
Я Люблю Читать
Night_Mystery
- 147 книг
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Увидела большой отрывок из этой книги в жж одной своей знакомой, и решила полистать.
Лучше бы не листала.
Крайне тошнотворный опус.
Бросала раза три, но любопытство и интерес культуролога все же преодолели брезгливость - дочитала.
Ну, и что могу сказать.
Во-первых - крайне словоблудный текст. Но, в отличие от первой книги про Америку, по крайней мере, частично читабельный.
Невнятное построение, скачки из 1953 в 1975 - 1985 - 1990 и обратно, совершенно не связанные между собой ни логически, ни стилистически куски воспоминаний, обрывки анекдотов, перемежающиеся явно газетной собственной публицистикой с откровенной целью "добить объем" - как в той миниатюре Винокура и Аванесова: "Играем здесь, здесь жирное пятно, это мы рыбу заворачивали, переворачиваем, здесь играем, здесь не играем, черкать не надо, ноты чужие"...
Безумно раздражающие и ничем не оправданные сокращения - все эти ГМР, БАП (большой американский писатель), ВМПС (великий, могучий, правдивый, свободный) и прочие ухищрения, ужимки и прыжки. Попытка красивости - ах, полноте, я не про себя сейчас, я про ГМР (героя моего романа), и вообще я тут просто так, воспоминаниями делюсь и красиво стою, всеми непонятый и всем чужой.
Но это бы еще цветочки.
Хуже другое.
В тексте проявляется жуткий нытик, страдалец, приспособленец, трус и троечник. Да-да, банальный троечник. Невольно вспоминается старинная русская поговорка - "Плохой звезде плохо везде". Это про Аксенова. От и до.
В СССР ему жилось плохо. В Штатах тоже. Просто разные градации плохости. Всю книгу он занимается примерно тем же, чем одна гоголевская барышня - мечтает, как бы было здорово, кабы губы одного жениха да к носу другого присовокупить.
Русские плохие. Нерусские из СССР тоже плохие. И американцы плохие. И черные, и белые. И все это в таком милейшем пассивно-агрессивном тоне - любая стерва удавится от зависти и побежит на мастер-класс.
При этом - чудовищная, всепоглощающая невежественность (я даже не буду касаться ничего из его особого "знания английского", там вообще все печально), замазанная килограммами тонального крема марки "Апломб". Я сказал, я, великий, избранный, лишенный гражданства, никем не понятый писатель, а значит, все так и есть, внемлите мне, народы.
Не, на каком-то этапе я полезла читать его биографию - уж очень чувствовался детдом и отсутствие тепла и любви в детстве. Таки да, в детстве все было местами максимально ужасно. Это да, огорчает, но не останавливает. Ну, то есть меня не останавливает в моих разносах. Человек, шатающийся дергунчиком на ветру, который и пишет, как дергается, выдает на-гора очень сомнительный продукт.
Просто потому, что никого не любит.
И дело не в эмиграции, не в разности систем, не в особом видении чего-то там такого.
Дело просто в отсутствии любви.
К себе. К другим.
Ко всем.

Аксёнов, конечно, хулиган, но хулиган думающий, очень наблюдательный и с большим чувством юмора. Видно, что он озлоблен на СССР, но чего ещё ждать от ребёнка, у которого отняли родителей, а потом не давали свободно высказываться в своих произведениях.
И вот, наконец, он в такой желанной Америке. Там всё так прекрасно продуманно и обустроено, там такие замечательные порядки, нравы и люди не то, что в этой проклятой советской России. Именно это звучит рефреном на протяжении всего романа. Но почему же так тоскливо Василий Петрович описывает берёзки и московские вечера…
Кроме того, оказывается, что между нашими странами есть много общего. Пресловутая бюрократия и здесь бесчинствует, здесь также преследуется литература, а именно битники не по душе официальным писателям и критикам. Как ни странно, в Америке тоже есть цензура, все помнят комиссию Маккарти, которая преследовала многих знаменитых персон, создавая «чёрные списки». Даже поп-идол Элвис Пресли не всегда пользовался успехом. Было время, когда на него неодобрительно поглядывали американские кумушки. Так что не всё идеально в Америке времён Аксёнова.
В целом, книга написана, вроде бы, о Штатах, но попутно много желчи и агрессии вылито на СССР. Видно, что страна очень сильно обидела писателя

Знакомство с автором началось с книги «В поисках грустного беби», и дальше желание его продолжать нет.
В своё время, когда о жизни «за бугром» просачивалось мало информации или она была политически исковеркана, наверное, эта книга была интересна. Сейчас когда доступны путешествия по миру, книги, фильмы, передачи об Америке, произведение кажется банальным, неактуальным, наивным.
Роман-биография от лица автора- перебежчика о скитании по Америке, тоске по родине. Скучно, монотонно, не интересно.


















Другие издания



Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Увидела большой отрывок из этой книги в жж одной своей знакомой, и решила полистать.
Лучше бы не листала.
Крайне тошнотворный опус.
Бросала раза три, но любопытство и интерес культуролога все же преодолели брезгливость - дочитала.
Ну, и что могу сказать.
Во-первых - крайне словоблудный текст. Но, в отличие от первой книги про Америку, по крайней мере, частично читабельный.
Невнятное построение, скачки из 1953 в 1975 - 1985 - 1990 и обратно, совершенно не связанные между собой ни логически, ни стилистически куски воспоминаний, обрывки анекдотов, перемежающиеся явно газетной собственной публицистикой с откровенной целью "добить объем" - как в той миниатюре Винокура и Аванесова: "Играем здесь, здесь жирное пятно, это мы рыбу заворачивали, переворачиваем, здесь играем, здесь не играем, черкать не надо, ноты чужие"...
Безумно раздражающие и ничем не оправданные сокращения - все эти ГМР, БАП (большой американский писатель), ВМПС (великий, могучий, правдивый, свободный) и прочие ухищрения, ужимки и прыжки. Попытка красивости - ах, полноте, я не про себя сейчас, я про ГМР (героя моего романа), и вообще я тут просто так, воспоминаниями делюсь и красиво стою, всеми непонятый и всем чужой.
Но это бы еще цветочки.
Хуже другое.
В тексте проявляется жуткий нытик, страдалец, приспособленец, трус и троечник. Да-да, банальный троечник. Невольно вспоминается старинная русская поговорка - "Плохой звезде плохо везде". Это про Аксенова. От и до.
В СССР ему жилось плохо. В Штатах тоже. Просто разные градации плохости. Всю книгу он занимается примерно тем же, чем одна гоголевская барышня - мечтает, как бы было здорово, кабы губы одного жениха да к носу другого присовокупить.
Русские плохие. Нерусские из СССР тоже плохие. И американцы плохие. И черные, и белые. И все это в таком милейшем пассивно-агрессивном тоне - любая стерва удавится от зависти и побежит на мастер-класс.
При этом - чудовищная, всепоглощающая невежественность (я даже не буду касаться ничего из его особого "знания английского", там вообще все печально), замазанная килограммами тонального крема марки "Апломб". Я сказал, я, великий, избранный, лишенный гражданства, никем не понятый писатель, а значит, все так и есть, внемлите мне, народы.
Не, на каком-то этапе я полезла читать его биографию - уж очень чувствовался детдом и отсутствие тепла и любви в детстве. Таки да, в детстве все было местами максимально ужасно. Это да, огорчает, но не останавливает. Ну, то есть меня не останавливает в моих разносах. Человек, шатающийся дергунчиком на ветру, который и пишет, как дергается, выдает на-гора очень сомнительный продукт.
Просто потому, что никого не любит.
И дело не в эмиграции, не в разности систем, не в особом видении чего-то там такого.
Дело просто в отсутствии любви.
К себе. К другим.
Ко всем.

Аксёнов, конечно, хулиган, но хулиган думающий, очень наблюдательный и с большим чувством юмора. Видно, что он озлоблен на СССР, но чего ещё ждать от ребёнка, у которого отняли родителей, а потом не давали свободно высказываться в своих произведениях.
И вот, наконец, он в такой желанной Америке. Там всё так прекрасно продуманно и обустроено, там такие замечательные порядки, нравы и люди не то, что в этой проклятой советской России. Именно это звучит рефреном на протяжении всего романа. Но почему же так тоскливо Василий Петрович описывает берёзки и московские вечера…
Кроме того, оказывается, что между нашими странами есть много общего. Пресловутая бюрократия и здесь бесчинствует, здесь также преследуется литература, а именно битники не по душе официальным писателям и критикам. Как ни странно, в Америке тоже есть цензура, все помнят комиссию Маккарти, которая преследовала многих знаменитых персон, создавая «чёрные списки». Даже поп-идол Элвис Пресли не всегда пользовался успехом. Было время, когда на него неодобрительно поглядывали американские кумушки. Так что не всё идеально в Америке времён Аксёнова.
В целом, книга написана, вроде бы, о Штатах, но попутно много желчи и агрессии вылито на СССР. Видно, что страна очень сильно обидела писателя

Знакомство с автором началось с книги «В поисках грустного беби», и дальше желание его продолжать нет.
В своё время, когда о жизни «за бугром» просачивалось мало информации или она была политически исковеркана, наверное, эта книга была интересна. Сейчас когда доступны путешествия по миру, книги, фильмы, передачи об Америке, произведение кажется банальным, неактуальным, наивным.
Роман-биография от лица автора- перебежчика о скитании по Америке, тоске по родине. Скучно, монотонно, не интересно.


















Другие издания


