Древние римляне воспринимали сон как младшего брата смерти. Если сон имеет сновидения, то, должно быть, они не чужие своему родственнику , смерти. В таком случае, умереть означает примерно то же самое, что и заснуть, и это ведет к новому пробуждению. Я была молода, и мне было нелегко обсудить эти вещи с моими родителями, так как они считали себя привеженцами церковной веры, которая придавала большее занчение традиции, чем собственному опыту. Я подарила им следующее стихотворение:

Цветы сакуры

Ранней смерти искали, а нашли себе жизнь,
Из кипенья цветенья в плоть плода обеклись,
Бытия сердцевину, ядро, матерински питая,
В Землю вы возвратите, чтоб вновь лепестки родились.

Мой отец был тронут стихотворением. Мы с ним говорили о том, что цветок никогда не умирает, а постоянно приобретает новые формы, итак, умерев, он превращается в нечто новое и вечно живет в плодах и семенах. Так как все это было образно, мы могли говорить свободно и перешагнуть границы, предписанные церковной верой. Прошло много времени. Мы больше не вспоминали о стихотворении и нашем разговоре. Когда мой отец, тогда уже старый человек, ослаб и заболел, он захотел сказать мне , что скоро умрет. Это далось ему нелегко. Он только тихо сказал: "Цветы сакуры". Никто этого не заметил, но я знала, что он хотел сказать, это было красивое прощанье.