих выводов. Ты отрываешься от реальности, паришь в воздухе, перепрыгиваешь через целые эпохи…»
Но беда в том, что у Энгельса не все так однозначно.
«Давай вспомним, что говорит Энгельс в конце главы «Семья»: «Когда эти люди появятся, они отбросят ко всем чертям то, что согласно нынешним представлениям им полагается делать; они будут знать сами, как им поступать, и сами выработают соответственно этому свое общественное мнение о поступках каждого в отдельности — и точка».
Не сумев убедить женщину в своей правоте, Дыбенко отправляется на службу отечеству. Ведь контра по-прежнему не дремлет. Да вот беда: армию сильно сократили. «Совсем недавно в Красной Армии было 5,5 миллиона, а вот теперь осталось всего 562 тысячи, и они обязаны оберегать Родину» Неужели собирались таки империалисты разгромить большевиков, но передумали потом? На дворе 1928 год а революцию не особо приемлют. Дыбенко уже командует Среднеазиатским военным округом и рубит там контрреволюционеров.
«В Каракулинской долине банды выжгли более 600 гектаров зерновых, — читал Дыбенко. — Огромные площади уничтожены в Локае… Басмачи, руководимые Берды-Дотхо, сожгли 250 кибиток, зарубили 238 жителей, в том числе 56 женщин и 106 подростков… Озверело действуют отряды Фазуиля Максумы, Шалтай-батыра, Джунаид-хана, Ибрагим-бека…»
Были ли на самом деле эти банды – вот вопрос. К Дыбенко приезжают кинематографисты и он, чисто по случайности, захватывает главного бандита прямо на глазах у кинооператора. И получает новый пост – должность командующего Приволжским военным округом… А потом, по личной просьбе Жданова, его хотели назначить командующим Ленинградским военным округом.
А теперь, если оставить ироническую риторику, то складывается ощущение, что дыбенко по заранее утвержденному плану намеренно бросали из округа в округ, с должности на должность, закрывая глаза на его прегрешения, наивность и глупость. А потом, зачистив, убили одним выстрелом несколько зайцев. Во-первых, нашли козла отпущения, на которого задним числом можно было повесить большую часть преступлений революции. Во-вторых, его бывшая жена, посол СССР Александра Коллонтай получила наглядный урок и поняла, что бывает с ослушниками, даже если они герои революции. И в-третьих, потом можно будет трубить на весь мир о сталинских репрессиях.
Кстати, в бумажной книге просто написано, что Дыбенко скончался 7 июля 1938 года. А в Вики написана другая дата (29 июля). Дыбенко ментально был ребенком, несмотря на высокие должности и громкие названия его книг. Ребенком он и умер. Не повзрослев и не поумнев. Аминь!
18 понравилось
